Агент-призрак

Размер шрифта: - +

Главы 1 и 2

Игорь Минаков, Максим Хорсун

АГЕНТ-ПРИЗРАК

Глава первая

…Тень убили. Я должен выяснить, кто и зачем это сделал...

Ливень грохотал по широким, твердым, как жесть, листьям. Под тяжестью его струй листья давали крен, и тогда сверху обрушивались каскады воды. Не прошло и пяти минут, как она смыла с меня белесые комья квантового геля, и я остался совершенно голым.

Один. Ненастной ночью. В лесу. На большой луне под названием Дождь, которая обращалась вокруг газового гиганта Бриарей в системе желтой звезды, похожей на Солнце.

Холода я не боялся. Не боялся одиночества и ночного леса. Нужно было действовать. Для начала найти безопасное и, желательно, сухое место. Переждать ночь. А утром будет видно.

Я поднялся с четверенек. Мне было худо, голова кружилась, сердце галопировало, грозя разорвать грудь. От меня исходил пар, и если бы кто-то увидел со стороны окутанную дымкой фигуру, то непременно бы подумал, что это — привидение, неупокоенная душа.

Я и был призраком, пришельцем из другого мира.

В ушах все еще звучали голоса. Монотонно бубнили служители Лаборатории Джантации, устраивая меня в стартовой капсуле. Старший агент Ник Брагинский —   оперативный псевдоним Мрак — повторял инструктаж:

— Схрон под Левым Рогом. Не перепутай, Сайрус: под Левым, а не под Правым. На месте поймешь, что я имею в виду...

Слушая Брагинского, я глядел в ячеистый потолок, который медленно наливался сиреневым светом. Я готовился покинуть Землю, и, быть может, навсегда. 

Вспышка. Мгновенный пространственный спазм. И вот, я более чем в сорока пяти световых годах от Земли. В промозглой ночной чащобе чужого мира...     

Я выставил перед собой руки и побрел, поминутно спотыкаясь, туда, где в стене леса виднелся багровый просвет. Под ноги подворачивались корни — мокрые, скользкие. Ветки так и норовили хлестнуть по глазам. Но я упрямо шел вперед и чувствовал, что с каждым шагом ко мне возвращаются силы.

Постепенный «перезапуск» организма — обычное следствие джанта. И если в течение первых тридцати минут чужая планета не убьет призрака, то в последующем он станет хозяином положения. Судя по ощущениям, мне оставалось не более четверти часа немощного состояния. Я молил Навигационную Карту помочь осилить эту четверть. Уберечь от рыскающих в мокром подлеске шерстней, приглушить вечный голод, терзающий бредунов, убрать с дороги стыдливца, настырного и беспощадного, будто уличный бандит в Тоннельном городе.

Лес поредел. Отдельные стволы, а не сплошная чаща. Временами мне казалось, что я все еще на Земле, изучаю мыслезаписи своих предшественников, формирую в сознании устойчивый образ того места, куда предстоит перенестись, прорвавшись сквозь ткань пространства. Мне чудилось, что лес — лишь изображение на снимке. Но потом морок отпускал, и я оказывался в объятиях влажного сумрака, который нельзя было запечатлеть. Его можно было лишь ощутить дыханием и кожей…

Я выбрался на опушку. Ливень только усилился, но сквозь его стеклянные заросли проглядывала равнина, залитая багровым светом. Пожар? Что может гореть в такой сырости? И в следующее мгновение понял, что: над пустошью восходил Бриарей. Свет планеты-гиганта лился из-за туч, смешиваясь со струями воды. И в этом неверном освещении я отчетливо разглядел две скалы, возвышающиеся над болотистой равниной — будто рогатая тварь лезла из-под земли.

Под Левым Рогом Тень устроил схрон. Там была одежда и обувь горожанина, примитивное огнестрельное оружие, тесак-мачете, концентрированная пища... Ну и еще — личинки. Все — местное. Ведь призрак, будто новорожденный младенец, приходит в мир голым. В чужой ли мир, в свой ли — разницы нет. С собой он не может пронести ни единой песчинки. Только навыки, воспоминания и кошмарные сновидения.

Голым пришел я в этот мир, голым и уйду, забирая с собой только знание. И прежде всего, сведения о том, кто и зачем убил Дэна Крогиуса, оперативный псевдоним Тень.

Но сначала надо преодолеть полмили болотистой равнины, добраться до Левого Рога и вскрыть схрон. И сделать это лучше всего сейчас, не дожидаясь восхода местного солнца — звезды, которую на Земле называли Восемнадцатой Скорпиона.

Но путь оказался отрезан. Почти невидимые в багровом полумраке, на опушку выскочили двенадцать тварей, отдаленно напоминающие африканских гиен. Я почувствовал их гнилостный запах. Ночное зрение вернулось ко мне. Стали видны ходящие ходуном ребра, рыжая с подпалинами шерсть на боках, капающая с желтых клыков зеленоватая пена, нервно подрагивающие чешуйчатые хвосты. Это были шерстни. Они охотились стаями, стремительно загоняли добычу и торопливо рвали ее на куски, покуда на запах крови не явился стыдливец.

Четверть часа миновала, а значит, такая добыча как я, шерстням не по зубам. Естественно, я не был настолько самонадеян, чтобы ввязываться с ними в драку. Оступишься о предательский корень, потеряешь равновесие, и они мгновенно вцепятся в руки и ноги, повалят в гнилую лесную подстилку, вгрызутся в горло. А вот потягаться в скорости было возможно. Ускорение — сверхчеловеческая способность, которой обладает каждый призрак. Для шерстней я размажусь в серую полосу, они же для меня замрут, как истуканы.

Я рванул с места, на бегу перемахнул через ближайшего хищника, — тот прижал уши и зашипел. Я ссыпался с косогора, на котором стоял лес. Широкими прыжками помчался по равнине. Все это заняло у меня не более пяти секунд. Твари, наверное, и не поняли, куда это вдруг подевалась такая беззащитная с виду добыча. Я же мчался как ветер, разбрызгивая дождевые лужи, распугивая мелких земноводных и змей. Для всякого стороннего наблюдателя я был сейчас туманным вихрем, со свистом вспарывающим дождящую полумглу. Не человек — призрак!



Максим Хорсун

Отредактировано: 15.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться