Длань Покровителей 1. Земля избранных

Размер шрифта: - +

Глава 7.7 Дивный новый мир

7

Шум дождя нарастает. Гулкие залпы капель слышны даже в комнате. Вода чертит на стекле блестящие дорожки, превращая бегущие ночные огни в дрожащие пятна.

Она не плачет, но ей по-прежнему кажется, что глаза сочатся морской водой.

— Надеюсь, ты понимаешь, почему наша связь — утопия? — знакомый силуэт наклоняется, опираясь о стену. Молния разрывает небо за окном на две половины, озаряя комнату электрической вспышкой. Она снова видит его лицо: насмешливое и добродушное. Но уже через мгновение темнота возвращается, и знакомые черты теряются в непроглядной синеве.

Гром сотрясает стекло мощной вибрацией, вторя его голосу: басистые ноты раската слышны даже при закрытой форточке. Карниз, дребезжа, содрогается от частых колючих ударов. Она убеждена, что во всём произошедшем накануне виновата эта промозглая, непрекращающаяся гроза. Должно быть, случайная молния породила тот разряд, что пророс сквозь их сердца и тела свежим побегом ядовитого плюща.

— Ты понимаешь? — переспрашивает он. Чёрный силуэт складывает руки на груди. Отблески городских огней выдают строгие очертания его профиля.

Конечно, конечно она понимает. Теперь она знает о человеческих отношениях намного больше, чем раньше. Прошлой ночью она уяснила, что стены, кажущиеся нерушимыми, могут быть уничтожены в секунду. Что любые истины выписаны на деревянной доске мелом, а не выгравированы на камне. И что первый взгляд не всегда бывает обманчив.

Вот только как теперь вернуться к прежней жизни? Как забыть мгновения волшебства и перечеркнуть прошлое, если между ними установилась прочная связь? Непреодолимая сила, что влечёт их друг к другу, подобна мощному дереву. Раскидистые ветви его с каждой секундой тянутся всё выше в небо, а корни прорастают всё глубже в почву, ища живительный источник влаги.

Но небесам и земле не дано соприкоснуться. Разве что, в воображении, на иллюзорной линии горизонта. Вот и всё.

Она осознаёт неизбежность разлуки. Душа дробится на части, подобно грозовому облаку, что растянулось над городом. Раны источают смрадную кровь, поднимая в сердце бурю негодования. Но она по-прежнему стоит напротив с безмятежным лицом, испепеляя его строгим взглядом. Даже если дурная кровь будет хлестать фонтаном, она будет повторять, что ей не больно. Он никогда не должен узнать о том, как она слаба на самом деле.

Она пытается запомнить каждое его движение. Этого так много. Этого так мало…

— Я очень хочу остаться, — произносит она низким голосом. Отчаяние от невозможности изменить происходящее пробирает до костей.

— У нас с тобой нет иного выбора, — глубокое сочувствие проскальзывает в его интонациях.

— Думаешь, если я приму решение, что-то сможет мне помешать? — она стискивает зубы, чтобы сдержать эмоции, и чувствует, как мимические мышцы начинают мелко подёргиваться.

— Но это будет неверное решение, Анацеа, — он прислоняется лбом к чуть запотевшему стеклу. Анацеа зачарованно наблюдает, как танцующие блики играют на его коже разноцветными переливами. — Аморальное и чрезвычайно опасное решение. Думаешь, я сам не хотел бы этого?

Кровь пульсирует в висках Анацеа, порождая невыносимое головокружение. По правде говоря, выбор перед ней и не стоит, — Вайрана, Зейдана и Элатар — самые важные люди в её жизни, — но женщина всё ещё цепляется за тайные желания собственной души. Накануне её ослепило слишком сильно.

— Некоторые вещи сильнее законов мироздания, — Анацеа отводит взгляд, чувствуя, что вот-вот разрыдается. В носу саднит, мышечные подёргивания уже невозможно игнорировать. Никогда ранее эмоции не пронимали её так сильно. — Они не дают права сомневаться.

— Если это так, то однажды мы встретимся снова, — он не поднимает взгляда, словно ему стыдно за то, что говорит. — Ступай, Анацеа. Они тебя ждут.

— И ты… — негодует она, — ты просто так меня отпустишь?

— А что мне остаётся делать? — бормочет он в ответ. — Просто поверь: там тебе будет лучше, чем со мной.

Анацеа делает неловкий шаг вперёд, с ужасом ощущая, что непослушные ноги вот-вот уронят тело. Мышцы напряжены до предела, нервы предательски гудят натянутыми гитарными струнами. Но то, что захватило всё её существо прошлой ночью, гораздо сильнее физического недомогания.

Она вытягивает руки в попытке обнять его на прощание. Перед глазами дрожит, вбирая ночные огни, пелена слёз: спрятать их уже нельзя. Невозможно выплюнуть яд, что успел проникнуть в каждую клеточку.

Ветвистая молния снова вспарывает ночное небо, потроша фиолетовый купол. Ледяная вспышка освещает пространство, и Анацеа замечает, что его лицо изменилось.

Он поворачивает голову навстречу. Блики по-прежнему танцуют на его коже.

Только теперь это не тот, с кем она разделила постель прошлой ночью.

Испуг подступает к горлу. В чём же дело? Осознание, наконец, пронзает разум Анацеа острым копьём: она спит и видит сон! «Я должна удержаться», — думает она, ощупывая бархат шторы — столь же мягкий и ворсистый, как в реальной жизни. Если сейчас Покровители дали ей это знание, значит, в любую секунду настанет время для очередного пророчества. Нужно быть внимательной к каждой детали.

Анацеа фотографирует глазами ночные огни за преградой стекла, восхищаясь неимоверной реалистичностью иллюзии. Торопливо ищет буквы на запотевшем окне, но бегущие снаружи потоки воды лишь дразнят, размазывая по стеклу пыль. Женщина снова переводит взгляд на собеседника.

— Нери Бордон, — говорит она твёрдо. — Что ты делаешь здесь, мальчик?

— Ничто не происходит случайно, Анацеа, — отвечает юный собеседник, откидывая назад длинные волосы. — Произноси моё имя правильно.



Мария Бородина

Отредактировано: 08.07.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги