Любимая воина и источник силы

Размер шрифта: - +

Онихэктомия. Часть1. Глава 12

Глава 12

Верд

Ханимус нервничал, как не нервничал даже во время Дня открытых порталов, когда ему на стол одно за одним падали донесения о культистах в окрестностях. На том же столе сейчас белым пятном выделялся листок, где я кратко описал ситуацию. Его копия, сложенная вчетверо, жгла кожу через нагрудный карман моей форменной рубашки. Если мне грозит ссылка, я буду жалеть лишь об одном, что не смогу и дальше приносить пользу империи. Если меня казня… Что ж, хотя бы недолго я чувствовал себя нужным. Надеюсь, ребятам повезёт с новым командиром. Хорошо бы вместо меня назначили Райда Элле, мой зам давно заслужил повышения.

Минуты ожидания тянулись бесконечно. За это время я успел сотню раз смириться со своей участью и столько же – найти себе оправдание.

Наконец, дверь отворилась и вошла леди Оэльрио вместе с лордом Сатемом Яррантом.

Я искренне порадовался, что вчера она была одета по-другому. Будь на ней, как сейчас, форма академии, вряд ли Ханимус успел бы её уберечь.

На мгновение наши взгляды скрестились, и меня обдало холодом. Вчерашний поступок предстал в ином свете. Зачем эта записка? Цветок, ради которого я, расходуя остатки сил, прыгнул тенями на самую южную точку границы с Арендоллом и едва сумел вернуться? Придурок и позёр! Достаточно было просто попросить кого-то из парней передать ей книги.

То что вечером казалось правильным и искренним, теперь мнилось глупостью.

Если не безумием.

Впрочем, сейчас все решится.

– Лорд Яррант, Оэльрио.

Ханимус Каррэ поднялся навстречу, приглашающим жестом указывая на уютные кресла с высокими спинками. Его рука осторожно подтянула мой рапорт к себе. Пальцы прижали листок к столешнице.

Коротко поклонившись старшему по званию, как предписывал устав, я замер в прежней позе: руки по швам, ноги на ширине плеч, взгляд прямо и в никуда. Хотя вот с этим явно сегодня проблемы. Я то и дело косился на вошедших.

Что-то казалось неправильным.

Теневой Маг не выглядел разгневанным, он коротко окинул меня привычным одобрительным взглядом и снова обратил его на Ханимуса, усаживаясь в кресло. Его дочь, проигнорировав предложение, осталась стоять подле отца, старательно изображая равнодушие. Но от меня не укрылось, как она украдкой поглядывает в мою сторону. В её глазах не отражалось ни ненависти, ни презрения, ни желания мне отомстить. Лишь лёгкое недоверие и, как будто обида?

Не могу сказать, что меня это расстроило, хотя и настораживало. Не хотелось бы лелеять ложных надежд, это может плохо закончиться.

Сейчас я чувствовал себя отдохнувшим, да и соображал не в пример яснее, чем вчера.

И, да!

Мне не хотелось ничего менять.

Я не хочу в ссылку!

Не хочу чтобы меня казнили, как преступника. Я всегда думал, что погибну на службе, но не с позором, а с честью...

Как-то не вовремя я дал волю мыслям, которые до сих пор загонял в дальний угол: «Что, Верд, признался? Тебе легче?»

И все же, ничего не могу с собой поделать. Жажда жизни именно сейчас стала просто непереносимой.

Жаль, что у меня не было времени, чтобы спокойно поговорить с леди Оэльрио. Извиниться по-настоящему. Объяснить. Не хочу, чтобы она считала меня чудовищем. Показать, что я и мой зверь – разные… Почему-то именно это сейчас казалось самым важным.

Я вдруг осознал, что уже некоторое время смотрю прямо в бирюзовые глаза, будто пытаясь взглядом выразить, все что у меня на душе.

Внезапно они сузились и… Леди Оэльрио показала мне язык!

От неожиданности я поперхнулся и самым глупым образом закашлялся.

– Что с вами, Верд?

Жестами показал «все нормально», но никак не мог сдержаться.

– Выпей! – Ханимус протянул мне стакан воды.

Я взял, расплёскивая на форму и на ковёр щедро налитую влагу. Ну и, скажите на милость, как это мне поможет? Разве что захлебнусь окончательно и не буду дальше позориться? Интересно, этот поступок можно приравнять к трусливому бегству от собственной незавидной участи?

«Верд, ты и тут облажался!».

Я был зол на себя, но не мог остановиться, лишь краснел и хватал воздух, прижимая руку ко рту, чтобы разразиться новой порцией сдавленного кашля.

Краем глаза заметил, что девчонка едва сдерживает смех. Великая Мать! На её лице написано… удовлетворение? Да она же открыта радуется моему позору! Эта мысль почему-то показалась добрым знаком. Может, наказание не будет столь суровым? Может, Ханимус перегнул палку? Великая мать! О чём я думаю? Будто не знаю устава...

Наконец, я смог унять кашель и, извинившись, вновь застыл с каменным лицом.

– Сатем, – ректор взял в руки мой рапорт, явно не зная, как начать непростой разговор, – я позвал тебя, чтобы…



Любовь Черникова

Отредактировано: 14.08.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги