Иммунитет (иммунный к мысли)

Размер шрифта: - +

Глава семнадцатая

 

ПОЛГОДА И ДВЕ НЕДЕЛИ НАЗАД

 

Единственной новостью в Интернете, и не только, с самого утра в День Пять, 18 ноября 2066 года стала взорванная лаборатория. В Приюте №11 небольшого городка Берег.

 

Капсулы были разнесены в осколки, как и дорогостоящее оборудование в несколько миллионов долларов. Все данные воспитанников были стерты из лаборатории, но, к счастью, их копии, хоть и недостаточно полные из-за отсутствия большей части исследований, сохранились в Архиве. В тот же день пропал один из важнейших сотрудников лаборатории, пропал — подходящее слово для статьи под гнетом государственной руки, но считают, что он сгорел заживо в герметичной лаборатории, Оксид, гениальный девятнадцатилетний учёный, стоящий на пути к обнаружению лекарства против вируса, унесшего миллионы жизней…

 

Чайка подкрутила электронный радиопремник, а там продолжал вещать голос:

«Возможно, что это не понравилось правительству, и…»

— Енот, ты про него говорил? — спросил Гео, взглянув на парня, забравшегося с ногами в кресло.

— Ага.

— И ты сказал ему, где ты? Где мы? — спросил Ястреб, отправляя себе в рот сразу несколько штук соленого арахиса.

Енот шмыгнул носом и кивнул. Ветер за окном разъярился настолько, что протяжно выл, швыряя в запертые окна пыль, а сверху сбрасывая через разлом в крыше в Читальный Зал желтые листья, принесенные с заповедных лесов и рощ за городом. Один лист приземлился на голову Вектору, и тот разворошил темные с проседью волосы, намереваясь стряхнуть его.

— Значит, он скоро придёт, — окинул всех взглядом Гео, почти сложив руки на груди, и потирая правой рукой подбородок.

 

«…Государство обратило внимание на Берегский Приют №11 также в силу того, что за последний год участились побеги с его территории… — продолжал вещать радиоприемник, а Вектор и Енот переглянулись при этих словах ведущего с улыбкой. — Берегский Приют №11 по количеству побегов уступает теперь только Луноходному Приюту №213, где количество побегов из него перевалило за сотню. Напоминаем, что полмесяца назад, о чем уже говорилось в нашей программе, — ворох листьев занесло через дыру в крыше и разметало по Залу. Подростки поежились. — Там устроили бунт с поджогом, после которого Государство усилило охрану и ожесточило степень наказания за малейшие провинности воспитанников. То же самое ждет в будущем и Приют №11. Глава Государства — Прогресс, так прокомментировал сложившуюся ситуацию с Приютами: «У этих детей слишком много энергии и слишком большое «хочу». Стремление к самосохранению у них почти отсутствует. Они сами не знают, чего хотят. Что делать с этим самым «хочу». Они должны понять, что мы заботимся о них, мы думаем о них, ради их будущего перестраиваем страну. Сейчас они считают нас неправыми, но в будущем скажут нам «спасибо» за кодировку, воспитание в Приютах и медиков, которые смотрят за чистотой городов. Городов их будущего».

 

Ястреб выругался не совсем прилично, остальные выразили свое неудовольствие услышанным в более слабой форме, но тоже достаточно жестко. Они не могли успокоиться до тех пор, пока Гео, молча продолжая слушать голос из радиоприемника, не сказал блондинке:

— Чайка, выключи. Хватит.

Та послушно нажала на кнопку «офф», и молчание, хоть и не сразу, воцарилось. Тогда Гео медленно прошел на середину Зала и проговорил:

— Мне понятны ваши эмоции: у каждого из нас убили кого-то близкого, — Чайка и Вектор опустили головы, Енот шмыгнул носом, разглядывая свои пальцы, Ястреб недовольно нахмурился, сложив руки на груди. — Пусть они называют это ДЕЗИНФЕКЦИЕЙ, но это УБИЙСТВО. Мы с вами, и сотни, тысячи других, таких же, как мы по всей Земле это знают. Не зря ведь они сбегают. Я понимаю то, что они чувствуют, и каждый из вас это понимает, — Гео остановил на каждом из них взгляд. — Мы не зря, — он поднял правую руку с зеленой лентой, — не зря носим их. Символ надежды. Надежды на свободу, — Чайка пригладила ленту на своем запястье. — И я не думаю, что мы единственные, кто этого хочет. Я думаю, пришло время всем, пострадавшим от лап Государства и их белых игрушек смерти, узнать об Ордене Памяти, в который каждый, из таких же, как мы, сможет вступить.

Подростки выразили свое согласие кивками и словами одобрения, а со стороны входа в Зал послышался несколько резковатый голос, который Енот тотчас узнал.

— Именно поэтому я здесь.

Все посмотрели в сторону двери и увидели долговязого парня с гогглами на глазах, всего в саже, от которого несло до самого окна гарью, паленой пластмассой и проводкой. Еноту непривычно было видеть Оксида без белого лабораторного халата, в каком-то замызганном сером комбинезоне в нелепо накинутой поверху рубашке, рукава которой были закатаны чуть ли не по плечи. Он сделал шаг вперед, и приподнял гогглы с глаз на макушку, заодно зацепив и короткую темную челку, отчего его высокий лоб стал голым. Область вокруг глаз осталась единственной светлой частью на его грязном лице, но круглые глаза сияли от восторга, и он сказал:



Кристина Грасс (Тин Алиса Волк)

Отредактировано: 29.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться