Колдовстворец

Размер шрифта: - +

Часть тридцать пятая. Минутная слабость

— Самый полезный опыт — это познать не свой характер, а характер своего друга и вовремя сделать выводы.
— Или ноги.


 

Цитата из мультфильма «Смешарики».



      Владимир, привет.
Как продвигается дело с твоим переводом? Тане я пока ничего не говорил, как ты меня об этом и просил. Все нормально, но она в последнее время очень много плачет. Кажется, поссорилась с Алиной из-за самодовольного хлыща Малфоя. Мы с ней вновь восстановили фиктивные отношения, я стараюсь не оставлять ее одну. Она отвечает невпопад, много молчит, иногда подолгу смотрит в одну точку, ни на что не реагируя. Твой план с «училками» сработал. Все прошло как по маслу, нас даже не заподозрили.
Ждем твоего приезда.
В.


      Власов свернул бумагу в трубочку и перевязал ее черной ниткой. Сова терпеливо дожидалась парня, изредка ухая. Привязав послание к лапке «почтальона», он выпустил его в окно. Может быть, вести тайную переписку с Владимиром — это нечестно и плохо, но Андрей так не думал.
 

***



      Я перестала общаться с Алиной и вообще как-либо с ней контактировать. Она это, похоже, не особо-то и заметила, постоянно исчезая после уроков с Малфоем. Да и Малфой стал меня игнорировать, стоило мне только уйти в сторону. В общем, все было как в последний раз.

      Но сейчас меня все устраивало. Я пила с Власовым, сидя в различных частях парка, делала с ним домашнюю работу на трибунах, которые стояли на стадионе, и вообще весело проводила время, особо не обращая внимания на всеобщую подготовку к выпускному, которая началась аж в середине апреля. Все чаще можно было услышать обсуждение чьих либо платьев, причесок, еще какой-либо непонятной хуйни. Я к этому относилась с юмором, так как сама на выпускной не собиралась.

      Все одиннадцать лет, что я проучилась в Колдовстворце, я была морально убита. Поэтому идти куда-либо не было никакого желания.

      Но в четверг мне написала мама, чтобы я приехала домой. Выбора не было, поэтому в пятницу вечером я стояла в нашей гостиной. Рядом с мамой сидела еще какая-то женщина, хитро на меня смотревшая.

      — Так-так-так. Черное? — Мама задумалась секунды на две.

      — Оставим как запасной вариант. Фиолетовое? — Я сбросила рюкзак на ковер и вышла из камина, палочкой убирая всю сажу, что прилипла ко мне за время перелета.

      — Тоже как запасной. Серебряное? — Я удивленно приподняла бровь. В дверях появился Николай, который закатил глаза, провел большим пальцем по горлу и скрылся за дверью. Что творится?

      — Мам? Что случилось? Мне надо реферат по истории делать, поэтому мне некогда… — договорить я так и не смогла, потому что противная женщина меня перебила.

      — Ох, какая умница! Но надо снять мерки, примерно подобрать фасон платья, обсудить цвета, ткани, фактуру и еще кучу важных мелочей, — женщина встала с дивана и, достав из специального футляра очки, надела их.

      — Платье? На выпускной, я так понимаю. Мама! — я вылетела из комнаты. — Мы еще в десятом классе обсудили то, что ни на какие выпускные я не собиралась и не буду собираться! Никаких платьев, косметики, туфель и прочей дребедени! — Николай сидел уже в столовой, смеясь и потягивая кофе, явно смакуя ситуацию.

      — Таня, ты ничего не понимаешь! Я с самого твоего детства мечтала о том, какой ты будешь красавицей на своем выпускном. Не порть матери мечту и иди снимать мерки! — Я заперла дверь в столовую. Смех Николая даже мама услышала.

      — Я сказала нет! И все тут!
 

***



      Шел второй час моих пыток. Мама, странная тетка и Николай сидели на диванах, распивая кофе и листая модные журналы. Я стояла на пуфике и ненавидела весь мир, при этом косясь на камин. Ведь стоит всего схватить горсть летучего пороха, заскочить в камин, и мои мучения закончатся… Но каждые три минуты меня спрашивали о том, что я сама хочу в своем «идеальном» платье.

      — Голубой или темно-синий? — тетка подняла на меня глаза, разглядывая мои волосы и что-то занося в свой огромный блокнот. Она знала обо мне то, что я сама и не подозревала. Мама даже успела растрепать ей, как я сплю, что люблю на завтрак и как отношусь к мальчикам.

      — Темно-синий, — сквозь зубы прошипела я. Мама кивком разрешила мне сесть, что я и сделала. Заклятье, которое снимало мерки, закончило свое действие.

      — Отличный выбор, — похвалила она меня и вернулась к обозреванию очередного платья из новой коллекции кого-то там. У меня даже телефон отобрали.

      Не прошло и минуты, как в дверь позвонили. Я тут же бодро соскочила с пуфика, невнятно что-то пробормотала и вылетела в холл.

      Дверь я открывала с потаенной надеждой, что сейчас смогу сбежать с этого праздника тканей, оборочек и рюшечек.

      За дверью стоял Малфой с разбитым носом и в запачканной рубашке; Алина, которая то и дело всхлипывала, прикладывая платок к глазам; Власов, который с мученическим видом потирал окровавленные костяшки пальцев и серьезный Владимир, который с презрением окидывал Малфоя с высоты своего роста. Краму я, кстати, обрадовалась больше всего.

      — Вот она, ваша ненаглядная. Все счастливы, все довольны? Ублюдки, — Малфой прошипел это с такой ненавистью, что меня это даже развеселило.

      — Завали свой рот, пока я сам тебе его не закрыл, — чуть ли не прорычал Власов, окидывая мою фигуру заинтересованным взглядом (я стояла в коротких шортах и длинной футболке, которая эти самые шорты и скрывала, поэтому зрелище было весьма странное). — С тобой все в порядке? Мы волновались. Думали, что этот… молодой человек уже успел тебя закопать.

      Малфой скривился, будто ему в рот запихали целый лимон.

      — Что за процессия? Чего она плачет? — я кивнула на расстроенную Алину. — И ты тут что делаешь, Крам? Каким ветром тебя к нам занесло?

      За моей спиной послышались шаги. Николай вышел из гостиной, чтобы выяснить, что тут за маскарад творится.

      — О, Виктор, добрый вечер. Скорпиус, приветствую. Андрей, как брат? Алина, с тобой все в порядке? — Меня смутило то, что отчим знал всех моих знакомых по именам, и тем более то, что у кого творится в жизни.

      — Спасибо, все в порядке. Просто произошло небольшое недоразумение. Мы пойдем, — Малфой взял Алину за руку и потянул к калитке. Она подчинилась, и, выйдя за ограду, они трангрессировали.

      — Мда. Что тут творится, я понять не могу? Что за заявления ко мне домой, когда у меня тут… салон, мать его, красоты? — Николай рассмеялся и удалился обратно в гостиную.

      — Может, у тебя в комнате поговорим? Долгая история, — Власов в очередной раз потер свою руку, и я кивком головы пригласила их войти.

      Дело оказалось вот в чем: меня банально потеряли, когда я, никого не предупредив, отправилась домой. Перед самой отправкой я успела поцапаться с Малфоем из-за какой-то мелочи. В итоге все ученики, которые видели меня в последний раз, подтвердили, что перед своим «таинственным исчезновением» я о чем-то ругалась со Скорпиусом. Ясное дело, начали разборки, что почем. Итог — вся эта разношерстная компания собралась у меня дома. А все из-за того, что приехал Владимир.

      — О, ты перевелся в Колдовстворец? Это классно, — я пододвинула к нему миску с печеньем, которое сегодня перед моим приездом испекла мама, чтобы меня хоть немного задобрить. Но даже оно не помогло. Владимир с удовольствием взял очередную печеньку и одним махом ее сгрыз.

      — Таня, как ты относишься к кружевам? — Я закатила глаза. Мама решила нам не мешать, но дергала меня каждые пять минут, спрашивая о моем отношении к различным вещам.

      — Плохо, — прокричала в ответ я.

      — И долго у вас… это продолжается? — Власов кивнул на дверь, и я поморщилась. Его руку я уже успела обработать и намазать лечебной мазью.

      — Как приехала, так сразу. Часа три уже, — задумчиво выдала я, подпирая голову кулаком.

      — Тебя еще не облачили в готовое платье серо-буро-малинового цвета? Ой, дела… Это же одна из самых скандальных модельеров магической России. У меня мама у нее постоянно платья заказывает, — засмеялся Владимир, делая очередной глоток.

      — Ты приехал, и это замечательно. Малфой уже начал меня порядком раздражать. Как и Алина, которая ему чуть ли не в рот смотрит, — недовольно пробормотала я, вглядываясь в свой уже остывший кофе.

      — Это совершенно на нее не похоже. Она до сих пор в меня влюблена? — Крам продолжал поглощать печенье, но мы с Власовым полностью этот факт игнорировали.

      — Вроде да, но я не уверена. Мы теперь не так близко общаемся, как в прошлые времена. Это все Малфой, — непоколебимо стукнула я ладонью по столешнице, из-за чего чашки едва заметно вздрогнули.

      — Малфой тоже виноват, но и Алина в этой истории далеко не невинная жертва, которую постоянно принуждают. Она увидела в нем того, чего не было в тебе. Он ее опекает, как зеницу ока, ты сама видишь. Ей надоело быть постоянно одной, а ты постоянно чем-то занята. Вот она и нашла себе нового друга, который ее поддерживает и постоянно при ней. Малфои умеют быть для людей такими, чтобы удачно вписаться куда угодно. Мой отец был знаком с отцом Скорпиуса, и там примерно такая же ситуация. В этом нет ничего удивительного, потому что в магической Англии до сих пор есть предрассудки. Это печально, но у них такой менталитет, — пожал плечами Крам. — Да и в конце концов, тебе ли не плевать на них? Печально, что она перестала быть твоей лучшей подругой, но это не мешает вам сохранять хорошие отношения? Иногда стоит просто отпустить человека и не накручивать себя. Что у вас там за команда по квиддичу? Я не знал, что вы оба играете.

      Я уставилась в одну точку, переваривая сказанное Крамом. А ведь он прав. Я слишком категорично воспринимаю ситуацию, считая Алину предательницей, хотя сама никогда не была идеальным другом, постоянно куда-то пропадая и решая свои проблемы, но при этом требуя от нее полной отдачи. Так что это к лучшему. Мы больше не друзья навек, а просто приятели. Если ее устраивает Малфой — пусть она с ним и общается. Я на нее зла не держу.

      Да и, в конце концов, она тоже имеет право на счастье. Пусть и общается с Малфоем, я же умываю руки. Если она счастлива, я не буду ей препятствовать.
Надо сказать, что это мое решение здорово мне облегчило жизнь. Мы здоровались, иногда разговаривали, но от былых отношений не осталось даже и следа. Мы стали просто приятельницами, которые изредка интересовались друг у друга, как дела. Ее и меня это устраивало, хоть это было грустно.

      Все же потерять друга — это не самое приятное чувство, но я хоть перестала обвинять в этом Малфоя. Ведь мы бы и так расстались, но все было бы гораздо больней.

      Поэтому блондина я молча игнорировала, как и он меня.

      Но впереди была неделя отработок, так что делать нечего. Документы мы раскидали по коробкам еще на прошлой неделе, так что теперь было другое задание. Власов все порывался мне помочь, но я его постоянно останавливала. Не маленькая, сама справлюсь.

      Нам надо было перетаскать коробки в подвал. Без магии. Ну что ж, раз надо, значит надо. Все было нормально, пока мы с Малфоем не стали пересчитывать коробки.

      — Тут все сорок коробок? — Я практически закрыла дверь, чтобы поставить коробки в угол, так как их было слишком много. Небольшое подсобное помещение, так сказать, каменный мешок, только с дверью. В подземелье постоянно было много сквозняков. Дверь захлопнулась, как и засов. Вот пиздец.

      — Соловьева, ты, конечно, большая молодец, — съязвил Малфой, дергая ручку двери. Но та даже не поддалась.

      — И что теперь делать? — Я села на одну из коробок, поджимая под себя ноги. Тонкая рубашка совершенно не согревала.

      — Ждать, пока нас обнаружат. Но если я умру молодым, я буду приходить к твоему отчиму в страшных кошмарах и рассказывать про тебя всякие гадости, — я уныло улыбнулась, хоть он этого и не заметил в полнейшей темноте. Он сел рядом со мной на пол, упершись спиной в коробки.

      Мы так и сидели, полностью потеряв счет времени. Казалось, прошло около трех часов, хотя не более пяти минут.

      — Ты с Власовы встречаешься? Я не знал, — его голос потерял все эти язвительные нотки, которые постоянно присутствовали при нем, и он стал просто усталым, немного печальным.

      — Не делай вид, будто это тебя удивляет. Мы с ним знаем друг друга около года, он хороший человек. Так что это вполне нормально, что мы с ним начали встречаться, — я словно оправдывалась перед Скорпиусом за преступление, которое не совершала.

      — Вы просто не подходите друг другу по характеру. Вы странные, честно говоря, вроде у вас и близкие отношения, но при этом вас никто не видел целующимися. — Глаза привыкли к темноте, поэтому я смогла рассмотреть его фигуру, выделяющуюся на фоне темной стены из необтесанного камня.

      — Как раз-таки нет, противоположности притягиваются. Да и не обязательно показательно сосаться со своим парнем на глазах у всей школы, чтобы быть влюбленным в человека, — я пожала плечами. — Да и вообще, с чего тебя интересуют наши взаимоот…

      Скорпиус одним шагом пересек каморку и впился мне поцелуем в губы. Я как-то отстранено воспринимала эту ситуацию, хоть Малфой и целовался превосходно. В отличии от прошлого раза, поцелуй был нежным, трепетным, словно извиняющимся. Я позволила себе потерять голову, погрузиться в этот поцелуй.

      Малфой не медлил и потянулся к моим пуговкам на рубашке. В голове билась мысль, что это не правильно, надо прекращать это блядство, сделать хоть что-то, но я не предприняла никаких попыток сделать хоть что-то.

      Пусть на следующий день мне будет стыдно, и этот ублюдок мне это обязательно припомнит, но я не собираюсь что-либо меня сейчас.

      Я устала анализировать каждый свой шаг.



Марьяна дю Плесси

Отредактировано: 02.07.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги