Долг и любовь. Королевская месть

Размер шрифта: - +

Глава 24.

Огромный переполненный людьми зал блистал. Сверкал тысячью свечей, чье пламя отражалось от хрустальных люстр и высоких зеркал в простых, но изысканных золоченых рамах. Обитые парчой стены ловили диковинные тени пар, скользящих по драгоценному паркету из лакертского черного дерева, от которого и сейчас, годы спустя после установки, доносился легкий завораживающий аромат. Порывы холодного зимнего ветра шевелили прически и одежды, но в душном зале разгоряченные гости не обращали на это внимания.

Бал продолжался уже несколько часов, и, похоже, здесь собрался весь Орлеатт. Хотя нет, всего лишь третья часть имперской аристократии. И все они, танцуя возле оркестра, сплетничая на мягких диванчиках или заполошно носясь по дому в попытках переделать последние дела, ждали. Ждали самого главного гостя, из-за которого здесь собралась такая толпа, из-за которого, последние пару месяцев, половина страны обивала пороги хозяев дома и заваливала их слезливыми письмами. Лучезарный Император слишком редко снисходил к подданным, его можно было увидеть лишь пару раз в год, когда он появлялся перед простыми жителями столицы и приглашал в тронный зал свое верное дворянство. И неважно, что один из этих знаменательных дней был прямо сегодня, потому что увидеть - это явное преувеличение. Ожидание сквозило в каждом взгляде и жесте людей.

Всеобщая суета не захватила только одного юношу, он вот уже часа два стоял никем не замеченный подле завешанного тяжелыми черными шторами окна, задумчиво крутил в руках один и тот же бокал вина и с нечитаемым выражением лица рассматривал пышное собрание.

Где-то там, в центре веселящейся толпы, обняв Эналию, танцевал шестой или седьмой танец к ряду Сэдрик, по этикету хозяин дома должен был быть вместе с гостями, развлекать их. Едва ли Джону нечего больше делать, поэтому сию обязанность, выполнял наследник. А Ноэлла мелькала среди тех, кто предпочел разговоры танцам. Вероятно, потом они поменяются. Ни Высочайшего лорда, ни его бастарда Андрас не видел с начала бала, видно и впрямь нашли занятие поважнее. А Малена пару минут назад продефилировала своей летящей походкой вдоль длинного не широкого черного ковра, накладывая чары от норовившей пристать к нему пыли. До этого слуги уже несколько раз накладывали очищающее заклинание, но безуспешно. Ковер этот делил паркетный зал на две неравные части и простирался от широкой лестницы на второй этаж, где сейчас стояло высокое похожее на трон кресло для Императора и группа сидений поменьше для хозяев, прямо до парадных ворот на территорию особняка.

 

Джон появился неожиданно, вышел из дверей во внутренние помещения и пошел к выходу прямо по тщательно оберегаемому ковру. Поравнявшись с оркестром, он поднял руку, и музыка замолчала. Гости сориентировались мгновенно: бросились к дорожке, толкаясь и поругиваясь, разместились по ее краям.

Открыли двери, в передней - открытой для посторонних части дома комнаты шли анфиладой, так что собравшиеся в парадном зале смогли увидеть двор. Ковровая дорожка заканчивалась у высоких кованых ворот, туда и подошел Лорд Джоанес, задержался на мгновение и плавно опустился на колени. Гости последовали его примеру, и замерли в напряженном ожидании. Снежинки, серебрясь в свете фонарей, падали на блестящие золотые эполеты, аксельбанты и шитье парадной формы Высочайшего лорда. Все затаили дыхание, казалось, само время остановилось.

И вот, когда уже ожидание затянулось, перед дорожкой, наконец, появились люди. Заждавшиеся коленопреклоненные аристократы мгновенно пали ниц.

Один из появившихся возник не перед дорожкой, а ровно на ее краю, оказавшись в объятиях склоненного герцога.

«Неужели репетировали? Да, ну, делать им больше нечего, как этот спектакль еще и репетировать! Должно быть, в ковре маяк для портала».

Джон прижался губами сначала к остроносым, модным сейчас сапогам, потом к протянутой руке. Так и не выпустив ее, он изящно поднялся и довольно улыбаясь, повел своего повелителя в дом, по проходу между распростертой элиты.

 

- Скучаешь?

- Нет, развлекаюсь.

- Не боишься, что кто-нибудь заметит?

- Что?

- Что ты не там, - парень кивнул в сторону ковра.

- Вот именно, все лежат. Кто заметит?

- Например, Сэдрик.

- А где он, кстати? - Андрас окинул взглядом зал.

- Вон.

Проследив взгляд Аларика, он увидел входящих в зал хозяев: Малена несла небольшой золотой таз, Ноэлла кувшин, Эналия, видимо включенная в состав встречающих, как официальная невеста наследника рода, держала небольшой горшочек, вероятно с мылом, а через плечо Сэдрика было перекинуто полотенце.

Андрас окинул процессию взглядом и перевел его на лежащих гостей. На лице юноши была странная смесь эмоций: презрение, раздражение, скука, при этом веселье и, кажется жалость.

- Ты, правда, считаешь, что он может сейчас что-то заметить?

Посмотрев на бледное, нервное, но счастливое лицо брата, Аларик мысленно согласился с другом. А вслух произнес:

- Ты представляешь его реакцию, когда он узнает, с кем делил гостиную последние пять лет?

- Не хочу представлять.

- Тебе не жаль его?

В глазах Андраса сверкнул гнев, тут же сменившейся болью.

- Ты знаешь, как много он для меня значит.

- Ты для него значишь не меньше.

- Осталась узнать кто ему дороже: друг или кронпринц.

Аларик невесело усмехнулся:

- Что здесь узнавать? И так ясно...

Андрас угрюмо смотрел, на моющего, в соответствии с древней традицией, руки Императора.

- Кронпринц, - договорил он реплику ДирНейтмара.

- Он отдаст все за тебя, для тебя. Умрет, если ты пожелаешь, но... смотреть на тебя как сейчас он не сможет, когда узнает, уже никогда. А он узнает.

- Спасибо! Но я хочу, чтобы он жил. Мне ничего от него не надо, только он сам.



Вира Дмитриева

Отредактировано: 11.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги