Элемента.М

Размер шрифта: - +

Глава 11. Получилось!

Когда утром она открыла глаза, его все еще не было. Может быть, конечно, его уже не было, и он приходил и даже провел с ней целую ночь, но, где-то в глубине души Ева чувствовала, что это не так. А ведь ей так много нужно было ему рассказать! «Я радуюсь, что могу умереть!» - сказала ей вчера Кэкэчэн, она же Евдокия Николаевна Купцова. И Ева вспомнила как совсем недавно чувствовала тоже самое. Когда она хотела увидеть Дэна хотя бы еще только один раз. Просто увидеть. А потом… потом можно было бы и умереть. Потом хорошо было бы умереть, чтобы ничего и никогда больше не чувствовать. И вот Дэна рядом не было, и ничего она не хотела сейчас так сильно как снова его увидеть. Он сказал, что души алисангов не умирают. Еве показалось тогда, что это так замечательно. Сейчас она так не думала. Смерть, не приносящая забвения, сегодня ей казалось ужасной. Он сказал, что Светка Васькина умерла и что, возможно, это можно изменить. Это сложно, но возможно. Ева даже близко не понимала, как можно это изменить, но, наверно, он правда, боролся за ее жизнь, и это было непросто, раз его до сих пор не было. Ева не хотела, чтобы он рисковал своей жизнью ради кого бы то ни было, но ей подумалось, что настоящие герои почему-то всегда поступают именно так. И Еве тяжело было осознавать, что она практически попросила его это сделать. Утро как всегда явно не задалось.

             Она прислушивалась, стараясь среди разговоров в коридоре услышать голос Дэна. И какой-то мужской голос там явно басил, но слишком низко для Дэна и слишком далеко, чтобы понять, о чём там вообще шла речь. И снова Ева вспомнила вчерашний разговор с шаманкой. «Мы можем их призывать и прятать». Ева понятия не имела что значит прятать, но слово «призывать» было достаточно красноречиво само по себе. Она поспешно натянула халат. С одной рукой ей поначалу это было трудно, но потом она приноровилась и сейчас в прямом смысле легко сделала это одной правой. Она хотела поговорить с бабкой. Сейчас.

            В коридоре никого не было. Басил Гена в регистратуре, причем в пустой регистратуре. Судя по всему, разговаривал по телефону, к счастью, стоя спиной к открытой двери. Ева проскользнула, можно сказать незаметно, потому что кроме Гены, в больнице все еще спали. Спали все и на втором этаже. То, что Ева приняла за утро, была просто ночь, тихая зимняя лунная ночь. Луна, полная и невероятно яркая светила сразу во все окна второго этажа. Дверь в комнату Евдокии Николаевны была приоткрыта, и Ева, поняв свою ошибку со временем, не хотела беспокоить старушку ночью. Но на самом краю лунного света, который оконным квадратом вливался в открытую дверь, что-то блестело. Ева наклонилась, чтобы это поднять и нечаянно толкнула дверь, которая бесшумно открылась. Она испуганно повернулась в сторону кровати, на которой спала старушка. К счастью, она не проснулась. А то, что лежало на полу, была всего лишь конфета в блестящем фантике. Еще одна точно такая же лежала на столе рядом с открытой пачкой сигарет. Ева хотела положить конфету на стол, с которого ее видимо, нечаянно столкнули, но что-то не хотелось кормить старушку конфетой с пола, тем более Ева чувствовала крошки внутри фантика - может быть на нее даже наступили. И она положила конфету в карман, чтобы выкинуть, тем более у старушки была еще одна, и осторожно вышла.

            Уже спускаясь вниз по лестнице, Ева нащупала в кармане подаренное теть Зиной кольцо – Ева так его боялась, что даже забыла достать. Она вытащила колечко и так и держа его в руках, никем не замеченная вернулась в палату.

            Она едва успела засунуть кольцо в сумку и лечь, как на свое кресло прямо из воздуха вывалился Дэн. Ева вздрогнула от неожиданности и во все глаза уставилась на парня в ярком свете Луны пытаясь обнаружить на нем какие-нибудь повреждения. Он был вроде цел, только очень сильно устал. Он даже не заметил, что Ева не спит, а смотрит на него во все глаза. Он откинулся на неудобную спинку, и Ева подумала, что он заснул. Но стоило ей пошевелиться, как он тут же поднял голову и открыл глаза.

            - Не спиться? – улыбнулся он и хотел подняться, но она остановила его рукой и легко спрыгнув с кровати подошла сама. Он все же поднялся, и прижавшись к нему, Ева чувствовала, что он так устал, что еле держится на ногах, а еще он пахнет тиной и чем-то еще тяжелым и неприятным.

            - Который час? – спросил он.

            - Не знаю, - ответила Ева, отстранилась, и сморщила нос, - Тебе нужно отдохнуть и помыться. Лучше сначала помыться.

            - Выгоняешь? – улыбнулся он.    

            - Нет, но настаиваю, чтобы остаток этой ночи ты провел в своей постели. И. кстати, мы договаривались, - напомнила она.

            - Тогда до завтра? – он нагнулся, чтобы ее поцеловать, но почувствовав, как она инстинктивно отпряла, передумал.

            - До завтра! – она виновато пожала плечами, он сокрушенно покачал в ответ головой и исчез. Ева не успела даже спросить получилось ли у него, но она даже не знала, что.

Уставший, грязный, но целый и невредимый он вернулся, этого ей было достаточно, чтобы уснуть со счастливой улыбкой на губах.

 

            А утро, теперь уже настоящее яркое утро ворвалось в ее палату с радостными воплями Третьей медсестры.



Елена Лабрус

Отредактировано: 22.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться