Меня зовут I-45 (ориг. "Куда ушла Медея")

Размер шрифта: - +

Пропала девочка, рост метр шестьдесят

Все считали I-45 погибшей. Пропавшей без вести. После облавы она выбралась из канализации и исчезла. Ушла с концами. Ни следа, ни единой записи с камер наблюдения, ни одного сканирования личного чипа. Скорее всего, с ней разобрались «псы», говорили в Управлении.

Она не могла выжить, говорили они.

Так думали все, кроме Луция Цецилия. Дела Миния и «псов» отправилось в архив, легионеры гонялись за оставшимися на свободе членами банды (которых оказалось куда больше, чем все думали), а он день за днем просматривал записи уличного наблюдения: с пойманными «псами», со всеми их контактами и дилерами, со всеми известными ходами в канализацию. Хватался за любую нить.

Именно поэтому он первый обнаружил I-45, когда из канала за пределами курии выловили раздувшееся тело номера R-505 по прозвищу Харон. Работника Имперской Ремонтной Службы, который часто дежурил в западном районе и протаскивал не желавших светиться номеров на поверхность. Незадолго до облавы о нем упоминал А-206. Позже Харон исчез и выплыл лишь в начале декабря — пузом кверху у решеток очистного сооружения. Он захлебнулся, сказали медэксперты, но, как обнаружил Луций на видеозаписи, далеко не по собственной неосторожности.

Также кто-то расправился с «псами» в люксе Первого Имперского отеля. Двое мертвы, один в коме после болевого шока. Это нападение тоже никто не расследовал. «Хороший пес — мертвый пес», — так говорили в легионе. Но Луций отыскал записи видеонаблюдения. На них оказалась все та же девушка.

Он снова и снова всматривался в призрак на записи. Ослепительно белый на фоне ночного парка. Белая кожа, белые волосы, белое платье. Настоящий злой дух, ларва в обличии невесты.

Теперь ее звали Лидия Аврелия Малая, и в системе каким-то образом оказались все ее данные, включая приметы, отпечатки и регистрационные номера. Скромничать I-45 не стала: новое генеалогическое древо уходило корнями аж к Юлиям древнеземной эпохи. На счету числились миллионы (Луций еле уговорил киберотдел не замораживать средства — еще не хватало спугнуть имманес раньше времени), два дома в центральной курии (заброшенные и заколоченные по факту) и личный слуга по имени Аларих. Не будь I-45 убийцей, Луций даже порадовался бы ее чувству юмора.

К данным чипа прилагался билет на экспресс 2-1 с отправкой недельной давности и трехмерный снимок для имперской базы данных. Это была она, имманес. Без регистрационной татуировки на шее, с другим лицом и в дорогой одежде, но это была она, вне всяких сомнений. Луций снова чувствовал, что движется в верном направлении. Казалось, стоило протянуть руку, чтобы ухватить беглянку за хвост светлых волос. Упечь в крио — на этот раз навсегда.

Или же расстрелять на месте. Луций не успел решить.

Казалось бы — такое важное дело и опасная преступница, а служебный челнок ему выдали с большим скрипом. Если бы не центурион Тит Пуллий, пришлось бы ехать двое суток на машине, рискуя тем, что имманес сбежит.

Как безответственно.

Луций влетел плечом в идущего навстречу легионера. Легионер охнул, что-то упало на пол и хрустнуло — похоже, блокнот. Извиняться Луций не стал. Его ждали дела поважнее, да и от одного «простите» его не стали бы любить.

Он нырнул в лифт, нажал цифру первого этажа. Повел плечами, выпрямил нывшую спину, собирая силы. Сумка с вещами уже лежала в багажнике. Полчаса лета, и он на космодроме. Хотелось «гелиоса». Чуть-чуть, самую малость, но…

«Я видел, что бывает, когда глотаешь его долго. Вам это не понравится». Кажется, так сказал А-206.

Луций взял себя в руки и вышел в холл.

Оставалось еще кое-что.

 

***

 

Служебное общежитие для малоимущих находилось в двух кварталах от Управления. Серое здание, под завязку набитое одинаковыми комнатушками на одного. Упаковки с живыми питомцами внутри. С информацией на каждой двери: номер, возраст, специализация, эффективность в работе, жизненные показатели. В конце коридора виднелась общая помывочная зона, кабинки туалета и медпункта.

Комната Бритвы оставляла желать лучшего. Стены изъедены пятнами: будто кто-то набрал в руку грязи и смешал ее с краской на стенах, протащил наискось, от двери до угла. Сама марсианка дрожала на койке в углу. Лежала лицом к стене, обхватив себя жилистыми руками. Без обычного костюма для аэроцикла или тёмно-синей формы, только полоса бандажа на груди и серые шорты. Позвоночник выпирал гребнем под смуглой кожей. Спутанные волосы скрывали шрамы на плечах.

— Собирайся, мы улетаем, — вырвалось у Луция.

Он хотел просто оставить «гелиос» — в качестве откупа — и уйти, но эти стены, и эта койка, и воздух, пыль в котором стояла взвесью, несмотря на систему вентиляции… Всё казалось таким знакомым. Настоящее погребение заживо.

— Вали отсюда.

Луций сощурил глаза и поставил пузырек «гелиоса» у изголовья койки.

— Собирайся. Я не шучу.

Бритва молчала. Луций положил ладонь на экран блокировки.

— Я не твоя шестерка, — глухо донеслось вслед, когда он переступил порог. — И не твоя подружка. Иди куда шел и сюда не суйся.

— Глотай таблетку и спускайся в холл, — бросил Луций через плечо. — Или через полчаса я вернусь с распылителем и предписанием.

Он очень надеялся, что через тридцать минут ему не придется возвращаться к Титу Пуллию и выбивать служебного нюхача в дополнение к служебному челноку.

 

***

 

Экран на пульте управления вспыхнул золотом, и из глубин хранилища выплыл ящичек. На пластиковом боку загорелись вензеля букв, патрицианско-пурпурные. Заиграла пошлая печальная музыка, при звуках которой захотелось прострелить стекло. Вытащить контейнер — слишком тесный для целого человека — и сбежать из колумбария к чертям собачьим. Похоронить друга детства нормально, в земле, а не в механической карусели с фальшивой шарманкой.



Вера Огнева и Артемий Дымов

Отредактировано: 04.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги