Homo_morfizm

Размер шрифта: - +

1. Начало

1. Начало

Коматоз.

  Реальность распадается на части. Здрасте!

  Спутались масти, разыгрались страсти,

  Пасти оскалились, потеряна власть.

  Все двадцать пять несчастий,

  Да что за напасть!

  гр. Слот: "Страх, боль и слезы".

  

   21 марта 2007 наш мир кубарем с высокой и чертовски крутой горки полетел в тартарары, звеня колокольчиками четырех всадников на всю округу. Интернет, рано утром выплюнувший на суд пользователя странные новости о происшествиях в Воронежской области, подкупающие своей желтизной и брехливостью, к обеду замолк и наглухо закрылся на сто пятьдесят амбарных замков. Новости – а их тысячи, сотни – о взятках и политиках вернулись на свои привычные места в топах Яндекса и Гугла, а батька Путин с хлебосольным визитом поехал к заморскому другу Джорджу. Через полчаса отыскать злополучные новости из секретного военного городка не удалось даже гуру интернет – серфинга, но каждый социальный ресурс один за другим потихоньку начал пестрить сообщениями о конце света. Которые мы не восприняли всерьез и как всегда пропустили мимо ушей. А зря.

   Все случилось так молниеносно и резко, что никто даже толком не успел опомниться и очнуться. Моргнуть успели далеко не все, а сходить под себя успело гораздо больше народа. Слава Богу, я не один из них. А те, кто умудрился «выморгнуть» и перевести дух, тут же набрали полную воздуха грудь, дабы проклясть этот весенний солнечный день вдоль и поперек. Ту уже кому как нравится.

 Одну простую вещь тогда я понял предельно ясно: человек панически сильно беспокоится за свой драгоценный зад и готов сделать что угодно, лишь бы его сохранить. Правдами и неправдами. Врать, льстить и уничтожать на пути все сущее: все средства хороши. О! Вижу ваше возмущение. Думаете, что же это за сволочье такое кругом? Да каждый второй из вас. Честное пионерское.

   План действий – самое главное в любом предприятии. Без плана и жизнь не мила. На словах, когда болтаешь об этом с другом за чашкой кофе в столовой факультета, все удивительно просто и легко, как девственную ручку расписать в тетради, или будто ты играешь в увлекательную компьютерную игру – хоррор, в которой если проиграл – не унывай, пытайся заново. А если замочили, сволочи, то грузи снова, ведь сохраненная версия тут же – под боком. И так круг за кругом, час за часом, попыток – миллион. Ума много не надо. Лишь сидишь квадратной попой на стуле монолитом и клацаешь мышкой. Делов-то. В реале же, когда вместо мышки дрожащие пальцы сжимают огромный кухонный тесак, по рукоять заляпанный зелеными кишками и чьими-то прицепившимися мозгами, а воздух насквозь пропитан кровью, страхом и говном (от страха, наверное), да в животе все урчит на половину квартала, происходящее кажется во сто крат страшнее и драматичнее обычного шутера. Мгла и молочная пелена в одночасье застилают глаза, пульсирующая в висках литрами кровь колокольным эхом отдается при каждом стуке сердца, которое наверняка, будь такой шанс, собралось бы отдельно от тела в путь, разогналось и покинуло неуклюжий медленный мешок с мясом и костями к чертям. Молнией тогда в моей голове впервые промелькнула одна гаденькая, но предельно ясная мысль. Мы – всего лишь теплое бегающее мясо. Иногда бесподобно сексуальное, без этого никуда. Но мясо, сырая котлета для тех, кто пришел в наш мир сегодня.

   И уходить эти мертвые ребята не собираются.

   Мысль словно скользкий спрут забралась в каждую клеточку мозга, обосновалась и, выгнав все, что там было раньше, принялась транслировать, словно с трибуны громко и в рупор, только одно. Мы – мясо.

   Мы оказались глупы, слепы и напуганы, словно кучка детей с лукошком опят и подосиновиков, встретивших шального «косолапого» в лесу. Ну, а если говорить предельно честно, половина из нас попросту обосралась в те самые первые минуты, заполонив коридоры здания криками, мольбой и плачем. Шум и гвалт стояли такие, что в ушах звенело сродни  разрыву военного фугаса. Никто не был подготовлен: в школах, на уроках обж, в университете на парах и за столом на домашней кухне не расскажут, как вести себя в такой экстремальной ситуации. Приходилось импровизировать. А импровизаторы из нас, по секрету вам скажу, еще хуже, чем математики. Некоторые почему – то решили сразу спустить руки по швам и сдаться в плен врагу. Или как говорил наш сотрудник Михаил Романович: «Видишь гриб на горизонте. Выползаешь на поле, накрываешься простынкой и ждешь... тихо, спокойно». Глупо же так подыхать, не находите?

   Все наши знания о беде ограничивались жалкой разрозненной информацией, почерпнутой из художественных фильмов и американских кабельных сериалов, пытающихся в данном случае убедить всех страждущих, что, сколько бы мы ни бегали, сколько бы ни дрались, надежды нет.

 Ага. Так мы и поверили. Сплотиться было единственным правильным решением в туче скандалов и передряг. Поодиночке мы уже давно бы померли как мухи и без вести пропали в кошмаре, хаосе и неразберихе.

 

   Кровь большими рубиновыми каплями, играя в лучах весеннего солнца перламутровым отливом, методично капала на носок моего правого кеда, стекая нерешительной струйкой с огромного тесака, растворяясь в розовой лужице, словно дешевая акварельная краска. И меня это почему-то ужасно раздражало. Весь мир вылетает в трубу, на улице творится, не пойми что, а меня волнуют кеды! Идиот, придурок, имбецил!



Flyingtost

Отредактировано: 23.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться