Бывшая Москва

Размер шрифта: - +

Глава 17

У каждой революции со временем появляются свои летописцы и певцы. Реальные события обрастают нужными той или другой стороне подробностями и мифами, возникает четко очерченный круг героев и предателей. Можно не сомневаться, что когда-нибудь это произойдет с событиями, начавшимися в Городе на семьдесят девятом году после Атаки. Казалось, Атака навсегда разрушила прошлое и лишила горожан всяких надежд на будущее. Но какие последствия несут внезапные перемены на границе двух веков, пока никому не было известно.

Когда-нибудь участники развернувшихся на улицах Города боев превратятся в данные статистики. Небольшая часть из них, возможно, останется в новейшей истории, и до следующих поколений дойдут их имена. Не исключено, что даже сохранятся отдельные эпизоды их жизни, внешность, черты характера.

Ян — бесстрашный и самоуверенный, упрямо идущий к своей цели и готовый всем пожертвовать ради нее…

Маша, выбравшая свою судьбу в тот момент, когда поняла: ее место рядом с Яном, а дальше — будь что будет…

Рыжеволосая кроха Геля, втайне мечтающая стать сильной и отомстить за прошлые обиды…

Грубоватый и практичный Захар, который давно ничему не удивляется и не суетится по пустякам…

Витающий где-то в высших сферах Богдан, чьи амбиции устремлены на то, чтобы восстановить утерянные достижения человечества. Как минимум, восстановить, а дальше развить до невероятного уровня. У Богдана действительно грандиозные планы…

Озорной легкомысленный Димка, чей голос сейчас почти не слышен в общем разговоре друзей, и чья жизнь утратила смысл, превратившись в серую полосу из одинаковых дней. Закончится ли в дальнейшем эта полоса?..

Макс, путь которого оборвался, едва успев начаться…

 

О них вспомнят когда-нибудь потом, возможно… А сейчас они продолжают пробиваться вперед, постепенно отказываясь от иллюзий, закаляясь в сражениях и привыкая к потерям. Навсегда ушел в неведомое пространство, наполненное белым светом, не только Макс, но и многие другие. Слишком многие… После долгого боя за восемнадцатый сектор не стало Тина, шальная пуля унесла жизнь Ирины, и ей, такой незаметной и тихой, молча справлявшейся с огромным хозяйством армии повстанцев, очень долго не могли подобрать замену. Даже Дан, который сперва поименно помнил всех погибших, давно утратил эту способность. Никакая, пусть самая острая память не в состоянии была бы удержать столько имен. Да он уже и не пытался запомнить всех, кто, поверив ему, встретил смерть. Переключился на повседневные проблемы, которых становилось все больше. Противостояние затягивалось, казалось бесконечным. Миновала осень, затем тяжелая зима, и нужно было обеспечивать своих людей теплой одеждой и топливом. Хорошо еще, морозы оказались не такими уж сильными. Хотя минусовая температура стала чрезвычайным событием для Города, той зиме было далеко до прежних, двадцати-тридцати градусных морозов, случавшихся в былые годы до Атаки. Потом вроде бы намечалась календарная весна, но теперь вряд ли кто-то мог  предугадать изменения климата, внезапно ставшего непредсказуемым.

Маша не понимала ни стратегии, ни тактики этих беспорядочных уличных боев, ожесточенных перестрелок, сражений за вконец обезображенные здания и опустевшие кварталы, блужданий в канализационных ходах и запутанных коридорах под Башней. В сущности, ей было уже все равно, Маша притерпелась к почти ежедневным опасностям и не воспринимала их всерьез. Только помнила, что ей, как подруге Яна, не пристало трусить и терять веру в победу. Надо было хотя бы делать вид, что она эту самую победу искренне ждет. Впрочем, на Маше лежал двойной долг, ведь «сестренке Дана» (она знала, что ее так называют за глаза), не к лицу унывать. Дан… она сама все чаще называла его так, словно тот прежний Сергей и правда погиб в метро. Нельзя было сдаваться и впадать в отчаянье, иначе пришлось бы признать, что все жертвы принесены зря.

*****

 

После обсуждения планов на ближайшие несколько дней командиры групп уже потянулись на выход. Дан негромко сказал Яну:

— Останься, поговорить надо.

Когда они оказались вдвоем, продолжил:

— Дела у нас, если честно, паршиво идут.

— Мы же, в общем, держимся.

— Держимся, но этого недостаточно. Если так пойдет дальше, все перетечет в гражданскую войну. Люди недовольны, жизнь еще тяжелее стала. Кому охота долго ждать неизвестно чего в будущем, когда вокруг одни лишения и никаких гарантий?

— Но когда-то же у властей должны кончиться войска! Мы воюем лучше, это чисто объективно. И нам помогают с разных сторон…

— Этот сука Лидер словно из рукава все новые и новые части выбрасывает. На южных границах Города еще полно резервов. Туда в свое время столько ресурсов уходило, пока обычные горожане еле выживали на брикетах. Видимо, Лидер чуял, что рано или поздно начнется сопротивление, и готовился.

— А мы летом потешались, как стражники по улицам мечутся и ничего поделать не могут с листовками и всякими мелкими пакостями, которые им устраивали.

— Да, летом было по-другому… Ян, нужно устранить Лидера. Единственный выход, иначе мясорубка так и будет крутиться. Можно обрубать щупальца спрута, но пока голова цела, толку не будет.

— Я тоже так думаю.

— Согласен? Считаешь, справишься?

— Конечно.

— Трудно будет, но все-таки возможно. В центр проберетесь через подземелье. Придется в форму стражников переодеться, чтобы сойти за своих. Форму с убитых снимем.

— Зачем? Есть совершенно новая. Мы тогда в тридцать первом секторе прихватили вместе с оружием. Я на днях проверял, лежит у нас на складе. Как раз такие куртки, на которые стражники недавно перешли.

— Отлично.



Лара Вагнер

Отредактировано: 04.05.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги