Fires

Размер шрифта: - +

Глава 20. Глазами пойманного зверя (in face Данталион)

 

Здесь темно. Как бы я не пытался вглядеться вглубь это мрачной темноты, я не могу ничего увидеть. Даже для моих прекрасно видящих в темноте глаз эта мгла непреодолима.

Лежа на, не понятно почему, мокром полу, мне очень холодно. Жидкость подо мной немного тепловата, что значительно больше температуры моего тела. Возможно, это из-за того, что каждый день меня приходят избивать. Хотя я уже не отличаю границ между днями. Они смешались в один бесконечный поток. А может, это из-за того что, что лежу я тут, порядком, достаточно долго.

Тогда, во дворе цитадели сначала пришел он. Он был в ярости, ведь его главная жертва смогла уйти. Благодаря мне.

Велев Каю унести ее, я остался сражаться с теми, у кого хватило мозгов догадаться, что пора нападать. И она уже была далеко.

Убив незначительную часть его многочисленной армии, он явился воплоти.

Статный и высокий. Каким бы он не был ублюдком и тираном, он внушал страх. Признаться, вся моя кровь бурлила от желания последовать на войну по его командованию. Метка больно жгла кожу. Казалось, она прожжет руку насквозь, оставив клеймо на всю жизнь. Скорее всего, это его влияние.

И теперь я здесь. Долго, уже безумно долго.

Сначала моя воля была непоколебима. Я упорно пытался выбраться, что мне, конечно, не удалось. Я не знал где я, и не видел. У этого места не было даже запаха. По сути, здесь не было ничего. Я ощущал до обледенения холодный пол, на котором лежал почти все последнее время и все. Ни стен, ни потолка, ни какой-либо мебели. Пол был настолько крепким, что как бы ни старался я проделать своей силой хотя бы маленькое отверстие, все попытки были четны. Даже мой огонь не мог осветить эту бесконечную темноту. Тело начало истощатся по мере исчезновения сил.

После бесполезных попыток выбраться, меня начал одолевать голод и жажда. Я мог бы обойтись без этого до безумия долго. Дроу это не требовалось так часто, как людям. Но силы исчерпаны. Поэтому давно забытые чувства проснулись в моем ослабевшем теле.

А дальше начался Ад. Вы понимаете все иронию? Нижний мир для демона- это родной дом, там, где ему комфортно. Но то, что творилось потом, даже для меня было невыносимо, намного хуже, чем все девять кругов Ада.

Моё иссохшее тело не могло даже двигаться, что же говорить о самообороне или защите.

Через некоторые промежутки времени приходил определенный человек. Каждый раз, действуя по определенной схеме, он был холоден и точен в своих действиях.

Первым шагом в его пытке были удары чем-то похожим на хлыст, но более твердый и крупный. Если бы не мгла, то он наверняка увидел бы кровоточащие полосы от ударов.

Потом в ход шли кулаки. Скорее всего, этот человек был из «Пекатум». Только при вступлении в этот клуб, демоны начинают обладать такой бесшабашной и агрессивной силой, которая могла бы вывести меня из колеи в рассвете сил, что уж говорить о таком состоянии.

Дальше он брался за изучение моих конечностей. Исследуя их, он "украшал" каждый сантиметр плоти. Это было безумно болезненно, но минимально уродствовало тело демонов. Такая вот особая техника.

Это была моя самая не любимая часть пыток.

И после уходил. Порой он и пинал меня ногами, но это было крайне редко.

Загвоздка в том, что это они делают лишь в наказание, хотят преподать урок хорошего поведения, зная, что ничто не способно меня исправить.

И так изо дня в день.

И каждый день я молчу. Не произношу ни звука, как бы ни было больно. Даже если мои зубы сотрутся друг от друга, пока я сдерживаю крики мучений, мой рот останется закрытым, а из глотки не вырвется ни звука. Начать кричать от боли, значит доставить удовольствие своим мучителям. А это последний пункт в моем бесконечно длинном списке глупостей за всю жизнь.

Закричать, значит сдаться. А ради нее я никогда не сдамся.

Да, она определенно занимает отдельную полку в моем потаенном шкафу. Где-то там, далеко в мозгу есть шкаф. И в этом шкафу лежат все твои тайны и секреты, подобно старым, но не потерявшим ценность вещам, и только ты их знаешь. Даже самый близкий твой друг не знает их все.

Вещей много, а полок не настолько. А у меня она занимает целую.

Как бы ни старался, я не могу ее понять. Слишком сложная для меня, для любого. И как бы я не хотел, я не подойду к ней. Будь я грубым, она требует нежности, и не просто требует, она каким-то образом достает ее. Будь я нежным, она требует грубости. Загадочен, она желает разгадку тайн. Открыт, она не хочет знать всего меня.

И это невыносимо. Ведь и с ней точно также, но мне еще не удалось вытащить те чувства, что нужны мне.

Но то- не самая огромная причина. Мне просто нельзя. Запрет, который нельзя нарушать, перекрывает мне кислород. Но с которым ничего нельзя поделать. 

И теперь я здесь. Моё тело иссыхает, и скорее всего скоро моя душа отправится в глубины Ада, ожидая новую оболочку. 

Но я буду хвататься за любые шансы, и если они появятся, воспользуюсь ими. Я сбегу отсюда, и даже из самого Ада, чтобы защитить ее.

Пусть мой враг бьет меня, морит голодом и не дает пить, пусть думает, что смог сломить меня, пока я медленно, но верно ищу выход из этой тюрьмы. И я надеюсь, что не будет поздно ее спасти от него или от самой собой.



Мэй Освин

#12676 в Фэнтези

В тексте есть: дарк

Отредактировано: 14.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться