Девятый

Размер шрифта: - +

Глава 17

Глава 17

«Эх, дороги…»

 

Дождь зарядил всерьез и надолго. Небо затянуло тучами от горизонта до горизонта, в этом густом покрове солнце не просматривалось ни на миг. Ливнем нас природа пока что не пугала, но капало почти непрерывно и нудно — если до вечера это не прекратится, то в грязи утонем.

Уже начали тонуть.

Сосновые леса с их надоевшим податливым песочком остались позади — мы ехали по пустошам, перемежаемым зарослями кустарников и лиственных деревьев. Местность начала заметно подниматься — слева и справа возвышались холмы, и обоз двигался меж двух гряд будто по дороге для древних великанов. Песка больше не было: здешняя почва черна от перегноя и тем для нас опасна.

Одна телега, проехав по нескошенной поляне, примнет траву. Следующая продавит дерн. Дальше дерн будет продавливаться все больше и больше, пока наконец естественный кожный покров земли не разрушится. Влажная почва под нажимом колес начнет терять свою структуру, смешиваясь с водой, будет превращаться в грязевой студень. Чем больше пройдет телег, тем больше получится этого студня.

Телег у нас было сто семь — пока что ни одной не потеряли. Это много — за собой мы оставляли полосу грязевого месива. Задним повозкам теперь приходилось несладко…

Сыпучий песок, досаждавший всю дорогу, теперь вспоминали с умилением.

На подходящих участках старались не двигаться след в след — разъезжались в стороны, уменьшая нагрузку на почву. Увы, таких участков было не слишком много — зачастую приходилось ехать по узкому пути, прорубленному в кустарниках, или пробираться между деревьями. Корневая система серьезных растений даже здесь не очень помогала — копыта и колеса тонули в грязи.

А что будет, если дождь не уймется и затопит землю по-настоящему?

Как будто мало у нас собственных проблем — погода свои добавила…

Несмотря на слабость дождя, влага постепенно добиралась до тела: непромокаемых плащей здесь еще не изобрели. Пытался устроить нахохлившемуся Зеленому что-то вроде капюшона из промасленного холста, но этот неблагодарный гад тут же брезгливо сбрасывал «обновку», категорически не соглашаясь предавать идеалы нудизма. Сидеть в фургоне тоже отказался наотрез — на плече ему почему-то нравилось больше. Ну и пусть мокнет, мое дело — предложить…

Холодно не было, хотя вечером и ночью, вероятно, возможны проблемы — промокну к тому времени основательно.

Дождь не мешал думать: мозг не должен пребывать в праздности, и вообще я много нового узнал этой ночью, да и утром тоже, — надо хоть немного систематизировать полученную информацию.

Новости следует разделить на три категории: хорошие, плохие и нейтральные.

Нейтральная всего одна: я, похоже, потерял свой «иммунитет» перед поганью. Меня она атаковала с удовольствием. С одной стороны, плохо — риск лишний; с другой — теперь можно не подозревать в себе каких-то нехороших изменений, а то, грешным делом, задумывался. Да и не все в этом вопросе так однозначно: в ночном бою я почти всегда атаковал первым, и противник, возможно, просто отвечал на угрозу. Не исключено, что при покладистом поведении трогать не стали бы.

Из хороших — понравилось мое полубезумное поведение. В бою я не струсил — это, наверное, главное. Проверил себя по-настоящему и остался собой доволен. Так уж получилось, что на Земле мне не довелось побывать в роли спецназовца, с помощью пары ласт захватывающего авианосцы. Мои самые кровавые деяния — это разбитые губы и носы в потасовках и на боксерском ринге. Ну мирный я был человек, и даже профессия не связана с экстримом — торговый представитель, а заодно и водитель. Не опытный головорез, способный удавить слона на жабьих кишках; не ролевик-реконструктор, умеющий в условиях примитивной кузницы за день сварганить булатный меч, а за два дня полный доспех из инструментальной стали; не системный администратор-программист с ноутбуком, в котором нет порнографических фильмов и фоток, но зато есть ответы на абсолютно все вопросы, — по канонам жанра я никак не должен попасть в ряды покорителей других миров. Но тем не менее попал, и уже довелось серьезно помахать мечом. Действовал при этом достаточно эффективно — нанес противнику значительный урон, практически без последствий для себя: несколько царапин и ссадин не в счет; поспешно залатанная в двух местах кольчуга и порванное голенище — тоже не беда. В одиночку прикончил наповал мелкого прыгуна (или, как их называет епископ, гарпа), очень жестоко надругался над огромным шатуном (эритом). Еще четверка противников заработала от меня ранения различной степени тяжести, в основном конечностей.

Убедился, что реакция у меня более чем отличная — пожалуй, на порядок лучше, чем в старом земном теле. Или от старого хозяина рефлексы достались, или последствия переноса — возможно, мозг после такого оригинального события заработал интенсивнее. Запросто — с коматозным сном уже сталкивался, так что не удивлюсь и другим странностям. Да и не особо удивительная новость: отличная реакция — это еще не сверхъестественные способности (я бы от них не отказался сейчас).

Второй плюсик: несмотря на опасную ситуацию, мыслил вполне здраво и в основном вел себя достаточно обдуманно. Приступ бешенства в начале схватки был оправдан, да и вызвал я его осознанно — специально себя распалял. Как бы ни нахваливали мухоморных скандинавских берсерков, предпочитаю в бою сохранять разум, а не превращаться в брызжущую слюной взбесившуюся скотину. Этого и не произошло — даже в самые жесткие моменты мысли оставались достаточно трезвыми.

Было бы интересно посмотреть в таком бою на берсерка. Говорят, они своим внешним видом вносили смятение в души противников и были нечувствительны к боли. Да уж… погань сильно испугается, увидев идиота, с пеной у рта грызущего край щита. Врежет разок, распоров от горла до паха, как того бедолагу-ополченца. Он, кстати, в доспехах был, а мухоморные скандинавы их не носили — таких бы пополам развалило.



Артем Каменистый

Отредактировано: 28.03.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги