Кинжал раздора

Размер шрифта: - +

33 Конец истории, который совсем не конец истории

Отец и мать долго не ложились спать.

– Ты помнишь, как тяжело он нам достался? – спросила мама у отца. – Сколько бессонных ночей я с ним провела? Как он плакал не переставая и затихал только на руках? И нужно было непременно ходить. Присядешь – он плачет с новой силой. А сколько проблем было с тем, чтобы его покормить?

Отец кивнул.

– А все эти врачи, массажисты, лекарства, поездки? Каждый день гимнастика, каждый день бесконечные упражнения?

Отец вздохнул. Мама заплакала.

– А теперь я ему не нужна. Я вообще никому не нужна. У меня ощущение, что жизнь уже прожита, а я даже не заметила когда. У меня не было жизни, у меня был Рафаэль.

– Ну что ты такое говоришь? – обнял ее отец. – И все потому, что мальчик решил немного поболтаться в лодке по морю? Верь мне, все будет хорошо. Мы так много в него вложили, что все обязательно будет хорошо. И Бартоломью проконтролирует, он не оставит Рафаэля без присмотра. У нас замечательные дети. Своенравные, как все Медичесы. Что поделать, порода такая.

Отец улыбнулся.

– И невестка хорошая. Упрямая, как все Мединосы...

 

Бартоломью обложил Рафаэля условиями. Главным из которых было наличие компаньона. К счастью для Рафаэля, такой нашелся. Одинокий старый моряк, так и не накопивший себе достаточно денег для безбедного существования на пенсии. Рафаэль пообещал не выходить в море без сопровождения. В город, впрочем, тоже. Писать, звонить, телеграфировать при малейшей возможности. А уж если что-нибудь случится – немедленно вызывать Бартоломью и возвращаться домой.

 

Провожать Рафа в Порт Пьер поехало все семейство. Пока старшие Медичесы обустраивали его быт на яхте, Бартоломью с Женевьевой пообщались с Мединосами. Женни слушала, как Барт расписывает ее родителям предстоящие семейные мероприятия, и еле сдерживала улыбку. Уж она-то прекрасно знала, что Барт ловко объединил развлечения родственников с расписанием городских праздников. И все, что на словах так грандиозно звучит, на самом деле ему ровным счетом ничего не будет стоить. Ну, почти. Зато, конечно, произведет впечатление. Одни фейерверки непосредственно над замком во время торжественного ужина двух семейств должны поразить воображение.

– Твоей кузине с мужем наверняка понравится конная процессия, – повернулся Барт к Женни, продолжая свои солидные речи. – Если они захотят принять участие, я найду им костюмы и раздобуду лошадей.

Мама поинтересовалась, какие костюмы будут у самих Барта и Женни. Бартоломью описал и добавил, что собирается надеть ножны с кинжалом. Это явилось полной неожиданностью для Женевьевы.

– Ну уж нет! С кинжалом буду я! – заявила Женни.

– Я бы тебе не советовал в этом году брать кинжал. Ты еще очень неуверенно сидишь на лошади. Вдруг упадешь. Можно порезаться, – сказал Барт и с удовольствием наблюдал, как теща отговаривает его жену от рискованной затеи.

– Кстати, – обратилась к ним мама Женевьевы. – Биорн сообщила, что нашла себе занятие.

– Развлечение, – хмыкнул Барт.

– Возможно, – мягко сказала мама. – Дело в том, что Биорн хотела бы съехать от Маленьких. Не могли бы вы пожить с ними. Или хотя бы ночевать.

Женни чуть не вскрикнула от радости. А Барт нахмурился.

– Я бы переселил Маленьких в замок, – предложил он. – Всем было бы очень удобно.

– Попробуй, – улыбнулась мама. – Спроси у них. Боюсь, что они слишком старые для каких-либо перемещений.

«И упрямые», – добавила она про себя.

– Я что-нибудь придумаю, – пообещал Барт.

 

Рафаэль спровадил родителей и провел последние дни перед отплытием с братом и его женой. Барт все проверил и перепроверил. Он пристроил обе инвалидные коляски брата, нашел им место, но все не мог успокоиться, обходил яхту еще раз и еще раз. Он надавал Рафу и его компаньону миллион советов. Рафаэль улыбался; мыслями он уже был далеко отсюда и даже присутствие Женевьевы его не смущало. Моряк молча кивал. Он выслушал от старших Медичесов не меньше ценных указаний и к новым отнесся стоически.

 

Женни обнаружила, что Раф в каюте наклеил рисунки Барта. Их замок, кот, Женни, Барт, родители, еще Женни...

 

Раннее еще серое утро. Последний круг вдоль берегов Порт Пьера. Женни пробралась на нос и наслаждалась знакомыми видами. Оглянулась – Раф возился рядом.

– Как же я тебе завидую, – воскликнула Женни. – Как бы я хотела уплыть далеко-далеко, навстречу приключениям. Счастливый ты, Рафаэль.

– А ты? Ты счастлива, Женевьева? – посмотрел он на нее своими лучистыми глазами.

– Конечно. Что может быть лучше моря? Ох, как же мне не хочется возвращаться в Меланьи. Ничего, Барт обещал, что мы часто будем ездить на побережье.

Раф кивнул и продолжил пришнуровывать какую-то сетку.

 

Бартоломью и Женевьева сошли на берег. Стояли, обнявшись, смотрели на тающий вдали парус «Глаза Бури». «Сказать Барту или еще рано, я могла ошибиться, – раздумывала Женни, – лучше подожду еще недельку». Барт прижал ее к себе, вздохнул горько.

– Что ты? – Женни повернулась, чтобы видеть его лицо. – Рафаэль вернется! Обязательно вернется. Может, не так скоро, как нам бы хотелось.

Она упорно не давала Барту отвести взгляд.

– Понимаешь, Бартоломью, Медичесы всегда будут жить в своем замке, а потому, – Женни заключила победно: – Рафаэль вернется.

Барт смахнул слезу и улыбнулся благодарно:

– Знаешь что, Женевьева Мединос? Бери, пожалуй, и надевай на Праздник цветов и кинжал, и ножны. Какая же нимфа без кинжала?



Marina Eshli

Отредактировано: 19.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться