Летописец. Книга 1. Игра на эшафоте

Размер шрифта: - +

Глава 20. Горы не забывают

— Но почему он молчал? — Рик, который не мог прийти в себя после разговора с Маей, не знал, ругать отца или радоваться известиям. Он — Кройдом по материнской линии! Рик всегда стремился наверх, а теперь не знал, как реагировать. Хотелось врезать по бревенчатой стенке или на худой конец по дряхлому столу, покрытому пятнами копоти и забитыми трухой трещинами. Георг, наблюдавший за кем-то в окно, кинул на Рика оценивающий взгляд.

— Думаю, Айварих угрожал тебя убить, если ты узнаешь правду, вот твой отец и молчал, — предположила Мая.

Ворнхолм уверенно кивнул, отвернувшись от окна:

— Когда твой отец вернулся из Барундии послом Маэрины, все думали, что его или выгонят или убьют, но Айварих позволил Сиверсу остаться в Сканналии, даже наградил поместьем и сделал дворянином. Думаю, это дело рук Катрейны. Она всё сделала, чтобы Айварих не воспринимал тебя как угрозу.

— Она присматривала за тобой, и это она назвала тебя в честь брата, — добавила Мая.

Рик поражённо смотрел на неё.

— Твой отец впервые тебя увидел, когда тебе было два года. Королева вынудила его уехать и спасти Дайруса, а тебя держала при себе как...

— Заложника? — с горечью спросил Рик.

— Можешь ли ты её винить? — Мая смотрела на него огорчённо. Рик пожал плечами:

— Она думала о законном принце, а я...

— Ей пришлось так поступить! Она сожалела об этом до конца жизни.

— Не вздумай её винить! — предупредил Георг. — Она тебе жизнь спасла! И Дайрусу тоже, а вот о себе никогда не думала.

— Дайрус был чужим для неё, а тебя она любила как сына, — напомнила Мая. Рик и сам это знал, но голова всё равно гудела, а обида норовила выплеснуться наружу.

«Неужели я такой эгоист?» — Рик вспомнил предупреждающий взгляд Катрейны на эшафоте, окровавленную голову отца, который вмешался в драку ради сына, хотя ненавидел сражения и оружие. Они оба пытались его защитить, и оба мертвы.

Отец мёртв? Рик вздрогнул. Он гнал эту мысль от себя, но сейчас она прожгла его до костей. Сколько раз Рик ругался с отцом, оскорблял, а из-за чего? Подозрения, недомолвки, непонимание — Рик сам их создал, требуя невозможного, как он теперь видел. Отец всегда говорил правду, всегда вёл себя порядочно ко всем, так что ему ещё было надо? Повод сбежать в столицу? Он его нашёл, но чего он там добился? Познакомиться с Илзой? Так на безродного бастарда она и не посмотрела — прельстит ли её бастард родовитый? Служба королю, почёт, слава? Им отрубили голову на эшафоте вместе с Катрейной. Теперь он станет мятежником, как когда-то Диэнис, которого он помогал убивать.

— Господин барон, по-вашему, есть шанс спасти отца? — обратился он к Ворнхолму. На мгновение Рика посетила мысль: как теперь относиться к тому, что барон предал короля Райгарда? Ответ пришёл на удивление быстро: никак. Пусть старые тайны покоятся с миром. Надо думать о будущем, а не о прошлом. Если мстить теням, то кто накажет живых злодеев? Рик поклялся себе, что не позволит больше прошлому диктовать себе, как себя вести или как относиться к окружающим. Одно дело — знать прошлое, другое — забыть из-за этого о нынешних целях и судить о человеке по его старым грехам. Отец, Дайрус, Айварих — вот его цели.

— Попасть в тюрьму и выйти оттуда ты вряд ли сможешь, — покачал головой Георг Ворнхолм. — Когда мы возьмём Нортхед...

— Но сколько времени на это уйдёт? — выкрикнул Рик. — У отца нет времени!

— Хочешь, чтобы я соврал? — резко ответил Георг. Рик устало покачал головой.

— Слухи о походе барундийцев множатся, но начнётся ли он, мы пока не знаем. Если Гиемон предпочтёт завоевать Шагурию, нам придётся рассчитывать на свои силы, а их маловато. Даже если Дайрус придёт, неизвестно, чем всё кончится: нашей казнью или его коронацией.

Мужчина в пыльной одежде заглянул в комнату, и Георг вышел с ним на улицу. Рик и Мая смотрели из окна, как он говорит с незнакомцем на взмыленной лошади, а потом идёт обратно.

— Я попросила Дима помочь твоему отцу, если получится, — наконец тихо сказала Мая.

— Не получится! — голос Георга казался холодным, но его слова заставили Рика вздрогнуть от огненной вспышки боли: — Мне сообщили, что Крисфен пропал, а Ноэль Сиверс умер от пыток.

Георг встряхнул оцепеневшего Рика. Рик хотел забиться куда-нибудь подальше ото всех, обдумать смерть отца и оплакать его, но Георг не позволял. Он смотрел на Рика, и этот взгляд наполнял его решимостью и злостью. Горевать они будут позже. Пришло время действовать. Он не подведёт своих предков — ни Кройдомов, ни Сиверсов!

 

***

 

— Где мой сын?

— Ваше Величество, он пока не вернулся.

— Так на поиски пошлите! Крис здесь должен быть, а не шляться неизвестно где! Он — мой наследник и обязан себя соответственно вести!

Айварих часто начинал утро с этого вопроса, но вестей от Крисфена не было. Айварих попытался даже узнать у Истинной Летописи, где сын, но вернулся злой и с обожжённой рукой. Король потребовал выбрать нового летописца, но желающих не нашлось, а пара напуганных священников, юный ученик Карла и собственный личный слуга, которых Энгус любезно предоставил в распоряжение короля, не выдержали испытания: их клятв Истинная Летопись не приняла, и все они облегчённо вздохнули. Айварих вышел из себя и едва не отправил всех четырёх на эшафот, но Энгус сказал, что тогда вообще желающих не найдётся. Один из священников со страха попытался ещё раз и упал замертво с обугленной кожей, остальные разбежались. Король заметил Дима, с любопытством изучавшего Летопись, и приказал ему дать клятву, но и Дима она отвергла. Айварих схватился за голову, сжал виски и застонал.



Юлия Ефимова

Отредактировано: 16.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги