Бывшая Москва

Размер шрифта: - +

Глава 11

Последнее время Маша была настолько поглощена переменами в собственной жизни, что утратила интерес ко всему происходящему на работе. Это ее теперь не занимало и не задевало. Едва хватало благоразумия вовремя выходить в смену и кое-как отстаивать положенные (такие долгие!) часы за конвейером. Мелкие цеховые происшествия и сплетни просто скользили мимо нее. Вот и сейчас стояла у медленно ползущей ленты, перебирала бесконечные заготовки для каких-то канцпринадлежностей, механически отбирая бракованные и бросая их в большую коробку на полу. Эти заготовки, в полном беспорядке сваленные на конвейер, были разного типа, но вникать, что к чему относится, не хотелось совершенно.

Наташке, которая, как обычно, находилась рядом, все-таки удалось привлечь внимание подруги.

— Ты слышала? Сегодня ночью канцелярию Лидера подожгли.

— Откуда ты знаешь?

— Да с утра уже все шепчутся. Говорят, там всё спалили подчистую, одни головешки остались. Как только поджигателей не поймали, удивительно… Это же в центральном секторе, стражников полно.

— Точно никого не поймали?

— Как я могу знать точно? Но говорят… А почему ты так испугалась? Тебе-то что?

— Ничего я не испугалась. С какой стати? Просто неожиданно. Такого раньше ведь не было никогда в центральных секторах.

— Наверно, у нас сегодня какое-нибудь собрание проведут по этому поводу. Было бы неплохо. Хоть посидеть можно будет, а то целый день на ногах. Хотя, может, сделают вид, что ничего и не случилось. Кто их знает.

— Пока указания сверху не дадут, наше начальство само не пошевелится, — прошептала стоявшая возле Маши Лада, которая услышала их тихий разговор.

После потери ребенка миновало почти три месяца, и Лада постепенно оттаяла, снова начала общаться с другими работницами и улыбалась даже иногда. Как правило, она старалась держаться поближе к Маше и Наташке.

— Скорее всего, ждут приказа, — согласилась Наташка. — А мы тут пашем, не поднимая головы… Может, вся эта канцелярщина уже и не понадобится никогда. Заказ, вроде, как раз для канцелярии Лидера.

— Да уж, в каком еще учреждении столько могут всего назаказывать, — сказала Лада.

Маша изо всех сил делала вид, что разговор занимает ее просто от скуки, а у самой сердце сжималось из-за предчувствий. Она, конечно, не была уверена, что поджог — дело рук Яна и его друзей, однако аргументов в пользу такого предположения хватало. Дерзкий почерк и вызывающий характер преступления (преступления — а чего же еще — канцелярия считалась одним из символов городских властей), было вполне в духе Яна. То, что он ничего не сказал ей о своих планах, было вполне объяснимо. Маше дозволялось участвовать только в самых безопасных и, по ее стойкому убеждению, незначительных действиях семерки.

Сейчас в ее сумке, лежавшей на длинной скамейке у стены, находилась пачка новеньких, всего пару дней назад отпечатанных листовок. Что-то о дворце Лидера и перебоях с питьевой водой… Предполагалось, что Маша во время очередного отключения электричества (они случались теперь каждую смену по нескольку раз и стали обычным делом) вынет листовки из сумки и оставит где-нибудь на видном месте. «Получится, так получится, нет, так нет, — беззаботно сказал Ян. — Главное, не попадись».

Маше показалось, что он дал эту пачку, лишь бы отвязаться, после долгих и настойчивых просьб поручить ей что-нибудь полезное. Она была уверена, что все пройдет гладко. В коридоре между двумя цехами, куда работницы часто выходили во время отключений, освещение было слабое, а народу всегда скапливалось достаточно. К тому же, по коридору гуляли сквозняки, разгонявшие повсюду бумагу, в которую работницы заворачивали свои скудные завтраки-обеды-ужины. Легкие листовки тоже, конечно, разлетятся и попадут во многие руки. В коридоре было прохладно, даже холодно, но люди предпочитали туда почаще выглядывать, чтобы не вдыхать постоянно запах плавленого пластика, который стоял во всех цехах.

Пронести что-то постороннее в сумке на завод было элементарно, тщательный досмотр практиковался только на выходе. Правда, в последний месяц охранники и на входе иногда устраивали выборочный шмон, но касалось это только мужчин, женщин, видимо, ни в чем крамольном не подозревали.

Чтобы отвлечься от тревожных  мыслей, Маша принялась прикидывать, когда примерно погаснет свет, в каком участке общего коридора лучше оставить листовки, и как проделать это незаметно.

— Маш, перекусим там в углу, на коробках, если свет опять вырубят? — предложила Наташка. — Я галеты из дома прихватила, мать со службы вчера принесла. У них давали тем, кто план выполняет.

Наташкина родительница служила в отделе по учету выдачи удостоверений гражданина…

— Да ну, давай лучше в коридор выйдем, — отозвалась Маша, — Чего тут пылью дышать…

— Я, например, не замечаю уже этой пыли и к запаху привыкла.

— Как знаешь, а я выйду.

Все складывалось удачно. Маша как раз хотела на некоторое время оторваться от Наташки. Разумеется, Ната ее самая близкая приятельница здесь, даже подруга, и вообще отличная девчонка, но зато такая сплетница и болтушка…

Однако Машины планы изменились по не зависящим от нее причинам. Краем глаза она заметила: к закутку, в котором большую часть дня обретался начальник цеха, подошли трое заводских охранников и еще кто-то в сером добротном костюме. Незнакомец отворил дверь и зашел в «кабинет», огороженный фанерными щитами.

— Кого это принесло? — удивилась Наташка. — Таскаются тут всякие проверяльщики…

Маша пожала плечами.

— Нам-то какое дело?

И все-таки оказалось, что неожиданный визит имеет к постоянным обитателям цеха самое прямое отношение. Начальник в сопровождении незнакомца скоро вышел на открытое пространство, охранники расположились в ряд за ним. Ремонтнику было велено отключить конвейер, и когда визгливые звуки внезапно остановленной ленты затихли, начальник цеха громко произнес:



Лара Вагнер

Отредактировано: 04.05.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги