Netriders (жизнь и Любовь в Сетевую Эпоху)

Размер шрифта: - +

Глава 4. Альфа и Бета

Место, куда меня привезли, было необычным и заслуживало отдельного внимания. За высоким забором скрывалось целое поместье, с лугами, лесом, небольшой речушкой, конюшней, скотным двором и собственными сельхозугодиями. В основании этой латифундии стоял длинный трехэтажный дом с подъездными дорожками и окружившими его низкорослыми постройками различного назначения. Но не это было примечательным, а автономная персональная Сеть, которая окутывала эту территорию.

Персональная Сеть – это собственная реальность. (Это и было моим основным родом занятий.) Надо выстроить ее на отдаленном участке, дать автономное питание и замкнуть контур. Теперь этот мир с общим будет соединять только дверь, которую хозяин частной территории открывает по своему желанию. В большой Сети на этом месте виртуального пространства возникает постоянный глюк и мощная утечка энергии. По протоколу защиты Сеть исключает данный участок из своего поля. Это главная причина, почему все эти «миры» устраивались на городской окраине: там, где шли усадьбы в чистом поле. (Только однажды я делал такой мир в заброшенной и разрушенной застройке – Заказчик желал себе мир после Апокалипсиса, где сам жил комфортно и в достатке.) Во-первых, Система полагала, что ей не хватает ресурсов и принимала решение уменьшить свою территорию охвата (что не вызывало подозрений). Во-вторых, плюс заключался еще и в том, что такое владение можно было расширить за счет близлежащих незаселенных территорий каунти, которые изначально не состояли в реестре Системы. (Отщипывая небольшой кусок от Города, чтобы получить базу для создания новой Сети, можно было реально стать владельцем большого поместья.)

Часть таких миров вполне законна: они делаются из предоставляемых шаблонов и не обладают автономностью. Часть создается такими умельцами как я по спецзаказу. (Да, моя специальность: любая реальность на заказ.) Вторых не так много, в связи с высокой стоимостью проекта и уголовным наказанием, но всегда находятся те, кто желает не как у всех и может себе это позволить. В любом мире по шаблону Система все равно останется верховным правителем и судьей. Создавая автономный мир, заказчики получают независимую вселенную. Они знают, что такие автономные миры незаконны, и я всегда предупреждаю заказчика об ответственности и о том, что открывание двери дает возможность системе сканировать их убежище, поэтому каждое такое открывание необходимо сопровождать защитными действиями. Кроме того, определение Системой автономного мира вызывает тревогу и зачистку пространства.

Технически новый кусок Сети не связан с большой Сетью, он зависит от внутренних носителей и энергомощности. Физически это пространство доступно: из него можно выйти, в него можно попасть. Правда, с «попасть без пропуска» всегда есть трудности: кроме того, что данное географическое пространство исчезает с карт, эта частная территория огорожена высоким забором и защитными системами, в том числе и виртуальным мороком – иллюзиями, создающими видимость непреодолимых препятствий, ощущение тревоги и желания срочно покинуть это место.

На основании этих принципов была сделана и эта усадьба.

 

Его звали Эл. Я так и не понял, было ли это сокращением от имени – Эл, либо просто буква алфавита – Л. Это он скрывался под маской и плащом, а теперь рассказывал аудитории о предстоящем деле и его условиях. И первым делом он представил две команды: Альфа и Бета.

В команде соперников было три парня и девчонка. Здоровяк, Азиат, Пухлый и Симпатюшка – сразу окрестил я их для идентификации. Здоровяк производил неизгладимое впечатление: за метр девяносто ростом, с трапециевидной фигурой и мощным торсом. Мышцы груди и рук с трудом скрывала мешковатая кофта-кенгуру. Он был белобрыс, с короткой стрижкой и холодными голубыми глазами. В Азиате бурлила смесь кровей, он был высок, несколько уступая в росте Здоровяку, обладал немного раскосыми карими глаза, острыми скулами и бледной кожей, как у всех городских жителей Сетевой эпохи. Азиат и Здоровяк были примерно одного возраста со мной. Пухлый был полным пареньком лет восемнадцати, среднего роста, с большим курносым носом, на крыльях которого побивались веснушки, полными губами и округлым подбородком, который завершал эффект круглого лица.

Главным в этой команде была девчонка по имени Вики (ее как ведущую представил Эл). Очень миловидное личико со слегка вздернутым носиком. Волосы ее были светлые (чуть темнее блондинки, но светлее светло-русых) и короткие (едва доставали до плеч). Укладывала она их в два варианта хвостиков: оба пушисто торчащих вверх, только один собирал в себя челку и располагался недалеко ото лба, а второй – помогал открыть шею и уши и размещался на затылке, сильно напоминая древнесамурайский. Косметики на ней вообще не наблюдалось. Ее возраст я определить не мог. Ей могло быть как восемнадцать (вряд ли младше), так и двадцать с хвостиком. Миниатюрные девушки и женщины всегда тяжелее поддаются возрастной оценке.

Меня, как ведущего, тоже представили (под именем Джо). В мою команду Бета входили два молоденьких паренька, сильно сходных между собой, но не чертами лица, а общим образом: тихони и интроверты, полноватые и небольшого роста, не сильно обращающие внимание на свой внешний вид. К ним бы добавить Пухлого из команды конкурентов, и выйдет троица гномов. Я решил, что в моей внутренней системе распознавания они будут числиться как гномик Такабуб и Тукабуб (последний – это тот, что в очках). Четвертым членом коллектива была девушка (организаторы, видимо, пытались демонстрировать абсолютно равные стартовые условия для каждой группы, соблюдая даже гендерные пропорции). Волосы девушки были выкрашены в сиреневый цвет с несколькими желтыми прядями. По этому отличительному признаку я каталогизировал ее как «Сиреневая голова». В отличие от своей визави она использовала косметику и делала это весьма обильно. Возможно, что в связи с тем, что в новой Сети все виртуальные изменения требовалось переписывать, а это заняло бы время и силы, она была раскрашена только реальными красками: сильно подведенные черной тушью глаза, радикально красные губы и тату чуть ниже левого уха. Мочка правого уха, в отличие от левой близняшки, была скреплена большой сережкой в форме вытянутой фиолетовой капли. Ее черты лица были резкими, а косметика только ухудшала этот эффект, поэтому если ее лицо отдать на откуп визажисту, то тот, скорее всего, сможет сделать из нее даже вполне симпатичную особу.



Эдуард Шульц

Отредактировано: 28.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги