Кинжал раздора

Размер шрифта: - +

7 Как Бартоломью обманул шулера

– Доброе утро, Бартоломью! Надеюсь, я не всю воду израсходовала, – веселая бодрая Женевьева промокала полотенцем волосы. – Мама не поверит, что я ухитрилась уснуть такой грязной!

– И не говори! – неожиданно поддержал ее Барт. – Ух, доберемся домой – час в ванной отмокать буду!

Женни открыла рот от удивления. Вот, кажется, знаешь человека, а ведь ни капельки не знаешь! Кто бы мог подумать, что Барт обращает внимание на неудобства походной жизни.

 

– Аэропуэрто! – радостно скомандовал Барт таксисту.

– Хорошо, если бы места были, – переживала по дороге Женевьева.

– Европа маленькая, – заверил ее Бартоломью. – Куда-нибудь улетим. А там проще.

 

Однако их поджидала неприятность, о которой они и не подозревали. Кассирша отказалась вернуть деньги Женевьеве за сданный по телефону билет.

– Но как же так? – пролепетала Женни. – Мне подтвердили по телефону, что билет сдан. Даже билет Рафаэля приняли по имени.

Барт не понял, о чем идет речь, но услышал «Рафаэль» и протянул паспорт. Кассирша открыла, сверила с записями в толстой потрепанной тетради.

– Все верно. Билеты сданы. Но менее чем за двадцать четыре часа до вылета!

– И даже части стоимости за них не полагается? – ужаснулась Женни.

– Нет. Ничем не могу помочь. Будете оплачивать новые?

Женни молча покачала головой и протянула руку за паспортами.

 

– Что делать? Где взять такие деньги? – упавшим голосом спросила она у Барта, объяснив в чем дело.

Он потрепал себя по затылку.

– Пошли к начальству! Объясним ситуацию: непредвиденные обстоятельства, сняли с поезда в бессознательном состоянии и отправили в госпиталь...

«Угу. И подробности о «Джеке Смите»?» – подумала про себя Женни. Но что-то же надо делать!

 

– Сожалею, – сказал им еще не старый и вполне доброжелательный представитель авиакомпании, – но правила есть правила.

Женни принялась рассказывать историю еще раз.

– Мне просто неоткуда взять эти деньги, – развел руками начальник.

Женни повторила все снова.

– Мы – не благотворительная организация! – потерял он терпение и нервно посмотрел на часы.

Взглянул на расстроенную, чуть не плачущую Женни, и вздохнул.

– Персонально я вам очень сочувствую... Обратитесь в консульство, дайте телеграмму родственникам, спросите, наконец, в Генеральном Банке, они вам подскажут, как получить поручительство...

– Пошли, Женни, – поднялся Барт.

 

– Ну, что он тебе посоветовал? – поинтересовался Бартоломью, когда они вышли из душного аэровокзала на свежий воздух.

Женни пересказала и добавила:

– Ох, как бы мне не хотелось просить родителей... Такая сумма! Они уже оплатили мне эту поездку. Меня и так считают в семье несамостоятельной, витающей в облаках. Дополнительные затраты! Мало того, что вовремя не приехала, всех подвела... Интересно, сколько это займет, пересылка денег?

– Нет! – возразил Барт горячо. – Только не это. Втягивать еще и родителей. Я не могу! Я что-нибудь придумаю. Сосчитай, сколько нам не хватает.

 

На скудную клумбу у здания аэропорта, видимо, с целью ее украсить, были навалены крупные гладкие камни. Женни уселась на один и принялась старательно считать банкноты. Барт пошарил по карманам в надежде, что какие-нибудь еще завалялись. Женщина, проходившая мимо, с такой жадностью посмотрела на пачку в руках у Женевьевы, что Барт непроизвольно улыбнулся. Вот так всегда: кому-то мало, а для кого-то целое состояние. Женщина расстелила фартук на земле под зданием и вывалила на него деревянные фигурки-сувениры. Кивнула вопросительно Барту, тыкая пальцем в свой товар. Бартоломью отрицательно покачал головой. Он вынул фотоаппарат из рюкзака и задумался, что лучше – заложить или продать его.

 

Какое-то время они выясняли этот вопрос в городе, где, может, и существовали названия улиц, но адреса давались исключительно по ориентирам. «После Верхнего кладбища сразу свернуть направо и прямо до лавки мясника, за лавкой резко налево, а там вам нужен четвертый дом от угла. Все что угодно в залог берут. Какая улица? Я же говорю, четвертый дом от угла». До Верхнего кладбища Барт и Женни из экономии добирались пешком. Дальше Бартоломью решил не идти, повернул назад:

– Все равно нам нужно где-то ночевать. Давай сначала найдем гостиницу подешевле. Бросим там вещи. Наберешь местных газет и изучишь объявления о работе. А я налегке быстро справлюсь.

– А как ты будешь торговаться? – усомнилась Женни.

– Да уж как-нибудь, – усмехнулся Барт.

Найти дешевое пристанище труда не составило. Женни занялась газетами, Бартоломью ушел искать четвертый дом от угла перекрестка, где мясная лавка, которая направо от Верхнего кладбища.

 

Вернулся он не очень скоро. Швырнул пачку денег на столик.

– Заложил. Жалко стало продавать. Совсем небольшая разница. А вдруг еще выручу. Что там у тебя?

– Мало что интересного, – вздохнула Женевьева.

– Один билет у нас уже в кармане! – улыбнулся Барт. – Не может быть, чтобы нам не повезло. Давай вместе посмотрим.

Но даже Бартоломью с его фантазией не смог сообразить, как выжать необходимые им деньги за разовую работу.

– Ничего, – сказал он, – я что-нибудь придумаю.

– Уже поздно.

– Значит – утром. Давай спать.

Женни решила, что лучше и правда раньше лечь, чем стараться не вспоминать об ужине.



Marina Eshli

Отредактировано: 19.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться