Мария

Размер шрифта: - +

Мария

Да, хотел бы я увидеть кого-либо из вас, людей,
так же спокойно реагирующих на появление существа
из вашей мифологии. И демонологии.
А. Сапковский, «Золотой полдень»

 

Двор был квадратный, окружённый по периметру четырьмя панельными пятиэтажками, и с типовой детской площадкой в центре. Скучный. Стандартный. Серый. Мне почему-то всегда доставались именно такие – безликие и однообразные. И с собаками…
В этот раз собак было двое: крупный рыжий «двортерьер» и мелкая лохматая пародия на болонку.
- Гав, - сказал рыжий, преграждая мне дорогу. - Гав-гав.
- Тяв! – робко подтвердила лохматая.
- Мяу, - согласилась я, на всякий случай отступая на пару шагов.
- Рррр! – Рыжий оскалил клыки и выразительно облизнулся.
- Чего? – опешила я. – А по-русски можно? А то эти ваши «рррр» имеют три сотни значений в зависимости от ситуации и степени благовоспитанности. Если вы меня таким образом некультурно посылаете, то так и говорите! Тем более, что я всё равно не уйду.
Собаки переглянулись. Видимо, им редко попадались такие разговорчивые и наглые жертвы. Псевдоболонка, кажется, вообще дар речи потеряла.
- Грр? – уточнил рыжий. – Ты из этих, что ли?
- Из тех же, что и ты, тормоз.
Я окинула пса самым презрительным из коллекции своих взглядов и повторила попытку попасть во двор. Но, видно, двортерьера в моём ответе что-то не устроило. Он шагнул в мою сторону и снова зарычал. Лохматая покосилась на старшего товарища и тоже попыталась изобразить что-нибудь грозное.
- В чём дело? – не поняла я. – Какие-то проблемы?
- Паррроль! – гавкнул рыжий.
- Мяу? В смысле, зачем?
- Пррроход неидентифицирррованных лиц на вверрренную мне террриторию стрррого запрррещён. Исключение – паррроль. Без паррроля не пущу. Особое ррраспоррряжение… оттуда… - пёс выразительно закатил глаза к ночному небу, затянутому плотной пеленой тёмных облаков. И насколько я знала собак, означать этот жест мог всё, что угодно. Начиная тем, что сообщение принесла залётная ворона, и заканчивая прямым приказом Верховной.
Я задумалась. Мне о пароле ничего не сообщали, а ведь задание передали всего пол часа назад. Что же такое могло произойти за это время? Пресловутое шестое чувство подсказывало, что ничего хорошего.
- И что, совсем никого не пускаете? А если я очень попрошу?
Рыжий виновато переступил с лапы на лапу:
- Пррростите, если нарррушаю ваши планы, миледи, но не пущу. Пррриказ, сами понимаете. Тут такой особый случай…
- А в чём дело? – Нельзя проявлять чересчур явный интерес. Но умеренное любопытство ещё никому не вредило.
- Да я и сам толком не знаю. Письмо прислали с нарррочным. – Ну вот, я же говорила, что ворона принесла. Ох уж эти вездесущие птицы…
- А хоть какие-то соображения имеются?
- Да нет, вррроде всё норррмально было… Я, пррравда, не слишком в курсе. Я ведь даже не патрррульный, пррросто живу здесь неподалёку. Ррричард меня зовут.
- Мария, - представилась я. – А что, обычных людей вы тоже во двор пускать не будете?
- А обычные и сами не придут, - вмешалась лохматая. - Тут же барьер, не видишь что ли?
Я присмотрелась и действительно различила за спинами собак лёгкое мерцание. Ага, тут и отвращающий, чтоб сбить с пути случайного прохожего, и обычный – если кто-то всё-таки попытается прорваться.
Впрочем, какие могут быть прохожие в три часа ночи? Разве что бомжи да загулявшие студенты. Ну, на первых мне плевать, а вторым иногда даже полезно «случайно» не найти дорогу домой – впредь будут возвращаться вовремя.
- Ну, что замолчала-то? – не унималась назойливая псевдоболонка. – Или ты барьер не видишь даже?
- Вижу я его, прекрасно вижу. И то, как паршиво он выполняет свою функцию – тоже вижу.
- Тяв? Почему паршиво?
- Да потому, что не больно-то он завернул меня с дороги. Я даже на сантиметр не отклонилась. И во двор могу пройти совершенно спокойно. Так что сама ты – тяв!
- Как это, можешь? Никто, значит, не может, даже я, патрульная, не могу, а ты можешь?
- Ах, так это ты местная патрульная?
Собаченция меня здорово развеселила. Признаться, я привыкла к тому, что в патрульные выбирают в основном овчарок или лабрадоров. Ну и сенбернаров, конечно. Но страж порядка, который чуть выше меня в холке и с уровнем IQ ниже пятидесяти – это… по меньшей мере забавно.
- Ну патрульная, и что с того? Уж всяко ни чета тебе, на ответственной должности состою! А такие как ты ходят тут, работать мешают, мозги пудрят ерундой. Где ж это видано, чтоб барьеры не работали, да ещё те, которые сама Верховная ставила?!
- Верховная? Вот прямо-таки и сама? Признайся, лохматая, ты же её никогда в жизни даже не видела! – Лёгкая усмешка, ироничный прищур глаз. Я прекрасно знала, какое впечатление производят на окружающих мои глаза и никогда не стеснялась пользоваться этим маленьким преимуществом при общении с окружающими. А особенно с собаками. Тоже мне, друзья человеков!
Рыжий, поймав мой взгляд, стыдливо потупился. Кажется, ему было неловко за хамство несдержанной напарницы. Чего, впрочем, нельзя было сказать о ней самой.
- Ну и что? – не растерялась псевдоболонка. Пусть она сама здесь и не появлялась, но барьер-то она и на расстоянии могла поставить. Вот и поставила! А меня, значит, сюда сторожить! И Ричи в помощь! А кошки всякие нам тут вовсе и не нужны, так что поворачивай-ка туда, откуда явилась и не мешай работать. Тяв!
- Вот что, тявка, ты мне тут не тыкай! – мурлыкнула я, попытавшись сделать голос как можно ласковее. – Ещё когда твоя бабка ходить не умела и материнским молоком питалась, меня та самая Верховная ведьма Варвара лично спрашивала, как можно с наименьшими затратами проконтролировать общий магический фон города. И я тогда ей посоветовала использовать собак в качестве патрульных, потому что у них, то есть у вас, дорогие мои, чутьё. И Верховная со мной согласилась. И благодаря этому ты сейчас так гордишься своей работой.
С этими словами я элегантно взмахнула хвостом и прошествовала во двор мимо обалдевших собак. Прямо сквозь сдвоенный барьер. Сигнальный контур даже не колыхнулся. Что, ещё и контур? Хм, а я его сперва даже и не заметила. Хорошо поставили, чисто. Наверное и в самом деле работа Варвары. Молодец, девочка.
Внутри контура было… пожалуй, я бы сказала громко, но не скажу – это не слишком подходящее слово. Скорее уж наоборот – там царила полнейшая тишина. Но эта тишина хлестнула по ушам не хуже грохота стартующей ракеты.
Это сложно объяснить, но мы, кошки, воспринимаем мир не так, как люди. Мы способны видеть и слышать гораздо дальше, чётче и в разных диапазонах. Так вот, во дворе было совершенно тихо. В человеческом понимании этого слова. Я же моментально услышала частые всхлипывания. На третьем этаже одной из пятиэтажек, уткнувшись лбом в оконное стекло, плакал ребёнок. Человеческий ребёнок. Девочка. Ведьма. И сейчас эта маленькая ведьмочка находилась на грани истерики. Я имела весьма неплохое представление о том, как у ведьм проявляется истерика. А особенно у тех ведьм, которые ещё не умеют себя контролировать.
Пожалуй, Варвара правильно поступила, когда установила барьер.
А пока что я поспешила выйти за его пределы, потому что иначе мне пришлось бы лицезреть не слишком приятное зрелище – двух первых в мире собак, умерших от удивления и любопытства.
- Как ты это сделала? – набросилась на меня лохматая, едва я переступила искрящуюся черту барьера.
- Ножками, - улыбнулась я. Улыбаться мне совершенно не хотелось, но положение обязывало. Я не имела не малейшего понятия о том, что делать дальше, совершенно не владела ситуацией, зверски хотела нецензурно выругаться и ещё больше жаждала обругать Верховную, но сама не знала, за что именно… Короче, пришлось улыбаться.
- Прекрати надо мной издеваться! Я тебя серьёзно спрашиваю! Это мой участок, это моя работа, и меня интересует, как ты это сделала? И кто ты вообще такая?
- Действительно, миледи, а вы, собственно, кто? – поддержал патрульную пёс.
- Неужели вы до сих пор не поняли? – О, как же мне осточертела собственная слащавая улыбка!
- Есть некоторррые пррредположения, - серьёзно кивнул Ричард.
- Какие ещё предположения? – взвилась лохматая, - А почему я не в курсе? Что это вы за заговоры плетёте у меня за спиной? А?
- Не за спиной, а перед носом. Впрочем, вы, может быть, не расслышали. А я ведь уже говорила, что меня зовут Мария. Мария Бастинда Бао-Ли.
- Тяв? А попроще никак нельзя?
- И давно вас так зовут, миледи?
- Здесь и сейчас меня зовут именно так. И никак иначе.
Рыжий почтительно склонил голову, давая понять, что его догадки подтвердились. Однако, мне всё больше и больше нравился этот пёс. И всё меньше и меньше его спутница.
Но чёрт возьми, что же делать-то?
Я на отошла на пару метров в сторону (лохматая тут же горделиво завиляла хвостом, явно причисляя моё отступление к своим личным заслугам) и прикрыла глаза, вызывая в мыслях образ Верховной:
- Варька! Ты где? Слышишь меня?
- Первый, первый, я седьмой! Слышу вас хорошо, высота пол сотни метров над уровнем Волги, полёт нормальный.
- Тебе бы всё шуточки… Ты вообще представляешь, что тут происходит? У малявки потенциал как у…
- Как у меня в юности? – голос в моей голове разом посерьёзнел. – Я в курсе, поэтому тебя туда и послала. Ну, успокой её как-нибудь, лапши на уши навешай – ты же это умеешь. А я попозже подлечу, тут такое твориться…
Что подразумевалось под «таким», я рассмотреть так и не смогла. Звук шёл хорошо, а вот картинка дребезжала и перескакивала с места на место, подсовывая внутреннему взору то прядь рыжих волос, то черенок метлы, а то и просто затянутое тучами небо.
- Мне плевать, что у тебя стряслось, но если выясниться, что эта малявка не любит кошек, тут пол города снесёт. Да ещё патрульная какая-то невразумительная. Ты бы им тесты на психологическую устойчивость проводила, что ли?
- Ладно, учту. Ну правда, удержи её как-нибудь. А то у меня тут какая-то дрянь портал ставит прямо над дельтой. И представляться упрямо не желает.
- Ну и впустила бы, - фыркнула я, - Не армия же на драконах там прётся.
- Одних впусти, других впусти… У нас город или проходной двор? Мне вьетнамцев на рынке хватает!
- А что тебе вьетнамцы? Они собак едят… или это корейцы?
- Мусь, всё, мне некогда… Ай, зараза! …Совсем некогда. Хочешь, Олежку тебе пришлю для компании?
- Ну шли, что уж теперь… И поосторожней там, у тебя-то не девять жизней!
Конец фразы ушёл в никуда - Верховная разорвала связь. Я поморщилась. Вот непутёвая девчонка! Совсем себя не бережёт. Как будто больше некому заняться этим дурацким порталом… То есть, она конечно, лучшая, кто же спорит. Но когда в центре города хлюпает носом бомба замедленного действия с активированным детонатором… Хм…
Я уселась на тротуар и остервенело, не обращая никакого внимания на собак, почесала задней лапой за ухом.
А ведь не в портале дело… Она просто боится. Знает, чем кончится дело, вот и боится. Закон природы: в мире не могут одновременно существовать две Верховные ведьмы, равные по силе. Слабейшая должна умереть. Хотя нет, «должна» - неверное слово. Никому она ничего не должна… Но почему-то всегда умирает. От старости, от несчастного случая, от рук завистников и врагов, или в поединке с соперницей. Это и есть то самое, что называют судьбой.
И Варвара боится этой неизвестной девчонки. Боится, что одна из них непременно умрёт, а другая всю жизнь будет винить в этом себя. Но это долг Верховной, её крест…
А бедной кошке теперь что делать прикажете?
Неторопливый ход моих мыслей (а поспешишь, как говорится, собак насмешишь) прервал дикий рёв чего-то большого и механического. За последние двадцать лет я уже успела привыкнуть, что появление Олега всегда сопровождается невразумительным грохотом и скрежетом очередного чуда техники, но сегодня мальчишка явно решил побить собственные рекорды. Я нарочито неторопливо обернулась к источнику звука, машинально гадая, не угнал ли этот сорванец танк с бульвара Победы… Нет, всего лишь мотоцикл. И на том спасибо.
- Привет, Мусь! – Олег спрыгнул со своего рычащего агрегата и присел передо мной на корточки. И тут же испуганно отшатнулся, потому что моя лапа с выпущенными когтями просвистела у самого его глаза. – Ты чего?
- Во-первых, я тебе не Мусь, и даже не Муська, а Мария, - прошипела я, обходя парня по крутой дуге. - Во-вторых, если я ещё раз увижу, что ты ездишь без шлема, то на стол твоей матери ляжет длинный список всех твоих похождений по кошеч… по девочкам, то есть. А увенчает его копия приказа на отчисление из университета.
- Так он же не подписан ещё! Его и вывешивают-то для острастки только… И вообще, делай что хочешь. Не убьёт же она меня, в конце концов, сама та ещё приключенка! А в-третьих?
- Что в-третьих? – не поняла я.
- Ну, «во-первых» и «во-вторых» же было! Значит, для полноты ощущений должно быть ещё и «в-третьих»!
Я прошлась по Олегу взглядом, ища, к чему бы придраться. Но сердиться на него всерьёз было выше моих сил. Избаловали мы с Варькой мальчишку, чего уж греха таить. Зато какой красавец вышел, будь он котом - так и влюбилась бы.
- Чёлку подстриги. В глаза же лезет, самому неудобно.
- Не, Мария Батьковна, об этом даже не просите. Это имидж такой!
Я даже шипеть не стала. Такого переупрямить – вечности не хватит.
- Ну что, пошли?
- А куда, кстати? Мне мать сказала, чтоб дул сюда на всех парах и слушался тебя. Я прибыл. А дальше?
- А дальше… Вон тот дом, окошко с зелёными занавесками видишь?
- Это где девчонка ревёт? Ну, вижу. Её что, прибить, чтоб покой спящих граждан не нарушала?
К этому времени мы уже благополучно миновали оба барьера и контур. Ошалевшая от такой наглости псевдоболонка попыталась было нас остановить, но была моментально отброшена назад магической защитой. Её напарник тихо усмехнулся.
А что? Может, малявке всё-таки собаки больше по душе?
- Эй, Ричард, поди-ка сюда. Не бойся, я блокирую.
Рыжий торопливо приблизился и вежливо взмахнул хвостом.
- Значит так, мальчики. Сейчас пойдём выполнять функции детского сада. Девчонку надо успокоить, да побыстрее – пока она не вошла во вкус. Потому что как только она поймёт, что от её воя стёкла вылетают и деревья ломаются – никакие барьеры не удержат. Так что ведём себя как белые и пушистые сказочные герои; узнаём, что случилось и быстренько ликвидируем проблему. Ну и объясняем малявке, почему ведьмам нельзя психовать.
- А если не получится? – поинтересовался пёс.
- По ситуации разберёмся, - отмахнулся Олег, бодро взбегая по ступенькам, - в крайнем случае, удерём отсюда и свалим всю вину на мамку. Это же её работа!
Я поморщилась, но смолчала. Ведь по сути дела мальчишка был прав. А Олег тем временем уже жал на кнопку звонка.
- Кто там? – немедленно отозвался из-за двери детский голос.
- Сто грамм! – брякнул парень, за что и схлопотал когтями по ноге, - Ну… э-э-э…горгаз. Ваши соседи запах газа учуяли, а мы теперь трубы везде проверяем. Можно войти?
В квартире что-то зашуршало, стукнуло… Наконец дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы нашу разношёрстную компанию смог осмотреть любопытный голубой глаз.
- А удостоверение ваше можно посмотреть?
- Можно! – Олег не колеблясь вытащил из кармана зачётку и помахал ей перед щелью.
- Не-е-ет, так я не разглядю. Вы почитать дайте.
- А ты умеешь?
- А вы дайте! А то, может, вы бандит! – дитё было непреклонно. Причём никакой назревающей истерики в её голосе не слышалось. Хотя в воздухе она явственно ощущалась. Может, мы дверью ошиблись? Или в квартире есть кто-нибудь ещё? Нет, не похоже…
- Слушай, маленькая, а у тебя есть братик или сестрёнка? – не удержалась я.
- Не-е-е, я одна. А мама ушла куда-то. Сказала, что на работу, только я же знаю, что сегодня суббота, а она всё равно ушла. А я тут сижу, сижу… - Ага, вот вам и долгожданная причина пореветь. Просто девчонка привыкла всё держать внутри, внешне оставаясь совершенно спокойной. Её и говорящая кошка, кажется, совершенно не удивила. Впрочем, может быть и правда не удивила, кто же их, детей, разберёт. - …Я даже котлеты пожарила. То есть хотела пожарить, но они подгорели слегка. Снизу. А сверху сырые, кажется. Хотите попробовать? Они, правда, остыли уже…
Что характерно, приглашение относилось исключительно ко мне. Да и в щель, расширившуюся тем временем ещё на пару сантиметров, никто из моих спутников не пролез бы. Кажется, кошек малявка всё-таки любила больше.
- А мальчики? Их ты не хочешь угостить котлеткой? – вкрадчиво поинтересовалась я.
- А у меня на них не хватит, потому что всего одна осталась. А вторую я Баське скормила, потому что побоялась, что у меня живот заболит.
- Кому? – хором переспросили я и Олег. Причём я исключительно из вежливости, а вот мальчишка с плохо скрываемым сарказмом. Дело в том, что Варвара называла меня не только Муськой, но и Баськой, вульгарно коверкая моё второе (или первое – это как посмотреть) имя.
- Ну Баська – это моя кошка. Её вообще-то Колбаса зовут, только она колбасу не любит. Мама говорит, это потому, что нельзя есть себе подобных. А котлету она съела. А вас не Котлета зовут, нет?
- Мария, - с достоинством представилась я.



Екатерина Шашкова

Отредактировано: 04.03.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги