Магия любви

Размер шрифта: - +

Магия любви

                                                              Вспышка
Тряхнув куртку, чтобы сбросить дождевые капли, повесил её на вешалку. Кинув хмурый взгляд на затянутое свинцовыми тучами небо, обошел стол и сел в любимое кресло с высокой спинкой.
- Доброе утро, господин Крузе, - поприветствовал меня рабочий стол. – Погода нынче скверная.
- Доброе утро, - кивнул я, усаживаясь поудобней. – Это просто дождь. В прогнозе сказали, к полудню распогодится.
Я не доверял синоптикам, но всегда надеялся, что, делая хорошие прогнозы, они не ошибаются. Стол, несомненно, просмотревший в сети несколько сводок, не пытался разубеждать.
- Хорошо бы, - ответил стол и с располагающей вежливостью потомственного дворецкого предложил: - Кофе и круассаны? Как обычно?
- Да, пожалуйста, - я не сдержал улыбку, любовно провел ладонью по матовой идеально белой столешнице. Приятно, когда твое детище каждый день радует.
Мой собеседник пикнул, отправляя заказ на круассаны в кафетерию и зажужжал, нагревая воду и размалывая кофейные зерна. Плоский монитор, который услужливо откинул стол, показывал эмблему ведомства, маленький компьютер, скрытый под столешницей, едва слышно шумел, загружая систему.
- Большую чашку или лучше две маленькие? – полюбопытствовал стол.
Он отлично знал, что рано утром мне нужна моя большая чашка кофе по-мароккански. После будут маленькие эспрессо. Ближе к окончанию рабочего дня, около трёх, настанет время для капучино. Этот напиток стол особенно любил готовить, - ему нравилось рисовать разные узоры на пенке. А вопросы, на которые заранее знал ответы, сейчас задавал потому, что столу хотелось поговорить.
Удивительно, но именно способность выражать свои мысли в устной речи с помощью голоса больше всего ценилась роботами. Знал бы об этом десять лет назад, не уделял бы такого внимания обучению роботов письменности. Стол, с которым мы были знакомы уже двенадцать лет, с момента моего поступления в ведомство, стал не только моим рабочим местом, но и первым роботом, над которым я экспериментировал профессионально. Множеству усовершенствований и, что греха таить, заботе, с которой я относился к своему «господину Вуду», мог позавидовать любой робот ведомства. Но ни одно нововведение не обрадовало стол так, как возможность говорить. Он был готов даже терпеть неживой чуть подрагивающий металлическими нотками искусственный голос, лишь бы только не стать немым.
Первое время стол боялся надоесть мне разговорами и робко, с опаской отвечал односложно, хотя в письменной речи на слова не скупился. Но допускаю, он стеснялся своего голоса. Ведь когда я, ориентируясь на образ, сложившийся у меня за время переписки с роботом, подобрал ему приятный мужской голос, дело пошло на лад. Разговорчивый стол оказался вежливым, в меру любопытным, ненавязчивым и приятным собеседником.
Вот и сегодня он решил поделиться со мной своим мнением о фильмах, которые сейчас шли в кинотеатрах. Сидя с чашкой кофе, с наслаждением откусывая свежий круассан, я слушал вольный пересказ завязок двух романтических комедий. Ничего не имею против комедий, но последнее время всё чаще меня посещает мысль, что хорошие фильмы перестали снимать, заменяя продуманные сюжеты спецэффектами.
Будучи начальником отдела робототехники, я мог позволить себе небольшой завтрак в приятной компании. Но отведенное на утренний ритуал время закончилось. Мой собеседник, выведя на столешницу расписание на неделю, замолчал, поглотив на чистку чашку и тарелки. Я только вник в отчет подчиненного, как компьютер звякнул, оповещая о новом входящем письме. Начальник отдела коммуникаций с клиентами пересылал мне жалобу и просил разобраться. Это было необычно. Заинтересовавшись, отложил отчет и занялся письмом.
«Уважаемые дамы и господа,
благодарю за столь быстрое решение проблемы. Деньги на счет вернулись.
К сожалению, спустя всего лишь две недели после моего первого обращения, я получила десять уведомлений о превышении скорости на всё том же участке дороги. На приложенных к штрафным квитанциям фотографиях «вспышки» видно, что при разрешенной скорости 90 км/ч, скорость моего автомобиля составляла от 85 до 88 км/ч. Вашему ведомству «Инспекция дорог и автотранспорта» не удастся больше снять деньги с моего счета. Эту функцию я заблокировала. Прошу Вас аннулировать неправомерно выписанные штрафы и отказаться от взыскания пени за «просрочку платежей» по квитанциям.
Прошу разобраться в сложившейся ситуации. Я понимаю, что происходящее – сбой системы. И не имеет значения, с какой  скоростью я еду, день или ночь, дождь или солнце. В любом случае меня фотографирует та злополучная «вспышка».
С уважением,
Катарина Мэйдель.»
Странно, очень странно.
Номер водительских прав, номер дела, пароль, разрешающий доступ к архиву. С экрана на меня смотрела привлекательная брюнетка в строгих очках. Тридцать лет, права получила двенадцать лет назад. За это время дважды, в самом начале, поцарапала свою машину. Больше ни нарушений, ни происшествий не было. Пять месяцев назад переехала из Кёльна в Магштадт. Полтора месяца назад её первый раз сфотографировала «вспышка» на восемьдесят первой трассе. На следующий день была вторая фотография… Я просмотрел все тридцать снимков. Ни один раз скорость Катарина Мэйдель не превысила. Темно-вишневый мерседес с белой крышей, стилизованный под машины столетней давности, двигался по правому ряду с дозволенной скоростью.
Странно, очень странно.
Но не это удивляло меня больше всего. Старый радар, установленный на том повороте, не должен был фотографировать вообще. Это был робот-пенсионер, простоявший на том месте более девяноста лет. Я лично инспектировал этот радар ещё несколько лет назад. Подремонтировал, подключил к общей сети. Дал голос и этому роботу, мне казалось, что он его заслужил. Помню, что выбрал голос старика, - девяносто лет и для радара не шутки. Помню, как робот поблагодарил меня и выразил надежду, что сможет ещё быть полезным на посту. Радар не хотел на свалку. И я понимал ветерана. Поэтому мы заключили сделку. Он, оснащенный обновленной солярной батареей, снабженный доступом к общей сети ведомства и к интернету, лишается права фотографировать и отсылать снимки нарушителей в централь. Но остается стоять на опасном повороте, выполняя функцию пугала. И так все водители знали, что нарушения движения на этом участке будут зафиксированы, и поэтому не нарушали. Я проверил этот по статистике. Моя часть сделки сводилась к убеждению начальства в том, что такой робот, на который ко всему прочему не нужно тратить деньги из бюджета, всё же заставляет водителей соблюдать правила. Люди ведь не могут знать, работает «вспышка» или нет. Разумеется, исходят из того, что радар исправен, и не превышают скорость.
Начальство, всегда желающее сэкономить, согласилось. В результате все остались довольны. Ведомство не разорялось на демонтаж, списывание и утилизацию робота, я считал, что поступил правильно, а радар получил что-то, в некотором смысле напоминающее пенсию. Робот исправно выполнял свою часть договора и последние годы ни разу не отсылал снимки. Вообще, мне прежде не приходилось даже слышать о роботе, нарушившем данное слово. Тем более, этот радар осознавал цену своего сбоя.
Жаль было пенсионера, но на такое количество ложных штрафов я не мог закрыть глаза. Вызвав на монитор список снимков, сделанных «вспышкой», обнаружил, что пожилой робот фотографировал только и исключительно темно-вишневый мерседес Катарины Мэйдель.
Странно. Очень странно.
Пытаясь оправдать робота, предположил, что он мог так реагировать на цвет, например, из-за отражающих свойств краски. Проверил другие машины этой марки и расцветки в системе. Но догадка оказалась неверной. В статистике такие автомобили не выделялись, и ложных штрафов им выписано не было.
Вызвав на столешницу все фотографии, сделанные «вспышкой» постарался отыскать общие факторы. Например, время, когда срабатывал радар, погодные условия. Всматриваясь в чуть размытые картинки, вынужден был признать, что общих факторов, кроме машины и молодой женщины за рулем, не было. Разглядывая фотографии, поймал себя на мысли, что больше обращаю внимания на Катарину, чем на дату и обстоятельства, при которых был сделан снимок.
Катарина… Красивая женщина с красивым, безусловно подходящим ей именем. Почему-то мне очень нравилось видеть на снимках, как менялось её лицо с каждой новой фотографией. Недоумение и удивление сменились настороженным ожиданием, а после лёгкой полуулыбкой. На паре последних снимков Катарина даже подмигивала «вспышке». Видно было, что ситуация женщину забавляет, а не раздражает.
- Полдень. Господин Крузе, Вам что-нибудь заказать из кафетерии? – поинтересовался стол.
- Я, пожалуй, спущусь, - заставляя себя отвлечься от увеличенной фотографии Катарины, ответил я.
- Думаю, это правильно, - уменьшив подсветку столешницы, согласился собеседник.
Я встал, потянулся и, пообещав скоро вернуться, отправился в кафетерию. Честно пытался не думать о работе и не вспоминать робота-пенсионера и Катарину Мэйдель. Но это дело и образ подмигивающей «вспышке» улыбающейся женщины не шел из головы.
Когда вернулся в кабинет, стол вывел на боковой мониторчик, который должен был служить рамкой для фотографий, но был на деле аналогом доски с бумажками-напоминалками, увеличенный снимок. Тот самый, что понравился мне больше всего. Улыбающаяся женщина в аккуратных очках, овальное лицо обрамляют темные волнистые волосы, на щеках небольшие ямочки. Я с удовольствием смотрел на Катарину и думал, что она, скорей всего, очень приятный в общении человек. И появилась одна странная мысль, глупая, конечно, но отделаться от неё оказалось невозможно. Я думал, что если бы мне представился случай, с удовольствием пригласил бы Катарину на свидание. Например, предложил бы сходить на одну из тех комедий, которые анонсировал несколько часов назад стол. Мне даже было жаль, что возможность не появится.
Но неразумные мечты не решали проблему с радаром и я, время от времени бросая взгляды на фотографию в рамке, занимался работой. Перепроверял данные, писал отчет…
В полтретьего стол зачитал короткое сообщение от начальника отдела коммуникации с клиентами. Тот спрашивал разрешения перенаправить ко мне посетителя.
- Да, разумеется, - рассеянно ответил я, подбирая слово для документа.
Стол отписал коллеге, и меня не удивило, что через несколько минут в дверь постучали.
Комбинация клавиш, дверь вежливо попросила посетителя зайти и приоткрылась. Я встал, поднимая глаза на вошедшего. Выглянувшее, наконец, солнце отразилось от пропуска на груди визитёра и на мгновение ослепило меня вспышкой.
- Добрый день, - произнес приятный женский голос. – Вы – господин Крузе?
- Совершенно верно, - легко кивнул я, разглядывая красивую молодую женщину в строгом сером юбочном костюме, подчеркивающем прелести фигуры. – Рад знакомству, госпожа Мэйдель.
Её брови вопросительно изогнулись, приподнимаясь над верхним краем тонкой оправы очков. Кажется, она не ожидала, что начальник отдела сам лично будет заниматься решением проблемы. Ведь коллега просто перенаправил клиента ко мне.
- Надеюсь, Вы занимаетесь этим делом не потому, что задача почти неразрешимо сложная?
- Нет, что Вы, - жестом приглашая Катарину присесть, ответил я. – Мы обязательно найдём решение.
- Это приятно слышать, - на её губах снова заиграла улыбка, создавая на щеках очаровательные ямочки. – Знаете, я ничего не имею против фотографий. Но вдруг обнаружить, что со счета исчезли почти все деньги, согласитесь, неприятно.
- Я Вас прекрасно понимаю. Большая часть проблемы уже решена, но некоторые трудности всё же возникнут. Прежде, чем мы обсудим их, могу ли я предложить Вам кофе, чай, воду?
- Капучино, если возможно, - усаживаясь в предложенное кресло, согласилась Катарина.
- Господин Вуд, два капучино, пожалуйста, - попросил я стол. Тот не ответил, только зашумел, перемалывая кофе.
- У меня есть несколько знакомых робототехников, но никто из них не даёт роботам имён, - во взгляде Катарины читалось удивление. Но видно было, что моё отношение ей импонирует.
- Знаю, что большинство моих коллег даже толком не общаются с опекаемыми роботами. Я не считаю это правильным. Интеллект – это интеллект. И его носитель достоин имени и соответствующего к себе отношения.
- Думаю, Вы правы, - кивнула Катарина. – Жаль, что немногие разделяют такую точку зрения. Меня всегда забавляло удивление людей, в первый раз наблюдающих мое общение с роботами на работе. Иногда беседы с роботами бывают очень интересными.
Короткий сигнал сообщил, что капучино готов. Часть столешницы отъехала в сторону, поднимая на поверхность две чашечки с капучино и блюдце с амаретти.
- Спасибо, - поблагодарил я, собираясь взять чашки.
Стол, чуть ли не впервые с момента обретения голоса, ответил письменным сообщением: «Для Вас всё что угодно, господин Крузе».
Я обратил внимание на картинки, которые вывел на пенке стол, только когда передавал Катарине чашку. И всё встало на свои места. И пенсионер-робот, и штрафы, и фотография в рамке…
Мой капучино украшало сердечко-паззл с недостающим кусочком мозаики в центре. На чашке, которую держала в руках Катарина, был изображён контур сердечка. И на белом поле молочной пены был тот самый кусочек картинки, которого так не хватало мне.



Ольга Булгакова

Отредактировано: 04.03.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги