Март 2016: Женская литература

Размер шрифта: - +

"Женщина в русском эпосе" Мария Гинзбург, исследование. Часть 2

 

"Женщина в русском эпосе" Мария Гинзбург, исследование. Часть 2

 

Современное мифотворчество. Наш ответ Чемберлену, или три проекта студии «Мельница».

Что нам преданья старины глубокой? Поговорим о состоянии дел сейчас. С этой точки зрения интересно возрождение и новая жизнь былин героического цикла – о трех великих русских богатырях. Необходимо отметить, что они, как и цикл саг о рыцарях Круглого Стола и короле Артуре, созданы позже былин о сватовстве. Они появляются в период феодальной раздробленности, когда некоторые из вассалов фактически могущественнее короля. И социальный заказ прочувствован – воспевается не король, который мало что значит. Воспеваются его вассалы, могучие рыцари или богатыри.

Итак, переходим к рассмотрению героических былин.

В этом подразделе порядок рассмотрения следующий. Сначала будет вкратце изложен исходник былины; а затем будут проанализированы отличия, расхождения аутентичного текста и сюжетного хода всем известных мультфильмов. Речь не всегда пойдет именно о женщинах, поскольку это обусловлено иным характером былины; но мне кажется, что совокупный анализ всегда полноценнее и интереснее.

 

1. Алеша Попович.

Мы начнем рассматривать русских богатырей с него, потому что о нем был первый русский мультфильм, по качеству сравнимый, а местами даже превосходящий западные аналоги.

Былина об Алеше Поповиче, если присмотреться, напоминает черновик, пробу пера для былины о Добрыне Никитиче. Поясню на примере. Многие знают «Томминокеров» Стивена Кинга, если не читали книгу, то смотрели одноименный фильм. У Кинга также одна из самых ранних, если не ошибаюсь, повестей называлась «Жребий». А вот его же повесть «Библиотечный полицейский» почти никто не читал, ну кроме что убежденных фанатов. Она гораздо менее известна. Но анализ текста обеих книг позволяет придти к выводу, что «Библиотечный полицейский» и «Жребий» являются черновиком для «Томминокеров».  В «Библиотечном полицейском» созданы характеры главных героев – пьющего творческого человека, которых попадает в лапы женщины, точнее, чудовищного иномирного существа, превосходящего по мощи не только нашего пьяницу, но и людей вообще, и прикидывающегося женщиной. В «Жребии» создан не менее выпуклый образ погибающего города. В «Жребии» его захватывают вампиры, что, безусловно, делает сюжет вторичным, и только в «Томминокерах» художественные качества текста поднимаются на новую высоту: Кинг создает своих собственных монстров, которые всегда приятнее уже известных нам по сказкам.

То же самое мы имеем в случае с Алешей Поповичем и Добрыней Никитичем (сейчас я говорю о былинах, а не о мультфильмах). Пропп в книге «Русский героический эпос» отмечал, что былина об Алеше является более ранней, чем былина о Добрыне, нелогичной, архаичной. Что хотелось бы отметить. В былине, в исходнике, Алеша – легкомысленный, смелый, берет быстротой своего натиска (но не силой – иногда он изображается даже хромым), находчив. У него, как сказал бы Задорнов, очень крепкая «соображалка». Остроумен, жизнерадостен. Его характер очень хорошо характеризуется таким эпизодом.

… Тугарин-Змей носит очень дорогое, красивое платье (имеется в виду одежда вообще, а не то, что Тугарин – первый русский трансвестит), расшитое драгоценными камнями, из дорогой ткани. Убив его, Алеша, дурачась, наряжается в платье врага, и в таком виде возвращается к своим. Итог закономерен – героя встречают по одежке, и он получает палицей по башке, иногда с такой силой, что Алешу приходится оживлять при помощи мертвой и живой воды. 

В этой былине женского образа нет и в помине, кроме проходного образа распутной княгини в некоторых вариантах. Но в современном эпосе любовная линия присутствует. Однако все по порядку.

Согласно требованиям современного кинематографа, мультфильм имеет более внятный сюжет. Тугарин приезжает с требованием к ростовчанам отдать все золото, они – по придумке Алеши – складывают его в пещере. Когда враги зайдут, Алеша должен сбросить сверху камень и запечатать вход. Как сказал Онассис, бриллианты нельзя есть; месяца через два камень предполагалось убрать, забрать золото, а трупы врагов оставить там. Но Алеша промахивается; враги уезжают с добычей, а камень, упав, разрушает город. Алеша отправляется в погоню за врагами, к нему присоединяются классические «попутчики», и после разнообразных приключений золото возвращают домой.

Не будем подробно останавливаться на перипетиях мультфильма, призванных занять форматное время. Сам мультик кажется мне очень слабым, особенно его портит образ коня – наш явный ответ Шреку и его ослу. Есть и еще черта, которая роднит Алешу со Шреком – это огромная сила. Но, в отличие от Шрека и от своего былинного оригинала, мультяшный Алеша туповат. Он не знает юмора, кроме того, животного юмора, который хорошо описан Шварцем в его сказке «Голый король»:

 

ШУТ: Один купец, по фамилии Петерсен, вышел из лавки да как споткнется – и ляп носом об мостовую!

КОРОЛЬ: Ха-ха-ха!

ШУТ: А тут шел маляр с краской, споткнулся о купца и облил краской проходившую мимо старушку

КОРОЛЬ: Правда? Ха-ха-ха!

 

Обратим внимание на фамилию купца. Это – не тот юмор, который может рассмешить русских, что ненавязчиво и подчеркивается в пьесе. А ведь русская находчивость является одним из ключевых моментов русского характера. И вот она, к сожалению, в современном эпосе оказалась утерянной. Некогда смеяться, надо бабки зарабатывать! И это очень грустно. Не стоит предъявлять претензий к аниматорам. В существующей обстановке преклонения перед всем западным у них не было другого выхода, если они хотели, чтобы картина состоялась. Они должны были создать «русского Шрека».



Вестник Lit-Era

#1549 в Разное

Отредактировано: 31.03.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться