Месть Атлантиды

Размер шрифта: - +

Глава 28

Все сны смазались моментально после поспешного пробуждения. 
Только их отголоски путали мысли, раздражая, и уж никак не проясняя ситуацию. Она помнила явление Антала во сне, только тот почему-то потребовал называть себя Лаки, говорил ей что-то про ИстВерто... И отравление?! 
Элика вскочила с постели и прислушалась к себе, своим ощущениям… Странно, но слабости не было и в помине! Более того, все тело было наполнено жизненной энергией и силой, словно после крепкого настоя кофейных зерен. Если ее отравили, разве не должно было быть по-иному? 
Боль в запястье привлекла ее внимание. Кисть была забинтована отрезом хлопка, туго и умело. Захотелось развязать этот узел, но затянуть его обратно самой было бы проблематично. Принцесса решила дождаться Амину и уже тогда окончательно выяснить, что произошло на самом деле. 
Отравление. Ну, конечно же! И почему ее сразу не насторожил хруст на зубах? 
"Ты что, песка туда насыпала? "— вспомнились слова Кассия после той самой неудачной попытки воспользоваться зельем, которое дала Терида. Терида... Рабская тварь! Бог во сне указал именно на нее, да и тогда, она же убиралась в ее покоях... Но почему?! Чего этим хотела добиться эта рабыня? 
Элика присела на мраморный подоконник. Уже утро. После того, как она очнулась в одиночестве, ее сморил сон, альтернатива беспамятству. Дождь не прекращался, орошая пересушенную землю. Нет, она не пыталась понять свою отравительницу и уж тем более найти ей оправдание. Насколько она успела заметить, отношение к принцу среди дворцовых рабынь было неоднозначное − часть стремилась укрыться от его внимания, другая же часть плавилась от непонятной симпатии, несмотря на все его зверства. Терида олицетворяла собой как раз второй лагерь. 
Губы Эл сжались в тонкую линию. Отлично. Девчонка сама лишила себя шанса упасть в его постель и зализать его раны после ее отъезда. Очень неосмотрительно. Еще глупее, чем показалось принцессе вначале. 
Движение за окном привлекло внимание Элики. Отряд из семи мужчин, вдалеке, седлал лошадей, не обращая внимания на проливной дождь. Принцесса подалась вперед, всматриваясь в высокие фигуры с бритыми черепами и фиолетового цвета символикой на копьях, стягах и латах. Цвета были знакомыми. Какой же нации они соответствовали? Уроки истории Тании обычно оставались в ее памяти, но сейчас девушка так и не могла вспомнить. 
Среди незнакомцев она разглядела высокую фигуру Кассия. Похоже, что рассекать под дождем с недавних пор стало его любимым занятием. Взгляд принцессы бесстыдно скользил по перекатывающимся мышцам его груди, вызывая очередной прилив эротического желания вместе с холодным равнодушием. Как бы сильно не желало ее тело его вторжения, душа даже не дрогнула. Их ничего не могло связывать столь сильно. Только страсть. Не самая сильная эмоция для того, чтобы забыть обо всех его проделках. 

Потеряв к принцу интерес, Элика вышла в центр комнаты. Обхватив ладонями локти, нагнулась, касаясь пола. Хорошо. Ничего не потеряно, она в прекрасной физической форме. Еще пара упражнений удалась без труда. 
Кассий пришел лишь спустя меру масла, когда Элика уже измучилась от скуки. Пробудившаяся энергия требовала немедленного выхода. 
Принц замер в дверях, не веря своим глазам. Девушка лишь недоуменно вытянула руки вперед, спасаясь от чрезмерно крепких объятий. Холод дождевых капель и жар его кожи окутали ее невесомым покрывалом. 
— Девочка моя... Ты жива... Я думал, ты не вернешься... 
— Не дождешься, — растерянно проговорила девушка, с трудом сдерживая порыв поддаться бесконтрольному желанию. Много вопросов было для нее не выяснено на данный момент. Она дерзко вскинула голову, освобождаясь от его рук. На миг непонятное то ли воспоминание, то ли видение вызвало непонятную дрожь в теле − он, в слезах, сжимающий ее руку... Да. Последствия отравы, не иначе. 
— Что творится в твоем дворце? —Элика отошла, подняв пальцами пустой кубок. — Я не могу даже насладиться эликсиром кофейных зерен, не опасаясь отравления. Вдвойне странно, что у тебя даже не возникло вопросов о том, кто мне ее тогда так великодушно предоставил! 
— Кто?! — Кассий вырвал кубок из ее ладони. — Ты сама об этом заговорила... Ты же знаешь, кто это сделал! Верно? 
— Знаю, —Элика наслаждалась иллюзией своей власти. — Сначала ответь. Что у меня с рукой? Я порезалась? Где и когда? 
—Керра таким образом излечила тебя, — поспешно ответил Кассий, втайне радуясь, что кожаный щиток скрывает аналогичную рану на его запястье. — Она также напоила тебя травами, от которых ты проспала два солнечных круговорота... Ответь, как ты себя чувствуешь? У тебя ничего не болит? Слабости нет? 
— Скорее наоборот, — Элика пожала плечами. — Как я благодарна Керре... Когда я окажусь в Атланте, не смей препятствовать мне в намерении отблагодарить ее драгоценными дарами. Что же до моего самочувствия, я давно не ощущала подобного прилива сил. Готова сворачивать горы и возводить на их месте города. 
— Все же я бы тебе этого не советовал, — Кассий, нахмурившись, сжал ее локоть и почти насильно оттащил к постели. 
У Элики, несмотря на страх от этой внезапной грубости, заплясали в глазах веселые искорки. 
— Эй! Ты решил завершить то, что не удалось моим недоброжелателям? Ах да... Два круговорота... Плюс ко всему я отключилась на самом интересном месте... Мое желание еще принимается в расчет или уже нет? 
Принц не отреагировал на веселье в ее голосе. Если раньше его взгляд при подобных моментах заволакивало прозрачным льдом, то сейчас этот лед приобрел пугающий темный оттенок. 

— Ты скажешь мне, кто. Немедленно. 
— При одном условии, — сглотнула Элика. Она его не боится. Она даже смерти не испугалась. На что он рассчитывает? 
— Эл, со мной не торгуются, — Кассий подался вперед, прожигая ее взглядом. — Если будешь молчать, клянусь мечом Эдера, я отхлестаю тебя до крови! Можешь меня ненавидеть после этого сколько угодно, но мое сердце больше будет болеть за твою безопасность во дворце. Итак? 
— Не сможешь, — дерзко ответила девушка. Но в ее голосе больше не было уверенности. Прежний Кассий вернулся. 
— Поверь, ради спасения твоей жизни я еще и не такое смогу. Ты будешь говорить? 
Элика из последних сил запрятала свой страх в потайной уголок сознания. Она будет стойкой и выбьет из него гарантированное ей право на возмездие. Чего бы ей это не стоило. 
— Я скажу, — она показательно улыбнулась, встречая его взгляд. — Но ты отдашь мне жизнь этого человека. 
— Само собой. Я лично снесу ему голову. Я жду. 
— Ты не понял, — принцесса поймала его недоуменный взгляд, и ее улыбка стала шире. — Голову ему снесу я. Только если ты дашь мне это сделать, я назову его имя! 
— Ты соскучилась по кнуту? — теперь лед был в его голосе. — Я не позволю тебе рисковать собой. Ты под моей защитой, поэтому я убью его лично! 
— Охренительная защита! — вскочила Элика. — Я не могу и глотка воды сделать от твоей защиты! Отравитель на свободе, а все, что тебя занимает, так это повод схватиться за кнут? 
Рука Кассия одним рывком ухватила ее волосы, оттянув назад. Отмахиваться от собственного страха становилось все сложнее. Элика взвизгнула от боли. 
—Ист Верто, Кассий! Ты не имеешь права мне отказать! 
Ледяные серые глаза расширились от удивления, и хватка ослабла. Элика выдохнула, ощущая бешеный ритм сердца. Ему удалось ее напугать, но отступать от намеченной цели девушка не собиралась. 
— Это Терида. И я требую ее жизнь взамен на попытку отобрать мою. 
Сказать, что Кассий был в шоке, значило ничего не сказать. Напряжение отступило, и Элика рассмеялась, глядя в его ошеломленные глаза. 
—Терида?! Зачем ей это понадобилось? 
— Ну, не знаю, — принцесса сейчас не узнавала саму себя. Сон, в котором она говорила с Лаки, словно передал ей большую дозу равнодушного цинизма. — Наверное, как бы мне не хотелось об этом говорить, ты самый желанный и до одури неповторимый тиран в своей империи. Такими темпами скоро яду не хватит! 

— Я разберусь с ней, — Кассий устало вздохнул. — Ты точно уверена в том, что это она? 
— О, сожаление? —Элика едва не потеряла над собой контроль. Ничтожная рабыня пыталась ее убить, а все, о чем он думает, так это о том, что одной подстилкой в его гареме станет меньше! — Не стоит, право. Ну чего такого она делала, что не сможет повторить рабыня удовольствия? Можешь написать мне свои требования к замене, я пришлю тебе кого-нибудь из наложниц Лэндала в подарок. А эту суку ты отдашь мне! 
— Я сам ее накажу, — Кассий был непреклонен. — Оставь это мне. 
—Ист Верто! Идешь наперерез собственным законам?! 
— Да будет тебе известно, что по праву Ист Верто правящая власть имеет право избрать меру пресечения на свое усмотрение. Ты хочешь ее смерти, так и будет. Но это сделаю я! 
— Кассий, это не моя блажь от скуки в заточении, —Элика почувствовала боль. Он продолжал притеснять и зажимать ее во всем. И это после того, как лично заявил о том, что она может считать себя свободной! — Это моя религия. Покушение на жизнь должно караться смертью. Если я этого не сделаю, Антал не подарит мне своего благословения. Ты обрекаешь меня на скитание по лабиринтам между чертогами Лакедона и Антала! 
— Нет. И не проси меня об этом. 
—В...би тебя Лаки, — процедила сквозь зубы Эл, отворачиваясь к стене. 
Кассий попытался вновь разговорить ее, гладил, обещал защиту и покой в своем дворце, невзначай затронув тему о религиозных предрассудках. 
— Исчезни, — просто ответила принцесса, закрывая глаза. 
Время послеобеденной сиесты означало почти две меры масла покоя и свободы действий для рабов дворца, и в этом им обычно не препятствовали. Это была некая традиция Кассиопеи, негласно соблюдавшаяся во всех именитых домах империи. 
Элика наблюдала издалека за Теридой, о чем-то оживленно беседующей с Гайей. У рабыни хватило смелости расположиться под шелковым пологом шатра для своих господ, пользуясь их отсутствием. Блондинка, казалось, еще больше распустилась от своей безнаказанности за учиненный проступок. 
Элика погладила рукоятку меча и жестоко усмехнулась. 
Два солнечных круговорота. Ровно столько ей понадобилось, чтобы усыпить бдительность Кассия и лицемерно согласиться с его решением. Когда он пришел в ее покои той же ночью, Элика, отбросив ярое желание вытолкать его за дверь, напоминая о своей свободе, обворожительно улыбнулась, распустила тесьму своего платья, позволив ему свободно упасть на пол. 
— Люби меня, повелитель. Я ведь едва не лишила нас этого! 
Утихомирить его подозрительность оказалось проще простого, как и получить удовольствие от непривычно нежного совокупления. От этой части их отношений Элика не хотела отказываться ни на миг. Наверное, это единственное, чего ей будет недоставать после возвращения домой. Пожалуй, стоит навестить Ксению и ее оазис страсти. И совсем не для разговоров с наложниками о геометрии и астрономии! 
После чувственно-волшебной ночи Кассий ощущал себя самым счастливым человеком на свете, что не укрылось от расчетливого взгляда Элики. Он со смехом кружил ее по комнате на руках, осыпал поцелуями и игриво кормил виноградом прямо с пальцев. Иногда даже устраивал с ней по-детски беззаботные поединки прямо в постели, великодушно позволяя себя одолеть. Чем не могла не воспользоваться принцесса для ключевой просьбы. 
— Меня одно очень сильно беспокоит, — сладко запела она. — Когда я вернусь домой, Лэндал наверняка захочет сразиться со мной в дружеском поединке, мы часто это делали. Но я утратила все навыки! Это может показаться ему подозрительным. Если я была твоей гостьей, ты не мог запрещать мне упражняться с мечом... У атланток это в крови... Боюсь, он заподозрит неладное. 
— Чего же ты хочешь? — принц был расслаблен и великодушен, чем жестоко пользовалась сейчас Элика, не испытывая ни капли сожаления. 
— Разреши мне позаниматься с мечом. Никто не пострадает, обещаю. Много времени это не займет, заново поставить руку. 
Кассий колебался, но Элика планомерно сметала его сомнения. В немалой доле этому поспособствовала ее практически добровольная ласка рабыни за дверями спальни уже следующей ночью. 
Разрешение было получено. Утром принцесса, ухватив пару деревянных гладиусов, с легкостью искромсала на куски человекоподобные фигуры из веток и листьев. Воины дворца, и так пребывающие от ее выходок в состоянии непрекращающегося изумления, помимо воли засомневались в собственном мастерстве. Кассий неотступно наблюдал за ней и ее действиями. Элика думала, что он опасался ее нападения с оружием на его людей, поэтому и присутствовал на тренировочной площадке. То, что он восхищен умением и воинственностью своей девочки, Эл даже не брала в расчет. По большому счету, ей было все равно. 
После тренировки жажда действия требовала выхода, и Элика окончательно доконала мужчину закрытыми дверями спальни, погрузив в глубокий послеобеденный сон. Пришло время действовать. 
— Принцесса, — смущенно поклонился Зарт, когда она зашла в оружейную комнату. 
— Приветствую тебя, Зарт Стремительный, повелитель ветра и поля брани, — уверенно поприветствовала его Элика. — Где тот меч, о котором говорил принц? Легкий из арабесской стали? 
— Меч? Но повелитель не говорил ничего... 
— Да не может быть... Я утром тренировалась на деревянных, но к вечеру он пожелал увидеть, как я буду обходиться с настоящим... Он спит, — поспешно предупредила заерзавшего воина. — Мне меру масла всего с ним потренироваться, боюсь, растеряла грацию боя. Так бы хотелось выступить достойно для его удовольствия... — девушка игриво склонила голову на бок и облизала пухлые губы. Об их близких отношениях с принцем не знали разве что слепые... Которых во дворце не было. 

— Этот? —Зарт опустил глаза, скрывая непристойные мысли. Элика выхватила меч, осмотрела лезвие и рукоять. Осталась довольна увиденным. 
— Наверное... Если можно, дай мне еще тот, более тонкий, хочу понять, какой из них будет красивее смотреться в моих руках... 
Вот так, не прикладывая особых усилий, девушка завладела оружием. 
Терида даже не догадывалась, что жить ей осталось считанные моменты. Элика с трудом подавила ярость. Презренная рабыня расхаживала по дворцу как госпожа, Кассий даже не посадил ее под замок до выяснения обстоятельств! Что ж, в этом его ошибка. 
Элика еще немного понаблюдала за будущей жертвой. Та что-то рассказывала подруге, не позволяя открыть той рта в ответ. Наверняка, упивалась собственной безнаказанностью. Какие бы мотивы не были уКассия, оставить этой суке жизнь − принцесса была лишена любого из них. 
— Терида! — громко окликнула она, выходя из укрытия. Оба меча, сделав сальто в воздухе, вонзились в землю всего в метре от шатра с девушками. 
Лицо блондинки вытянулось от изумления. Гайя вскрикнула, вскочив на ноги. 
— Стоять! —предупредила ее бегство Элика. —Терида, девочка моя, я ждать не буду. Или ты берешь меч и защищаешься, или я проткну тебя прямо в шатре. 
Рабыня, побледнев, встала и нерешительно оглянулась по сторонам. Ее губы затряслись от страха. 
— Ну, смелее, — ухмыльнулась Элика. — Когда подменила микстуру, не дрожала ведь? 
Наблюдать за перепуганной отравительницей было донельзя забавно. Сперва она оглядывалась в поиске помощи, затем − путей к отступлению, после чего с недоверием, смешанным с ужасом, вглядывалась в лицо своей будущей убийцы, надеясь найти в нем признаки милосердия или прощения. И лишь осознав, что чуда не случится, заторможено подняла меч, вырывая его из земли. При этом чуть сама не завалилась на спину от усилия. 
— Хозяин не простит тебя! — хрипло прошептала, словно надеясь этим остановить. 
— Хозяин отдал мне твою жизнь, — беззастенчиво солгала Элика. — Видать, ты ни на что не годишься в постели. 
Она смело шагнула вперед. Несмотря на то, что меч был уже у Териды в руках. Фору слабому противнику − почему бы и нет. Но рабыня, как оказалось, была глупа даже для того, чтобы воспользоваться своим преимуществом. Сжимала орудие смерти обоими руками и не понимала, что же с ним надо делать. 
— Ну, давай, — подначила принцесса несостоявшуюся убийцу. — Пока я не взяла его в руки. Чего ты ждешь? 
— Я не буду с тобой драться! — визгливо закричала Терида, отпрыгивая назад. Элика, покачав головой, ухватила рукоятку второго меча. 

— Значит, я тебя прирежу, как покорную овцу. Выбор за тобой. 
Рабыня колебалась недолго. В ее затравленном взгляде появился блеск отчаянного безумия. Миг, и она, подняв меч над головой, с воплем кинулась на Элику. 
—Умничка! — расхохоталась принцесса, отпрыгивая в сторону. — А ну, еще раз!
Элика не торопилась нападать. Метания загнанной в ловушку противницы забавляли ее. Тяжелый меч никак не хотел оставаться в руках Териды, грозя выскользнуть. Она держала его обеими руками, и его тяжесть постоянно сгибала хрупкое тело дворцовой рабыни из стороны в сторону. Размах, нечеловеческие усилия... Элика, смеясь, отбила подобие атаки, выбив меч из ее ладоней. 
Терида упала на землю, закрыв лицо руками. 
— Вставай, — почти ласково сказала Элика, подходя ближе. Рабыня давилась рыданиями, но от этой картины атланская принцесса ощутила лишь омерзение. Несильно ткнула поверженную рабыню ногой под ребра. 
— Так легко позволишь себя убить? Ну-ну. Ты же такая смелая... Не побоялась меня отравить... Если думаешь, что я тебя не трону без оружия, то ошибаешься.
Слова достигли цели. Терида рванулась из последних сил, ухватывая и подтягивая меч. Вскочила на ноги, сделала почти слепой выпад, ничего не различая из-за слез. 
Боковым зрением Элика увидела наблюдавшего з ними ошарашенного Марка. Их поединок не остался незамеченным. Скоро сюда пожалует Кассий... 
Ее лишили полноценного боя. Но другой возможности свершить возмездие просто не будет. Досадуя на подобную несправедливость, Элика почти с сожалением, не прилагая усилий, полоснула противницу по ладони, взрезая кожу. Ее меч вновь оказался на земле. 
— Говорила ли я тебе, что воткну в твою глотку меч, если ты позволишь себе даже мысль о том, чтобы подставить меня? — серьезно сказала принцесса, направляя стальное острие в шею Териды. — Я всегда сдерживаю свои обещания. Никогда не смей играть против тех, кто сильнее тебя! 
Топот ног со стороны дворцовой аллеи призывал поспешить. Подняв руку, Элика с размаху опустила меч на горло Териды. Так легко. Никаких угрызений совести. Никаких эмоций в виде сожаления... 
Алая кровь брызнула фонтаном из горла рабыни, окрашивая черную кожу одежды Элики, заливая руки. Терида упала на колени, недоуменно глядя на противницу, не понимая, что же произошло. Принцесса, воткнув острие окровавленного меча в землю, жестоко улыбнулась умирающей рабыне. 
— Твой повелитель без ума от меня. И, поверь, я вовсе не страдаю в его руках с некоторого времени! 
Элика отошла от затихшей Териды. Гайя рядом тихо причитала и плакала. А принцесса, гордо подняв голову, встретилась с ледяным, яростным взглядом Кассия, который зачем-то выкрутил руку взбешенному Марку, словно удерживая того от некого отчаянного шага. 

Адреналин бушевал в крови. Это был нектар, особый дар Антала своей валькирии. Элика подняла голову к голубеющим раскаленным небесам и хрипло рассмеялась. 
—Антал Всемогущий, прими мой дар возмездия и ниспошли мне свою благодать!
Сейчас ей было все равно. Не пугал даже прежний, давно не проявляющийся взгляд принца, обещающий ей ад на земле за неповиновение. Элика уверенно подошла к нему, улыбаясь с чувством опьяняющего превосходства. 
—Ист Верто, мой принц. Спасибо тебе за предоставленное право на возмездие! 
Их взгляды скрестились. Еще меру масла назад девушка бы испытала ужас от того, что прочла в его глазах. Но ничего больше не имело значения. Она не будет играть по его правилам. Будущая королева не нуждается ни в чьей защите. 
Долгое время они смотрели друг на друга, и никто из них не был готов сдаться и отвести взгляд. Над головой безмолвные равнодушные небеса, на языке соленый привкус крови, во всем теле легкость и свобода свершившейся мести. Даже почти не ощущалась боль в сжатом стальными тисками его руки предплечье. Все та же удовлетворенная улыбка так и не покинула губ Элики, когда он чуть ли не силком потащил ее за собой. Девушка все еще улыбалась, когда он грубо затолкал ее в свои покои, с трудом позволив удержаться на ногах. 
Лаки наверняка хохотал как умалишенный в своих чертогах в данный момент. Так же открыто рассмеялась и Элика, подконтрольная ему земная воительница, получив ощутимую пощечину от руки Кассия. Ни страха, ни боли. Она наконец-то отпустила свой страх! Что бы он сейчас не сделал, он поймет, что она хохочет ему в лицо! 
— Сука... — прохрипел Кассий, толкая ее на пол, пачкая руки в крови убитой рабыни, хаотично разрывая неподатливую кожу костюма на ее теле. — Сумасшедшая тварь... Ты сдохнуть хотела?! Тебе мало? 
Его руки сейчас намеренно причиняли боль, пытаясь утвердить свою окончательную власть, наказать за дерзкое неповиновение. Но непостижимым образом эйфория в крови Элики достигла пика от подобной жестокости, разливая по жилам сладкое безумие и жажду большего. От предсказуемого рывка за волосы тысячи сладких иголок пронзили сознание, и она грациозно выгнулась ему навстречу принимая навязанные, но сейчас такие желанные правила. 
— Ты не могла подождать до завтра?! — сжимая ее грудь пальцами, оставляя свою метку, прорычал Кассий. — Да я бы к вечеру лично растянул ее на дыбе на столичной площади! Как ты могла подумать, что я оставлю ей жизнь после того, что она натворила?! 
— Пытки... — жмурясь от боли, скривилась Элика. — Варварство! Я за честный поединок! Не моя проблема, что эта сука не удержала меч! Нет моей вины, что она в твоем дворце ничего тяжелее твоего члена никогда не поднимала! 

— Да она могла разрубить тебя на куски! — ярость не отпускала принца. — Ты не знаешь, на что способны некоторые люди в попытке выжить! Ты еще от ее выходки в себя не пришла! Что ты творишь?! 
Расплавленный огонь бежал по ее венам вместо крови, испепелив страх и неприятие всего того, что так пугало ее раньше. Даже жестокие слова Кассия, в достоверности которых сомневаться не приходилось, доводили пылающую кровь до точки кипения. Невероятное, необъяснимое восхищение этим мужчиной сейчас сделало ее бесстрашной и готовой на все ради одного - подняться на такую высоту постижения его тьмы и мировоззрения, на которую прежде мог подняться только он сам. Даже если ей вскоре придется сорваться с этой вершины на остроконечные камни. 
— Я говорил, что буду недоволен, если ты снова посмеешь играть со своей жизнью? — горячее дыхание опалило ее щеку. — Я обещал, что ты снова почувствуешь поцелуи кнута? 
Элика выгнулась навстречу его словам, все больше ощущая, как связывает в сладкий узел все ее существо, как желание пойти путь постижения грани жестокости и единения вытесняет легкую панику, страх и память тела, едва не сожженное не так давно в агонии после подобной экзекуции. Ее душа тянулась еще ближе к этому мраку, даже не пытаясь его понять, просто испить до дна. Ни страх, ни гордость больше не могли ей в этом помешать − теперь у нее был выбор. Свобода. Игра на равных с этим зверем. Его отчаянно-рассудительное признание в том, что это необходимо. 
Элика задыхалась в потоках нереально сильного возбуждения. Кровь убитой ею отравительницы засыхала, стягивая ее кожу, посылая дополнительные импульсы в мозг. Кожа боевого костюма наконец-то разорвалась под сильными руками мужчины, открывая ее сладкую уязвимость его власти и... Безумию? Нет. Безумия в нем не было по определению. Самоконтроль, осторожность, защита, ответ на ее безумное доверие, но никак не помутнение рассудка! Тьма была в его душе, но никогда не позволяла себе преобладать над его разумом, казалось, она вступила с ним в мировой союз. Элика не могла сейчас понять, почему так сильно боялась его совсем недавно. Ведь даже тогда она чувствовала себя полностью защищенной в его руках. 
Горячие поцелуи сводили с ума, бедра Элики в первобытном танце толкались ему навстречу, требуя большего. Чтобы он брал ее до боли, до потери сознания, до судорожных слез, после которых будет лишь покой и умиротворение. Его сильные руки, сжимая, оставляя отметины на ее оливковой коже, сейчас не обделили своим вниманием ни одного сантиметра ее тела. Ощутив резкое, слегка болезненное вторжение его пальцев, девушка застонала, подаваясь вперед, еще ближе, еще сильнее, ощущая приближение разрядки, в сто раз сильнее и безумнее всех прежних вместе взятых. Следующий ее стон вызвало ощущение потери, когда агрессивная сладкая ласка резко прекратилась. 
Кассий резко выпрямился, вскочив на ноги. Элика не видела, что он делал за ее спиной, и, заметив кнут в его руках, ощутила... Совсем не страх. И не ужас. Она сама себе не могла сейчас объяснить реакции своего тела на этот атрибут боли, унижения и ужаса. 
Рука мужчины резко дрогнула, и оглушительный щелчок тонкой кожи о мрамор пола взорвал ее возбужденное сознание. Разбрасывая, рассыпая каскады вспышек, грозя утащить вместе с собой во тьму, из которой больше не захочется возвращаться. От следующего щелчка холодный ветерок обдал ее разгоряченное тело, словно пытаясь воззвать к действительности. Ведь это ненормально − желать этой боли, которая убила ее гордость в три щелчка. Против логики и против морали. Но когда Элика в его руках думала о ком-то, кроме себя? Ее тело и распоясавшаяся чувственность жаждала именно этого. 
Возможно, именно потому она оказалась готова к этому шквалу обжигающей боли... В тот же момент сменившейся сладким током по телу. Эйфория словно отключала сознание, тьма призывала в свои объятия, обещая непередаваемый вкус удовольствия черно-красного оттенка. Рассудок давно перестал ей принадлежать, но именно сейчас девушка с испугом ощутила, как постепенно он отключается, горько-сладкая тьма тянула его на себя. Уже понимая, что следующий шаг проведет ее за грань удовольствия, боли и независимости, Элика, поджав ноги, вытянула руку вперед, останавливая очередной замах мужчины, обещающий растворить ее в пучине удовольствия окончательно. 
— Кассий, нет!!! Я же свободна! 
Красная полоса от удара пересекала ее бедро и грудную клетку красивым изгибом. Полыхающая боль на месте удара разгоняла адреналин по ее крови, требуя продолжения, которого бы она немедленно потребовала, если бы не угроза неподвластного сознанию безумия. Потерять себя за этой гранью она была не готова. 
Кассий отбросил орудие дезориентации ее сознания в сторону, и уже в следующий момент его губы прикоснулись к вспухшей полоске на ее оливковой коже, забирая поцелуем отголосок приятной, несмотря на всю свою силу боли, усиливая болезненное удовольствие. 
— Прости, — выдохнул он в изгиб ее бедра. — Я не имел права этого делать. Твои игры с собственной жизнью когда-нибудь сведут меня с ума! 
Нежный шелк опустился на ее разгоряченное тело, и Элика вздрогнула от этого ласкового прикосновения. 
— Никогда больше так не делай! 
— Ты тоже! — прошептала девушка. 
— Никогда больше. Обещаю. Я едва не потерял контроль над собой... Ты просто не оставила мне выбора! 
Элика поднялась на локтях. Их глаза встретились. 
— Ты не потеряешь, — ее саму сейчас поразила уверенность в собственных словах. — Никогда не терял. 
— Я сделал тебе больно! 
—Но ты же остановился? 
Кассий ошеломленно перевел взгляд на ее лицо, недоверчиво, словно опасаясь поверить тому, что прочитал в ее глазах. Огонь вожделения после поединка и его действий сотрясал девушку мелкой дрожью. Чувствуя, что он готов просто сбежать, дабы не показывать свой страх и бессилия, Элика ощутила чувство непонятной потери. 

Пусть через три круговорота она навсегда покинет Кассиопею... Но никто не запретит ей увезти с собой на родину только теплые, будоражащие кровь воспоминания! 
Не обращая внимания на полыхающую, даже скорее приятную боль от удара, Элика сбросила тонкий шелк, ловко перекатившись на колени. Желание растопило лед условностей, словно река, выходящая из берегов. 
— Сделай, — ласково, с нотками игривой покорности в голосе, попросила она. — Ты же этого хочешь. 
— Эл, прекрати... — Кассий дернулся как от удара. — Встань с колен. Это закончилось. 
— Отнесись к этому как к игре, — склонила голову набок Элика, протягивая скрещенные руки вперед. — Ну? Где твоя алая лента?.. 
 



ExtazyFlame

Отредактировано: 23.05.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги