Крайняя ночь

Размер шрифта: - +

Крайняя ночь

Говорят, что в деревне жить скучно – так скучно, аж до смерти. Убийственно скучно. Так-то оно так, но тоска – не единственная причина, по которой можно отбросить копыта аккурат посреди утлых домиков. И в тот унылый осенний вечер я еще не знала, что через пару минут мне будет не до скуки…

 

Туалета в наших деревнях отродясь не бывало. Потому вид шатающейся со сна (или перепоя, кто их разберет?) фигуры, в полвторого ночи взявшей курс на утлую сортирную будочку, привычен, как ход солнца.

Я, как и положено порядочной «сове», в эти самые полвторого стояла перед рукомойником, при свете луны романтично плеща в лицо ледяной водой. Где-то между плесканиями мой взгляд уловил движение.

От той самой будочки ко мне двигалась сестра. Как и всегда, ее круглое лицо, похожее на побитую оспой луну, ровным счетом ничего не выражало, а взгляд был привычно устремлен в неведомые дали. Я отвернулась и снова погрузила щеки в живительную влагу.

Сеструха, не обладая избытком ума, умудрилась родить раньше, чем окончила школу, и это стало единственным и неизменным предметом ее гордости. Впрочем, дочурка, в отличие от мамы, росла умницей. В свои неполные семь бегло читала, складывала в уме и даже знала таблицу умножения – до пятью пять включительно. Дальше мы с ней пока не добрались. Не берусь судить, оценила ли это сеструха — ее постоянная апатия и полное отсутствие интереса ко всему, что не связано с базовыми потребностями, стали притчей во языцех. Порой мне бывало даже стыдно за нее.

Сестра шкандыбала мимо с привычно-отсутствующим лицом, глубоко засунув руки в карманы разношенной куртки. Ну да, чай не август на дворе, в одних трусах в сортир уже не сбегаешь.

Я проморгалась, разлепляя мокрые ресницы, и с тоской взглянула на дом. Окна тепло светились. С водоснабжением в наших деревнях примерно та же ситуация, что и с канализацией, поэтому посуду моем и чаек пьем по старинке. А именно – нагрел на плите огромный чайник и вперед. Впрочем, вру – сегодня кипятить водичку можно еще и в электрическом монстре, который жрет столько энергии, что выбивает из нашей древней сети все приборы, кроме лампочек. Я как-то не поленилась и посчитала, что с момента покупки электрического чуда наши счета за свет прибавились настолько, что, копя мы эти деньги месяцев семь-восемь, — и смогли бы провести трубу в дом от дворовой колонки. Впрочем, я могла давать свои рациональные советы сколько угодно. А могла не давать их вовсе – эффект был неизменно одинаковым.

Я потерла друг о друга красные окоченевшие ладони.

— Лин! – окликнула я сестру, — чайник поставь.

Сестра не среагировала. По лени она всегда выходила на первое место с отрывом, на любые предъявы отбрыкиваясь «воспитанием дочки».

— Линка, не будь жлобкой, — добавила я, видя отсутствие рвения.

Сеструха слабо разбиралась в том, что значит «жлоб», но почему-то считала это слово самым страшным оскорблением, которое может быть ей нанесено. А поруганной она быть ох как не любила – особенно за дело.

Но в этот раз даже «жлобка» не возымела должного эффекта. Более того – пробираясь мимо, сеструха, демонстративно на меня не глядя, ощутимо зацепила мое плечо своим.

— Линка! – возмутилась я, присовокупив к имени сеструхи нечто посерьезнее «жлобки», — ты не охренела часом?

Вышло достаточно громко – пожалуй, даже громче, чем хотелось бы. Зато Линка наконец соизволила на меня посмотреть. И вот тут я поняла, что дело неладно.

Лицо сеструхи, издалека смотревшееся бледным, оказалось покрыто чудовищными белесыми пятнами с прозеленью. Оцепенев, я в ужасе разглядывала расплывчатые края ляпухов, будто намалеванные кистью безумного художника.

— А-а… — Линка раскрыла рот, обнажив нечищенные зубы. Ее глаза, обведенные синюшными кругами, угрожающе сощурились. Не соображая, что делаю, я оттолкнула сестру и опрометью кинулась в дом.

Засовы, билось в голове, пока я метровыми прыжками неслась к спасительной двери. Крючки, замок, засовы…

Преодолев дистанцию до дома, я рванула на себя дверь и спустя мгновение уже громыхала теми самыми засовами и крючками, а в ушах еще звучал полувой-полустон, который издавало нечто, бывшее моей сеструхой.

Когда последний крючок занял свое место в петле, я перевела дух и попыталась сообразить. Ночь только началась, и это плохо — для разгула нечисти еще полно времени. Стены в доме толстые, а на окнах решетки — и это хорошо. Но светит полная луна, и это плохо — при луне оборотни становятся агрессивными… Стоп, какие оборотни? Блин… а как назвать то, чем стала моя бедная сестра?..

— Тёть Нась! — раздалось над ухом.

Я подскочила и треснулась затылком о вешалку. Совсем забыла, что в доме Лиска!

Племяшка смотрела на меня сонными глазами, не подозревая, что ее мама теперь… что?

— Тёть Нась, а мама где? — на припухшей со сна мордахе обозначился оттенок удивления.

— Ты почему босиком? — я изобразила строгость, — а ну марш в кровать!



Лидия Ситникова (LioSta)

#718 в Мистика/Ужасы
#2838 в Разное
#734 в Юмор

В тексте есть: пародия, зомби, шутки

Отредактировано: 04.02.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги