Феминистская научная фантастика

Автор: Ольга Малашкина / Добавлено: 24.02.16, 12:44:55

Истоки феминистской фантастики восходят к утопиям XIX в., написанным под влиянием движений за права женщин. В отличие от мужчин, писательницы в своих утопических произведениях всегда ставили под сомнение гендерный статус-кво и выводили женщин на передний план. В утопиях Мэри Брэдли Лейн (Mary E. Bradley Lane) Mizora (ноябрь 1880 г. – февраль 1881 г.) и Шарлотты Перкинс Гилман (Charlotte Perkins Cilman) Herland (досл. "Ее земля", январь-декабрь 1915 г.) изображены чисто женские общества, превосходящие общества, управляемые мужчинами. В работах австралийских писательниц Хенриетты Дагдейл (Henrietta Dugdale) и Кэтрин Хелен Спенс (Catherine Helen Spence) – A Few Hours in a Far-Off Age (досл. "Несколько часов в далекой эпохе", 1883 г.) и A Week in the Future (досл. "Неделя в будущем", декабрь 1888 г. – июль 1889 г.) – представлены реформированные общества будущего, предоставившие женщинам право голосовать. Радикальным примером женской утопии с развитой наукой и техникой является Sultana's Dream (досл."Сон султанши") бенгальской писательницы Рокхеи Шекхават Хоссейн (Rokheya Shekhawat Hossein). В последующие десятилетия, вплоть до 1970-х гг., эти и другие женские утопические произведения были практически забыты, пока их не открыли заново исследовательницы-феминистки.

Несмотря на репутацию научной фантастики как жанра, исследующего новые возможности, выходящего за привычные рамки, всегда ставящего под сомнение форму, до возникновения Женского освободительного движения принятый тип взаимоотношений мужчин и женщин, их роли и идея о "месте женщины" в ней редко оспаривались. Как писал Кингсли Эмис (Kingsley Amis) в New Maps of Hell (досл. "Новые карты ада", 1960 г.), "хотя тяжело это признавать, писателей научной фантастики, очевидно, устраивает половой статус-кво". Так он отзывался, разумеется, о писателях-мужчинах – за немногими исключениями (например, The Disappearance/досл. "Исчезновение" Филипа Уайли/Philip Wylie (1951 г.), Consider Her Ways/"Избери путь ее" Джона Уиндэма/John Wyndham (1956 г.), Venus Plus X/"Венера плюс икс" (1960 г.) Теодора Стерджона/Theodore Sturgeon), мужчины, пытавшиеся представить альтернативы патриархату, делали это лишь с целью "доказать", как ужасен и неправдоподобен был бы мир без "естественного" доминирования мужчины над женщиной.

Десятилетие спустя писательница и ученая Джоанна Расс (Joanna Russ) высказала схожие мысли с эксплицитно феминистской позиции в эссе The Image of Women in SF ("Образ женщин в научной фантастике"). Расс обвиняла фантастов в недостатке воображения и неспособности размышлять на темы общественного устройства, утверждая, что нехватка убедительных героинь в научной фантастике является следствием бездумного принятия писателями культурных норм и клише. Научная фантастика, по ее мнению, должна обладать противоположными характеристиками: "стереотипам, а тем более наивно неосознаваемым стереотипам, в творчестве фантастов не место".

Одной из основных задач писательниц-феминисток в научной фантастике конца 1960-х – начала 1970-х гг. было создание женских персонажей – активных героинь, а не неправдоподобных или не имеющих важности карикатур, слишком часто встречавшихся до этого в научной фантастике. Урсула К. Ле Гуин в эссе American SF and the Other ("Американская научная фантастика и Другой", ноябрь 1975 г.) писала: "Женское движение заставило большинство из нас осознать, что в научной фантастике женщины или полностью игнорировались, или представлялись то как визжащие куклы, становящиеся жертвами изнасилований со стороны всевозможных монстров, то как старые девы-ученые, утратившие женственность по причине гипертрофированности органа интеллекта, то, в лучшем случае, как верные женушки или любовницы героев".

Возможно, наиболее очевидное свойство научной фантастики, привлекательное для писательниц (как феминисток, так и нет), – возможности, которые она дает в плане создания героинь. Требования реализма накладывают ограничения, которых может не быть в научно-фантастической вселенной. Желание писать (или читать) о женщинах, которые владеют мечом, пилотируют космические корабли или просто ведут жизни в мире, где им не угрожает насилие со стороны мужчин, можно считать эскапизмом, но также подобные произведения можно рассматривать как часть политической повестки. Как отметила писательница Памела Сарджент (Pamela Sargent) осенью 1977 г. в письме изданию Frontiers: A Journal of Women Studies ("Фронтиры: журнал о женских исследованиях"), "писательниц научной фантастики ограничивает только человеческий потенциал, но не нынешние обстоятельства человеческого существования. Научная фантастика способна продемонстрировать женщинам и мужчинам, насколько огромным может быть этот потенциал".

Октавия Батлер (Octavia Butler), Сьюзи Макки Чарнас(Suzy McKee Charnas), Урсула К. Ле Гуин(Ursula K. Le Guin), Вонда Макинтайр (Vonda McIntyre) и Джоанна Расс (Joanna Russ) находились в авангарде писательниц, восставших против традиционного понимания пола, гендерных ролей, сексуальности и расы. Важно, что, в отличие от написанной в духе реализма литературы, способствовавшей росту феминистского самосознания, в феминисткой фантастике не только изобличалось патриархальное общество, ограничивающее женщин, но и задавались вопросы о том, что могло бы быть устроено по-другому. Если бы существовали общества без иерархии между полами (и расами), как бы они выглядели? Как бы они функционировали? Был бы иным подход к науке и технике? Используя потенциал научной фантастики, писательницы-феминистки критиковали современные социальные роли, традиции и политику. Феминисткам научная фантастика предоставила возможность оспорить представление о женщинах как о "Других" и проводить "мыслительные эксперименты", как их называет Ле Гуин, исследующие возможные варианты гендерного устройства – например, общества с гипертрофированными гендерными ролями или гендерные перевертыши, целью описания которых было очуждение существующих отношений между полами, т.е. представление их не как привычные, очевидные, знакомые, а новые, незнакомые, "чужие".

Одной из основных проблем, с которыми столкнулись современные феминистки, – существование представления, согласно которому гендерные роли и отношения перманенты и существуют вследствие естественного непреложного закона, биологии. Этой концепции бросался вызов через создание в своем творчестве обществ, поощряющих или требующих от женщин выполнения других ролей – изображение миров, в которых женщины выполняют работу, традиционно считающейся мужской, переосмысление традиционных понятий о репродукции и родительстве, демонстрация различных моделей брака, семьи или общественной жизни.

Многие из этих тем звучат в группе утопических текстов, перечисленных в работе Джоанны Расс Recent Feminist Utopias ("Недавние феминистские утопии", 1981 г.). В романе Мардж Пирси (Marge Piercy) Woman on the Edge of Time (досл. "Женщина на краю времени") 1976 г. изображено низкотехнологичное эгалитарное общество, в котором воспитанием детей (и даже кормлением грудью) занимаются как мужчины, так и женщины, и роли мужчин и женщин определяются не их полом, а способностями. Работа Пирси (вдохновленной идеями об использовании технологии с целью освобождения женщин от репродуктивного "рабства", изложенными в книге Шуламит/Суламифь Файерстоун (Shulamith Firestone) The Dialectic of Sex: The Case for Feminist Revolution/"Диалектика пола: обоснование феминистской революции", 1970 г.), необычна своим изображением интегрированного двуполого общества. Во многих других произведениях этой группы, представляя другие роли для женщин, писательницы обращаются к изображению сепаратистских обществ.

В книге Сэлли Миллер Гирхарт (Sally Miller Gearhart) The Wanderground (1978 г.) наблюдается эссенциалистский раскол между полами: женщины, отказавшиеся от техники, ведут пасторальное существование в гармонии с природой, в то время как мужчины проживают в городах. Более сложные женские общества изображены в Motherlines (досл. "Материнские линии", 1978 г.) Чарнас, The Female Man (досл. "Мужчина-женщина", 1975 г.) Расс и Houston, Houston, Do you Read? ("Хьюстон, Хьюстон, вы нас слышите?", 1976) Джеймса Типтри-младшего (James Tiptree, Jr., псевдоним Элис Шелдон). В романе The Shattered Chain (досл. "Разбитая цепь", 1976 г.) Мэрион Зиммер Брэдли (Marion Zimmer Bradley) имеется сепаратистское женское общество Свободных амазонок – альтернатива жизни угнетенных женщин на остальной территории. Как отметила Расс, для обществ, изображенных в этих произведениях, часто характерна сексуальная свобода, предлагаются альтернативы гетеросексуальности, как с целью исследования женской сексуальности, так и с целью отделения секса и сексуальности от репродукции.

В более поздних работах для исследования тем "женщины и политика", "женщины и власть", "женщины и секс" также использовался сепаратизм – например, в романе Николы Гриффит (Nicola Griffith) Ammonite (досл. "Аммонит", 1993 г.), в котором мужчины планеты Джип погибают из-за заражения вирусом, или в романе A Door Into Ocean (досл. "Дверь в океан", 1986 г.) Джоан Слончевски (Joan Slonczewski) с его пацифистским обществом женщин. Другие интересные примеры чисто женских обществ – комедийное произведение Кэтрин В. Форрест (Katherine V. Forrest) Daughters of a Coral Dawn (досл. "Дочери кораллового рассвета", 1984 г.) и Retreat: As It Was! (досл. "Отступление: как оно было!"). (1979 г.) Донны Дж.Янг (Donna J. Young).

В произведениях, исследующих тему половой сегрегации, женщины часто заведуют публичной сферой, т.е. осуществляется гендерный перевертыш, при котором власть находится в руках женщин, как, например, в книге Джейг Карр (Jayge Carr) 1979 г. издания Leviathan's Deep (к примерам мизогинных произведений такого типа – так называемых текстов "битвы полов", как их называет Расс, – относятся Regiment of Women (досл. "Полк женщин", 1973 г.) Томаса Бергера/Thomas Berger и Who Needs Men? (досл. "Кому нужны мужчины?" 1972 г., в 1973 г. книга переиздана под названием Gender Genocide/досл. "Гендерный геноцид") Эдмунда Купера/Edmund Cooper).

В некоторых перевертышах просто меняется местами положение мужчин и женщин, и обычно они представляют собой чистую сатиру – например, Egalia's Daughters: A Satire of the Sexes (досл. "Дочери Эгалии: сатира о полах" – 1986 г., в 1985 г. выпущена под названием Daughters of Egalia; прим. перев.: писательница – норвежка, на норвежском книга вышла в 1977 г. под названием Egalias døtre) Герд Брантенберг (Gerd Brantenberg) и The New Gulliver: Or the Adventures of Lemuel Gulliver Jr. in Capovolta/досл. "Новый Гулливер, или Приключения Лемюэля Гулливера-младшего в Каповолте" (1992 г.) Эсме Доддеридж (Esme Dodderidge). Сложный перевертыш можно видеть в "Деле о Сеггри"/The Matter of Seggri (1994 г.) Урсулы К. Ле Гуин, где половой дисбаланс стал "причиной возникновения общества, в котором... мужчины обладают всеми возможными привилегиями, а женщины – всей властью". Половой дисбаланс присутствует и в книге Элизабет Вонарбург (Elisabeth Vonarburg) In the Mother's Land (досл. "В стране матери"; прим. перев.: книга изначально была написана на французском и издана под названием Chroniques du Pays des Mères – "Хроники страны матерей").

В ряде произведений писательницы играют с идеей биологического детерминизма – мужчин сегрегируют с целью защитить общество от их агрессивной природы, как например, в романе Памелы Сарджент The Shore of Women (досл. "Берег женщин", 1986 г.), в The Gate to Women's Country (досл. "Ворота в страну женщин", 1988 г.) Шерри С.Теппер (Sherri S. Tepper), в Solitude ("Одиночество"/"Соло души", декабрь 1994 г.) Ле Гуин и в цикле Hwarhath ("Хвархаты") Элинор Арнасон (Eleanor Arnason), в котором среди мохнатых гуманоидных инопланетян практикуется раздельное проживание полов после совершеннолетия, романтические отношения возникают лишь среди лиц одного пола, а размножение происходит посредством искусственного оплодотворения.

Антиутопии также являются важной составляющей феминистской фантастики – в них различные элементы гендерных отношений преувеличиваются и подвергаются критике. Часто антиутопичное общество изображается в одном произведении с утопичным – например, как в книге Пирси Woman on the Edge of Time. Роман Walk to the End of the World (досл. "Прогулка на край света", 1974 г.) Сьюзи Макки Чарнас– мрачная антиутопия, в которой рабство женщин доведено до крайности. Мир книги резко контрастирует с чисто женским обществом ее сиквела Motherlines (1978 г.). В число других антиутопий, в которых женщины лишены гражданских и политических прав, входят романы The Handmaid's Tale ("Рассказ служанки", 1985 г.) Маргарет Этвуд (Margaret Atwood) и Native Tongue (досл. "Родной язык", 1984 г.) Сюзетт Хейден Элджин (Suzette Haden Elgin), в котором группы женщин как акт восстания изобретают женский язык.

Распространенный подход в феминистской научной фантастике – очуждение традиционных гендерных ролей, часто путем изображения инопланетных обществ с отличными от наших гендерными структурами и/или биологическими особенностями. К произведениям этой группы относятся многие из работ Хайнского/Хейнского цикла (Hainish Cycle) Ле Гуин, романы Кэролайн Черри (C. J. Cherryh) о Шанур и многие работы Элинор Арнасон (например, A Woman of the Iron People/досл. "Женщина железных людей" 1991г., Ring of Swords/"Кольцо мечей" 1993 г. и другие работы из цикла "Хваргаты"). Иногда писательницы играют с нашим пониманием гендера, изображая расы с только одним гендером (как, например, в романе The Left Hand of Drakness/"Левая рука тьмы" 1969 г. Ле Гуин), без гендера (Aleutian Trilogy/досл. "Алеутская трилогия" Гвинет Джонс/Gwyneth Jones) или множеством гендеров (Shadow Man/досл. "Человек-тень" 1995 г. Мелиссы Скотт/Melissa Scott).

Хотя феминизм оказал влияние на научную фантастику в целом, и активные героини теперь не такая редкость, все же в современной научной фантастике сложно выделить группы работ, которые можно было бы однозначно отнести к феминистской научной фантастике как поджанру, как в случае с работами 1970-х гг., несмотря на то, что в жанре появляются новые писательницы-феминистки. Частично это объясняется увеличением числа политических позиций, охватываемых феминизмом, и растущим вниманием к тому, как гендер пересекается с расой, классом, сексуальностью и возрастом. Кроме того, хотя существуют писательницы научной фантастики, которые идентифицируют себя как феминистки, они не обязательно пишут явно феминистские тексты. Тем не менее в жанре научной фантастики теперь больше произведений, которые можно обозначить как "феминист-френдли". Однако некоторые, например, писательница и критикесса Гвинет Джонс, считают, что феминистские идеи в научной фантастике утратили свою радикальность. Джонс утверждает, что сейчас мы наблюдаем откат к тому, что она называет "фем-научная фантастика", являющей собой примирительный кивок в сторону гендерного равенства. Это фантастика с волевыми героинями, не бросающими на самом деле вызов статусу-кво; ответов на сложные вопросы, какие общественные изменения смогут привести к политическому или экономическому равенству, такая научная фантастика не ищет.

Частью проблемы, возможно, является то, какого рода книги, по мнению издательств, найдут успех у публики. Наряду с издательствами, более открытыми для феминистских и явно политических текстов, существует несколько издательств, самоидентифицирующихся как издательства феминистской литературы. Важная роль принадлежит британскому издательству The Women's Press. Издательство Aqueduct Press, позиционирующее себя как издательство феминистской фантастики, выпустило некоторые из самых радикальных и явственно феминистских произведений последнего десятилетия, например, роман Life (досл. "Жизнь") Гвинет Джонс в 2004 г. или серию Marq'ssan Л. Тиммел Дюшам (L. Timmel Duchamp), а также работы небелых писательниц-феминисток, таких как Андреа Хэйрстон (Andrea Hairston), Вандана Сингх (Vandana Singh) и Ниси Шол (Nisi Shawl).

Источник: http://www.sf-encyclopedia.com/entry/feminism#sthash...
Перевела с сокращениями Светлана Романова

Комментарии автору:

Всего веток: 0