Инфаскоп

Размер шрифта: - +

глава 26 Не все решено

События в хижине Абируса стремительно развивались. Ведь старик задействовал энергию для материализации саркофага.

Вокруг Сориуса с Дариоттом послышался резкий треск - сейчас саркофаг материализуется. На осознание этого Абирусу понадобилась доля секунды. В его голове вихрем пронеслось: «Я не должен повторить ситуацию!» Но энергия для материализации пошла. Остановить ее можно было только одним способом – принять на себя. Это было правило материализации. Если авид задействовал энергию, собираясь материализовать что-либо, то остановить ее можно было, только направив на себя. Однако тогда, энергия, проникнув внутрь, разрушала организм самого авида и приводила к неминуемой смерти. Начав что-либо материализовывать, авиды никогда не останавливались, зная об этом.

Лишь полсекунды было дано Абирусу на то, чтобы сделать выбор. А выбор был таков: или, замуровав этих визгоров, повернуть на новый виток рабство авидов; или, предотвратив несчастье, остановить материализацию, взяв энергию на себя, то есть убить себя. Насчет себя возникло последнее сомнение: «Может, все-таки не просто так «инфаскоп» показал мне день моей смерти, и этот день тоже может измениться? — с надеждой подумал Абирус, и… выбросил эти мысли из головы. — Но тогда пострадают эти визгоры! Мало того, тогда снова пострадают все авиды! Нет! Этого нельзя допустить!»

Решение было принято, …тяжело вздохнув, Абирус повернул ладонь руки в свою сторону.

В тот же миг бешеный разряд тока прошел по нему. Абирус передернулся в неистовой судороге. Энергия, которая должна была материализовать стены вокруг Сориуса и Дариотта, ушла в старика… и… начала необратимо разрушать его организм. Собрав все силы, Абирус постарался максимально затормозить грядущее разрушение, но он знал, что процесс завершения его жизни безоговорочно запущен: «Как бы я ни сопротивлялся, примерно через пару часов процесс достигнет апогея, и я умру. Моя роль в этой жизни сыграна!».

Но сейчас, не совершив вновь роковой ошибки, Абирус мог гордиться собой.

Сориус и Дариотт стояли, открыв рты. Услышав странный треск вокруг себя, они насторожились, почувствовав что-то неладное, но тут же увидели, как старик повернул руку к себе, и по нему прошли бешеные разряды электричества. Старика словно пригвоздило к стене хижины. Волосы у него встали дыбом, он весь посинел, остановив дыхание, но через пару секунд, наоборот, сделавшись пунцовым как от жара, резко и отрывисто дыша. Сориуса с Дариоттом охватил мистический ужас. Они решили, что старик или буйно помешанный, или сейчас умрет, или произойдет что-то невероятное. Возникло твердое ощущение, что старик для них чем-то очень опасен.

— Пойдем-ка отсюда, — сдавленно проговорил Дариотт, лишь усилием воли подавив возглас «бежим отсюда». Сориус и сам готов был бежать. Они кинулись к выходу, но старик громко и властно потребовал:

— Сориус, остановись!

Подчинившись сильнейшему гипнозу, Сориус, оцепенев, остановился. Повернувшись, встретил пронзительный взгляд Абируса, и не смог отвести глаз.

Невероятным усилием воли, сдерживая разрушающую энергию бушующую в нем, Абирус, шатаясь, как тяжело больной, подошел к Сориусу. Продолжая смотреть визгору в глаза, старик внезапно положил руку ему на лоб.

— У тебя в голове живет зло! — внушительно изрек он. — Оно опасно не только для тебя, но и для окружающих! — Абирус говорил трезво и четко.

Сориус замер от прикосновения руки старика и словно онемел. Только в глазах был ужас. Он хотел крикнуть:

— Нет! — и даже как будто кричал, но звуки не выходили из горла. Он кричал в уме, и тем страшнее было осознание собственного крика.

Не отнимая руки ото лба Сориуса, старик медленно собрал ее в кулак, будто вынимая мозг из головы, а затем резко отдернул от лба. Пальцами другой руки достал что-то из «вынутого» и вытер о себя. Не разжимая кулака, стал делать пальцами движения, разминая то, что осталось внутри. Хорошенько размяв, поднес к голове Сориуса и, быстро распрямив кулак, ударил ладонью по лбу. Так, словно поместил это размятое нечто визгору обратно в голову.

— А… а, — вскрикнул Сориус. Сначала он почувствовал, как его мозги вытащили и отделили от них какую-то часть. А когда рука старика вновь коснулась его лба, ощутил, что его прежний мозг в разобранном и перемешанном виде поместили обратно. В голове возник полный сумбур и путаница, а главное боль, которая, нарастая, быстро достигла невероятных размеров, таких, что в голове замелькали разноцветные искры. Не осознавая больше ничего, Сориус рухнул на пол, и его забила судорога.

Дариотт, видя, как что-то недавно происходило со стариком, а теперь происходит с Сориусом, стоял, открыв рот, не в силах двинуться с места.

— А ты уходи, — повернувшись к нему, приказал старик.

Не заставив себя уговаривать, Дариотт выбежал из хижины и, стремясь поскорее покинуть это место, поспешил к своему плавноходу.

Нагнувшись к Сориусу, старик положил руку ему на лоб, и некоторое время держал, от этого приема боль в голове визгора хоть и осталась, но неразбериха упорядочилась. Будто разобранные клетки мозга собрались снова, но теперь по-другому и более благополучно. Осознав это, Сориус ощутил в душе умиротворение. Он словно стал совершенно другим. Как если бы он за несколько минут отбыл наказание, которое должен бы был отрабатывать годы. Отработка этого наказания получилась крайне концентрированной, поэтому и была столь болезненной.

— Я убрал у тебя источник зла, которое двигало тобой! Теперь оно умрет вместе со мной! — старик снял руку с его головы. — Голова же будет некоторое время болеть, но… ты можешь облегчить и ускорить выздоровление. Для этого надо повиниться перед теми, кому ты хотел сделать плохо, — пояснил Абирус и после паузы добавил:



Ассоль Фьюжен

Отредактировано: 13.04.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги