Инфаскоп

Размер шрифта: - +

глава 29 Рисунок завершен

— И ты оставишь статус вождя? — боясь поверить в то, что слышит, спросил Зориосс.

— У меня больше нет права… быть вождем, — отозвался Витор. — Тот народ, которым я правил до сих пор, не заслуживает сознательного обмана и вообще обмана не заслуживает. Я готов был закрыть на это глаза, хотя понимал, что поступаю нечестно. Но я готов был сделать это ради дочери, чтобы оградить ее от «коварного» соблазнителя. После истории с Эссборой я решил, что все авиды лживые и бесчестные, и испытывал к ним недоверие и отвращение. …. А теперь я вижу, что этот Кинус не так и опасен. Он просто поверил небу, «знаку», который пришел к нему с небес. И надо отдать ему должное - он достаточно смел, раз сумел противостоять таким, казалось бы, безнадежным обстоятельствам. Окажись я на самом деле визгором, он бы сгнил в темнице.

— Знаешь, Витор, это они с Эссборой нашли «инфаскоп», — сообщил Зориосс.

— Неужели?.. — удивился Витор, подумав: «Оказывается, моей дочери выпала особая миссия, и Эссбора сумела справиться с ней!». — Похоже, они боролись за свои чувства…

— Да, и у них получилось…

— И все-таки одно мне немного странно… — Витор снова засомневался.

— Что именно?

— Ведь я почувствовал проявления своей сути после возвращения «инфаскопа». Значит, и Эссбора смогла ощутить свою суть только после его возвращения. Как же она посмела сойтись с этим юношей? Получается, что она согласилась на связь с ним еще до того, как почувствовала свою авидининскую сущность! — сомнение снова стало закрадываться в душу Витора.

— Это оттого, что у Эссборы не стояло запретов, — печально пояснил Зориосс. — Она ощущала себя авидиной всегда, просто не знала об этом. Вспомни хотя бы ее страсть к рисованию…. Я не осмелился повторить свой грех… и не поставил ей запретов….

— Значит, моя дочь ощущала себя авидиной всегда?

— Да, и поверь, ей это было нелегко!

Витор задумался: «Надо же, моя маленькая Эссбора, оказывается, страдала! Среда визгоров была непонятна ей, а я даже не подозревал. Выходит, моя девочка сильнее, чем я думал о ней», — сочувственно заключил он.

В этот момент в кабинет решительно вошла Эссбора. Вне себя от волнения она не смогла дольше оставаться за дверью.

— Отец! — воскликнула она, заламывая от отчаяния руки. — Прошу, не наказывай Кинуса! Я просто не знаю, что будет со мной тогда!

Поднявшись к ней навстречу, Витор мягко проговорил:

— Успокойся, Эсс, этого не случится!

Остановившись, Эссбора удивленно присматривалась к отцу - его настроение изменилось, а взгляд стал добрым и по-отечески ласковым.

— Да, Эссбора,… скоро твоя свадьба с ним, — к еще большему удивлению сообщил отец.

— Моя свадьба?! С ним…?! Это правда?!

Дочь вождя почувствовала, что почти теряет сознание, но, впервые за последнее время, - от счастья.

— Да, дорогая моя дочь! — подтвердил вождь.

Вне себя от восторга Эссбора готова была расцеловать отца, кинувшись к нему на шею, но, сделав, было, движение к нему, вспомнила последние разговоры с ним и остановилась. Робко глядя на отца, она не решалась приблизиться:

— Так вы простили меня, отец?! — осторожно спросила она.

— Конечно, дело было не в моем прощении… — начал, было, Витор, но, заметив восторженный взгляд дочери, заулыбался и проговорил:

— Главное, что я тебя понял! — и остановился, будучи не прочь получить ее поцелуи.

И Эссбора, в восторге обняв отца, прошептала:

— Спасибо, отец!

— Я тоже рад за тебя, Эсс, — ответил вождь, гладя дочь по волосам.

— Но что же все-таки произошло? — изумленно спросила девушка, дивясь внезапному счастью.

— Пойдем… нам пора… там ты все и узнаешь… — вместо ответа предложил он, заметив, что опаздывает на назначенное собрание визгоров.

Когда они вышли из кабинета, к ним подошел дворецкий и доложил:

— Приехали Дероус и Дариотт для разговора!

— Что ж, проводи их в общий зал, думаю, там они услышат много неожиданного….

- - -

Они пришли в зал, заполненный собравшимися визгорами до отказа. Заходя, Витор думал: «Сейчас я должен проститься с этим народом, которым правил столько лет! Это мое последнее собрание!». Он испытывал и сожаление, и одновременно облегчение.

Выйдя на установленное для вождя место, дождался, пока воцарится тишина. Затем громко объявил:

— Визгоры, я должен сообщить вам что-то важное, — и помолчав, собравшись с силами, продолжил:

— Я люблю и всегда любил вас! Но я не могу больше править вами, потому что узнал нечто такое, что лишает меня этого права! — «зал» напрягся в молчаливом вопросе, и Витор, преодолев волнение, пояснил:

— Я узнал о своем истинном происхождении,… оказалось, что на самом деле я - авид! И зная теперь это, я не могу обманывать вас!

Изумленные визгоры застыли, но ненадолго, и воцарившаяся в зале тишина взорвалась бурей негодования и возмущения. Визгоры потребовали, чтобы Витор объяснил: как такое получилось?

И Витор рассказал, что знал, а Зориосс, дополнив объяснение, покаялся перед присутствующими.

Услышав историю Витора, визгоры сначала возмутились, но быстро решили, что это произошло из-за Зориосса. А вспомнив, что до недавнего времени тот был рабом и, следовательно, спрос с него был небольшой, успокоились. Конечно, узнай визгоры об этом до отмены рабства, авидам пришлось бы туго, но после того как авиды стали свободными, визгоры не могли относиться к бывшим рабам, как прежде. То, что авиды нашли свою реликвию, сильно подняло их в глазах визгоров, поскольку было воспринято как прощение неба.



Ассоль Фьюжен

Отредактировано: 13.04.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги