Двойник для шута

Размер шрифта: - +

ГЛАВА 7

ГЛАВА 7

 

— Что я могу сказать об архонте Бангалора? Хм–мм–м. Интересный вопрос, — говорил посол Шовелен, ранним утром прогуливаясь с Аластером по дворцовому парку. — Знаю–то я многое… Вот что может пригодиться вам, герцог, мне еще неясно.

— Откровенно говоря, мне и самому неясно, — признался герцог Дембийский. — Одно могу вам сказать сразу: мы пришли к выводу, что наиболее вероятным противником может быть Бангалор — либо официальный, либо тот, что сильнее официального. Если я четко выразил свою мысль.

— Предельно, — сказал граф. — Ну, что же. Тогда я просто расскажу вам о своих впечатлениях, а вы уж делайте собственные выводы.

Архонт Тиррон происходит, как вам, конечно, известно, из ничем не примечательного купеческого рода Аберайронов, которые около трех с половиной столетий тому назад внезапно возникли на политической арене Бангалора. Единственное, чем они действительно выделялись, это богатством. Соперников у Аберайронов было предостаточно, но они как–то внезапно победили всех — даже тех, кто превосходил их наголову.

Слово "внезапно" я употребляю лишь потому, что хочу избежать более эмоциональных определений и придерживаться объективных суждений, хотя это нелегко.

Словом, у меня сложилось впечатление, что и тогда, и теперь за спиной архонтов из рода Аберайронов стоит некая сила, которая, собственно, и удерживает их на троне. Можно выразиться и иначе: у архонтов Бангалора вот уже три века подряд спрятан в рукаве некий козырь, который они неизменно предъявляют при каждом новом раскладе, чем и принуждают остальных игроков признать поражение. Нынешний архонт прослыл человеком странным, но я бы определил это несколько иначе. Я беседовал с ним не так уж часто, только на официальных приемах, где остаться вдвоем больше чем на пять–шесть минут практически невозможно, но и нескольких раз хватило, чтобы понять, что человек этот глубоко несчастен. Он прекрасный собеседник, умный и глубокий политик, суждения его отличаются неординарностью, свежестью подхода, оригинальностью. И все это куда–то исчезает, когда мы сталкиваемся с реальной экономикой и политикой Бангалора.

Нет, архипелаг не бедствует. Но я бы сказал, что не благодаря усилиям правительства, а как бы и вопреки этим усилиям. Лишь благодаря тому, что природа там необыкновенная, жители просто не имеют реальной возможности умереть с голоду. Воды, фруктов и даров моря у них предостаточно. К тому же все морские диковинки, которые для них являются повседневной, грубой, наскучившей пищей, на нашем континенте ценятся как деликатесы. Только собирай и продавай за серебро и золото. Да и ходевенские государи уже начинают постепенно привыкать к роскоши. Да что я, герцог? Я же рассказываю вам очевидные вещи.

— Не совсем, — улыбнулся Аластер с высоты своего великанского роста. — Вы уже сообщили мне множество деталей, над которыми есть резон подумать.

— Я рад, что смог оказаться хоть немного полезным. Мне продолжать?

— Конечно, граф. Сделайте одолжение.

— Итак, государство получает огромные средства в свою казну, но они все время куда–то исчезают. Я имел удовольствие общаться с главным казначеем — это достойный вельможа и человек, если и не кристально честный, то и не прожженный вор или пройдоха. И вот что странно, герцог: возможно, я и преувеличиваю, но мне показалось, что и главный казначей, и военный министр, и адмирал торгового флота — все они чего–то очень боятся. Это не явное их состояние, а скорее привычка. Как люди, живущие на вулкане, привыкли думать о том, что он в любую минуту может взорваться. Нет, они не трясутся от страха ежесекундно, но и сильно отличаются от тех, кто живет спокойно.

— Кто же издает законы? — спросил Аластер.

— Неправильный вопрос, дорогой герцог, — тут же откликнулся граф Шовелен. — Я и сам задавался им, но это оказалось вовсе не главным. Законы — это нечто, напоминающее парус, который можно ставить или убирать, поднимать и поворачивать в разные стороны, чтобы корабль мог двигаться строго определенным курсом. Так вот, для нас неважно, какие паруса на парусном судне. Нам важно, кто ими управляет.

— И кто же?

— Те, кого нет. Кто тщательно скрывает как себя, так и свои намерения и замыслы. Странные люди появляются время от времени и в резиденции Тиррона, и у главного казначея, и у прочих вельмож, облеченных реальной властью. Люди эти стараются вести себя сдержанно, как и полагается подчиненным, но выходит это у них из рук вон плохо. Так обычно играют в простолюдинов князья, решившие прогуляться по ярмарке и недоумевающие, с чего это все их узнают.

— А с чего? — лукаво спросил Аластер.

— Не умеют гнуть спину, — спокойно пояснил граф Шовелен. — А если и гнут, то неправильно. У сиятельных вельмож сами позвонки расположены иначе, и ничего с этим не поделаешь.

— Так вы считаете, кто–то диктует свою волю Тиррону?

— Я бы не стал давать на отсечение какую–нибудь часть своего тела, однако в частном порядке могу утверждать, что именно так мне и показалось, когда я пребывал на Алоре с полуофициальным визитом.

Взять хотя бы тот удивительный и — не побоюсь так выразиться — беспрецедентный факт, что Тиррон до сих пор не женат и при дворе даже намеков на его предстоящее бракосочетание не слышно. Допустим, у него была несчастная любовь, даже допустим самое невероятное — архонт вообще равнодушен к прекрасным дамам, но ведь никто из правителей не принимал во внимание подобные доводы, когда речь шла о продлении рода, о сохранении династии!

Я еще не видел монарха, которому безразлично, кто унаследует престол после него. И тем не менее создается впечатление, что Тиррон именно таков. Либо существуют еще какие–то причины, по которым он не может ничего сделать.



Виктория Угрюмова

#8567 в Фэнтези

В тексте есть: драконы, магия

Отредактировано: 08.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги