Нетореными тропами 1. Страждущий веры

Размер шрифта: - +

Интерлюдия I. Тень

1526 г. от заселения Мидгарда, Безмирье

В Безмирье нет ничего, кроме серых клубов предрассветного тумана. Сюда приходят умирать отжившие свою ночь сны. Эта унылая обитель и есть его усыпальница, тюрьма и царство. Властелин Ничего, живущий созерцанием чужих грёз. Что за жалкая участь!

Он безотрывно смотрел вдаль, силясь увидеть хоть что-нибудь в зыбком мареве, но здесь всегда была лишь мёртвая пустошь. Звенящая тишина заглушала даже музыку сфер мироздания, усиливая ощущение полного одиночества.

Большую часть времени он забывался тёмным сном, иллюзорным несуществованием, о котором он мечтал с первого дня своего развоплощения. Но иногда он просыпался от кошмаров. Вставал, бродил сомнамбулой по бесконечным пространствам небытия и уговаривал себя снова заснуть. Чтобы не думать. Не ощущать.

На этот раз бодрствование вышло особенно долгим. Поднявшись с ледяного ложа, он уселся, скрестив лодыжки, сотворил из тумана зеркало и пристально вгляделся в отражение. Лицо скрывала овальная белая маска с прочерченными по левой стороне глубокими красными царапинами. Он уже забыл, как выглядело его настоящее лицо. Кажется, смертные зовут его Безликим. Не худшее из прозвищ, учитывая, что имени он тоже лишился.

Раздались хлопки крыльев и отрывистое уханье. На горизонте вырисовался светлый птичий силуэт. Безликий провёл рукой, и место зеркала заняла шахматная доска с фигурками из слоновой кости и чёрного дерева — точная копия той, что была у него в детстве.

Белая неясыть приземлилась рядом, выросла размером с Безликого и превратилась в Тень.

— Зачем звал, братишка? — по привычке смешливо начал он.

— Скучно, — Безликий кивком указал на доску: — Сыграй со мной.

— Терпеть не могу шахматы. Ничего более нудного не придумал? — сварливо ответил Тень, доказывая, что радушие было поддельным, как и всё, что он делал.

— Странно, в детстве тебе нравилось.

— Только потому, что в других играх я победить не мог.

Безликий раньше не обращал на такие мелочи внимания, а стоило, очень стоило.

— Сыграем, всё равно здесь больше нечего делать.

Безликий, не глядя, протянул фигуры. Помедлив мгновение, Тень сел у противоположного края доски:

— Нет уж. Сегодня белыми ходишь ты. И это уже не будет излюбленная тобой партия в поддавки.

Безликий покорно поменял фигуры. Он даже не помнил, что раньше предпочитал только чёрные. Непролазные нетореные тропы.

Фигуры расставлены. Белая пешка ходит на две клетки вперёд, за ней чёрная. Затем ещё одна, конь и слон. Знакомая комбинация сквозь туманную пелену всплывает на поверхность вместе с голосом отца, который учил их играть вечность назад. Память просыпается. Хорошо! Нужно продолжать, чтобы вернуть больше.

— Ты был снаружи? — тихо спросил Безликий, чтобы поддержать разговор.

— В отличие от тебя, я на затворничество не соглашался, — криво усмехнулся Тень.

Издевается? Время, когда Безликого можно было поймать на такие глупые уловки, давно миновало. Или за тысячу лет сна он стал слишком самонадеян?

— Пахнет кровью. Ты кого-то убил, — Безликий и так всё знал. Ощущал каждую частичку мира, как себя самого.

— Поймал мышку на обед. Совам иногда надо питаться. Да и котам тоже, верно? — Тень подмигнул и подался вперёд.

Безликий переваривал его слова молча, разглядывая фигуры, просчитывая варианты. Он никогда не отличался терпением. Вот и сейчас надоело играть в намёки слишком быстро.

— Зачем ты убил вёльву? Тётка Седна и без того в ярости.

— Какое мне дело до склочной старухи с грязными волосами? — Тень опрометчиво съел слона, не замечая ловушку. — Пускай злится, пускай хоть всю сушу затопит. От неба-то всё равно не убудет.

— Как же ты глуп, а ещё на Небесный престол заришься, — безнадёжно покачал головой Безликий.

Когда-то его посещали безумные идеи: найти с братом и его Легионом теней компромисс, может, даже переложить бремя власти на его плечи. Но пришлось признать, что отец был прав. При всех своих амбициях, Тень с властью не справится, не сможет поддерживать гармонию мироздания и баланс между стихиями, не вынесет тяжести земной тверди. А без этого всё канет в бездну: и смертные, и ненавистные тени, и даже Повелители стихий. Впрочем, Безликий и сам не справлялся, осознавая свою слабость и несостоятельность. Почему отец не выбрал кого-то более подходящего, ведь кроме Безликого и Тени у него было ещё два сына.

Братья! Память резануло жуткое видение: лужа чёрной отравленной крови, сломанное тело, свалявшаяся и потускневшая медь волос, тяжёлые предсмертные хрипы и бескровные губы, шепчущие последнее: «Ты опоздал». Безликий вспомнил, за что так и не смог простить Тень: за предательство, его и своё.

— Нас уже и без того обвиняют во всех бедах мира. Проклятое небесное племя, чума для обитателей всех сфер, — ещё один обманный манёвр. Белый ферзь пал поверженный за пределы доски, открыв вожделенный путь к королю.

— Ты снова поддаёшься, — усмехнулся Тень, не замечая, как силок оборачивается вокруг его крыльев. — Когда это тебя заботило чужое мнение? Знаешь, мне иногда кажется, что мы с тобой поменялись местами и неумело играем роли друг друга, пряча своё истинное лицо под масками. А ведь можем их скинуть: я займу твоё место в чертогах вечности, а ты отправишься во внешний мир и вкусишь все плоды смертной жизни, а потом уйдёшь за грань вслед за отцом. Ты же всегда желал именно этого.

Безликий окинул взглядом туманную пустошь. Промозгло и холодно, а так хочется простого смертного тепла. Вспомнились поцелуи, нежные прикосновения тоненьких пальчиков, мягкость женского тела и сладкий фиалковый аромат волос. Восхищение и любовь в родных, но таких далёких жемчужных глазах. И разлука длиною в вечность. Тень слишком хорошо знал, чем Безликий может соблазниться.



Светлана Гольшанская

Отредактировано: 17.04.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться