Апрельская сирень

Размер шрифта: - +

Глава десятая

Шестнадцатый день ноября встретил город сюрпризом в виде снега и резкого понижения температуры, и это было неприятно, особенно учитывая то, что еще вчера прошел дождь, так что сегодня на дорогах образовался гололед. Дул ветер, и снег, вперемешку с градом, назойливо стучали по стеклу. Дима включил «дворники», ругая про себя Сирену. Приспичило же ее именно сегодня тащиться  на встречу с этим мальчишкой. Как его там? Никитой. Подруга хотела познакомить их для того, чтобы он, Дима, своим примером показал этому подростку, что из жалкого, забитого неудачника можно стать сильным, уверенным в себе человеком.

Но больше всего он злился на себя: почему он не может сказать ей «нет»? Хотя бы один раз? Почему он все время боится обидеть ее, расстроить, огорчить? Почему она так легко манипулирует им? Почему он из кожи вон лезет, чтобы угодить ей, хотя прекрасно знает, что это все зря. Она не любит его. Не любит! И не полюбит, наверно, уже никогда, как бы он ни старался завоевать ее сердце. Пора бы уже смириться с этим.

А он и пытался. Да, он все время уговаривает себя, что уже давно смирился с ролью друга, и даже заставлял себя верить в то, что и сам уже не чувствует к этой девушке ничего, кроме дружеской симпатии и привязанности. «Наверно, это просто привычка, - говорил он себе. - Я просто привык любить ее, вот и все».  Пора бы отвыкать, а для этого необходимо найти себе кого-то. Нужно начать с кем-нибудь встречаться. Хоть бы и с Олей – подругой Сирены. Почему бы и нет? Вон как она смотрела на него в прошлый раз. Она-то, наверняка,  оценила его по достоинству. Не то, что эта дура.

Сколько хороших, красивых девушек он «отшил»? Сколько сердец разбил? Немало. Дима знал, что нравится девушкам. По большей части потому, что он спортсмен, но это не имеет значения. У него никогда не было длительных серьезных отношений, только те, что длились максимум пару ночей, да и то, потому что поклонницы буквально сами прыгали в его объятия, а потом ему становилось стыдно. Конечно, Сирена не знала об этих девушках, он же берег ее сердце. Как будто ей было какое-то дело до его любовных похождений. Друзья вон уже в глаза смеются над ним, мол, ну и лошок ты, Димка, таскаешься за ней, а она в упор не видит в тебе мужчину. Он на них не обижается, действительно, где еще встретишь такого идиота, как он?

Он решил, что обязательно поговорит с ней. Сегодня или нет, но в ближайшее время он объяснится с Сиреной, признается в своих чувствах к ней, а потом… А что потом? Она растеряется, расстроится, и в итоге, со смущением, заламывая руки и пряча глаза, ответит, что тоже любит его, но как друга, как брата.

И тогда он, скорее всего, совсем  потеряет ее.

Трус. Как же он ненавидел себя за это! Вместо того, чтобы перетерпев боль, развязать держащие его путы, он еще больше запутывается, и терпит. Сколько еще это продлится? Скорее всего, пока Сирена не встретит кого-нибудь, того, кого полюбит, а потом она выйдет замуж и их дружба сама собой прекратит свое существование. Дима станет в ее жизни лишним и ненужным.

Проехав еще три квартала, Дима свернул с дороги, и, метров через сто уткнулся в  невысокие, но красивые черные ворота, за которыми стояла школа. Ребятня равнодушно проходила мимо его машины. Среди толпы учеников Артемьев заметил Сирену, идущую рядом с невысоким, худеньким пареньком. Присмотревшись, Дима узнал в нем того самого чудака из видео, что махал на стадионе плакатом с надписью «Плутон вперед!».

Девушка заметила автомобиль и помахала рукой, а затем что-то сказала своему спутнику, и они прибавили шаг.

Но тут из толпы подростков подскочили трое ребят, и один из них грубо толкнул мальчишку. Тот что-то ответил, после чего получил подзатыльник. Сирена замахала на них руками, возмущенно говоря им что-то. Отморозки засмеялись, и пошли прочь.

Дима вышел из автомобиля, и двинулся им навстречу. Ребята свернули, но он окликнул их.

– Чего надо? – огрызнулся один из ребят. Он был невысок ростом, но взбитого телосложения. Остальные двое были долговязыми и худыми. Подростки узнали Диму: на какое-то мгновение их лица вытянулись в изумлении, но затем ребята очень быстро справились, и снова вернули себе наглый и развязный вид.

– Можно вас на пару слов? – с напускной вежливостью спросил Артемьев. – Я тут наблюдал одну неприятную картину…

– И че? – дерзко ответил тот, что был выше всех.

– Не перебивай, ладно? – Дима оглянулся на Сирену с Никитой, и подозвал их. – Этот парень, – сказал он ребятам, – мой младший двоюродный брат, - молодой человек еле удержался от улыбки, когда подростки, забыв о своей набыченности, уставились на него во все глаза, - и поэтому я предупреждаю: если он пожалуется мне на вас…

– И что ты сделаешь? – первым опомнился «крепыш». Дима придал лицу серьезное выражение лица, затем подошел ближе (при этом вся троица отпрянула назад, чем опять же заставила парня про себя улыбнуться), наклонился, и тихо сказал:

– Я использую ваши головы вместо футбольного мяча.

– Не имеешь права! – с вызовом ответил третий, – мы еще школьники!

– И че? – на их манер поинтересовался Артемьев. – Я вас предупредил.

Подростки отступили, затем быстро посмотрели на Никиту, и, развернувшись, зашагали своей дорогой.

– Гады, – буркнула им в спины Сирена.

– Согласен, – кивнул Дима, затем обратился к Никите, – Ну, будем знакомы?

– Ах, да, – спохватилась Сирена. – Это Плутон.

– Я…, – открыл рот мальчик.

– Никита, то есть. Извини, – поправилась она.

– Я Дмитрий, – Артемьев протянул мальчику руку. – Рад знакомству.



Ксения Александрова

Отредактировано: 09.10.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги