Облачиться в шкуру волчицы

Размер шрифта: - +

Глава 10. Декабрь, 2012

Рано утром восемнадцатого декабря Сантьяго вышел из своей комнаты в общежитии преподавателей и спустился вниз. От общежития до здания суда полчаса пешком, и он специально вышел пораньше, чтобы дойти не торопясь. Такие неспешные прогулки перед ответственными моментами его успокаивали. Однако пройдя метров сто, он тут же вернулся обратно. Кажется, холод в это утро побил все рекорды, какие довелось прочувствовать за почти два месяца зимы в Новосибирске (да-да! Зима здесь начиналась в конце октября!) Щёки и нос уже неприятно щипало. Мороз забирался и под шапку, и в руковицы, и под толстый-претолстый пуховик. Сантьяго вернулся.

Минут пять он как заворожённый смотрел на красный столбик, с трудом дотягивающийся до отметки минус тридцать пять, хотя ещё вчера термометр показывал минус двадцать. Сантьяго не верил в свои способности находится в такую погоду на открытом воздухе целых полчаса и, не желая проверять себя на прочность, вызвал такси.

 

В зале суда было тепло, даже немного жарко. Помещение пропитала смесь электрического и тусклого сумеречного света. Все участники заседания расселись по местам, и судья Каштанова, немолодая женщина с усталым лицом, начала бубнить:

- Судебное заседание мирового судьи третьего участка Советского района города Новосибирска объявляется открытым. Подлежит разбирательству уголовное дело по обвинению Булкина Артура Эдуардовича и Диаса Мендеса Сантьяго Серхио в совершении преступления, предусмотренного частью два статьи сто восемнадцать Уголовного кодекса Российской Федерации. На судебное заседание явились: государственный обвинитель Воронов, подсудимый Булкин, адвокат Ивкина...

Судья перечислила всех присутствующих и попросила свидетелей, которых было аж восемь человек, выйти из зала. Артуру помогала только адвокат Ивкина. Среди помощников Сантьяго, помимо адвоката, присутствовали ещё переводчик и представитель консульства. Просто «сочувствующих» не было.

У Мальвины сжималось сердце видеть преподавателей на скамье подсудимых. Рядом стояла металлическая клетка, но, к счастью, опасности для общества подсудимые не представляли и их туда не заперли. Как и все собравшиеся, она помнила, что максимальное наказание — год лишения свободы. Она представила Артура в тюрьме — вот он стоит, взъерошенный, с круглыми глазами вдвое больше обычного, клетчатая рубашка закатана до локтей и так сильно сжимает прутья решётки, что на кистях вздувается ветвистая система жил. А сзади — клетка, камера, грязная, наполненная спёртым воздухом, и на скамье и дальней стенке сидят угрюмые здоровенные мужики. Конечно, вряд ли дойдёт до реального срока, но даже самое малое наказание всё равно будет означать наличие судимости, так что она надеялась на полностью оправдательный приговор.

Одни и те же эмоции у разных людей могут проявляться немного по-разному: рефлекторные движения, жесты, выражения лиц. Будучи раздосадованным, один нахмурится, другой сгорбится, третий что-нибудь пнёт. Обрадовавшись, один просто улыбнётся, другой поднимет вверх сжатые кулаки, третий даже подпрыгнет. Но Мальвина уже уяснила, что запахи при возникновении одних и тех же эмоций менялись у разных людей одинаково. Может, у кого-то это ощущалось сильнее, у кого-то слабее, но к общему запаху добавлялись одинаковые по своей сути примеси. И вот прямо сейчас, в зале суда от Артура и Сантьяго отчётливо пахло адреналином.

Судья задала обвиняемым несколько простых анкетных вопросов и передала слово прокурору. Сухая остроносая женщина с чёрными волосами, собранными в огромную тугую шишку, встала и зачитала таким же скучным как у судьи, но более чётким голосом:

- Булкин Артур Эдуардович и Диас Мендес Сантьяго Серхио обвиняются в том, что ненадлежащим образом исполняли свои служебные обязанности, а именно они, являясь заведующим и преподавателем кафедры мгновенного метаморфоза человека, не разработали должным образом инструкции по технике безопасности при практике мгновенных метаморфоз человека и не убедились в том, что студенты ознакомились с инструкцией и поняли её, что привело к тяжёлым последствиям для студентки магистратуры Ястреб Мальвины Валерьевны, а именно к утрате способностей ходить на двух ногах, пользоваться нормальными для человека функциями кистей рук, говорить, а также к утрате привычного внешнего облика. Таким образом, Булкин Артур и Диас Сантьяго обвиняются в совершении преступления, предусмотренного частью два статьи сто восемнадцать Уголовного кодекса Российской Федерации.

Прокурор делала паузы, необходимые переводчику, который тут же, предложение за предложением, транслировал всё то же самое на английском языке для Сантьяго. Когда судья спросила подсудимых, понятно ли им предъявленное обвинение, они один за одним ответили: «Да».

- Артур Эдуардович, вы признаёте себя виновным? - спросила судья.

- Нет, не признаю, - сказал Артур так, как его учили адвокаты на предварительной консультации. Сантьяго инструктировали те же самые юристы, и он тоже своей вины не признал.

Вопросы, которые адвокаты и прокурор задавали обвиняемым, свидетелям и потерпевшей, были очень похожи на те, которые звучали при проведении предварительного следствия, так что волнительный поначалу процесс очень быстро превратился в скучный, а поскольку свидетелей было целых восемь, то, кроме скучного, процесс оказался ещё и долгим. Мальвина даже отметила, что примеси адреналина в запахах преподавателей уменьшились.

В общем-то, никаких инструкций по технике безопасности при перевоплощениях никто не писал, не читал и не выполнял — это понятно, этого и не отрицали. Все прения сводились к вопросу, а должны были правила быть написаны или нет. Прокурор настаивала, что практика ММЧ — потенциально опасный род деятельности и следовательно подпадает под нормы для научных предприятий с высокой степенью риска, а адвокаты вызражали, что мгновенный метаморфоз человека является совершенно новым видом деятельности, и никакие нормы для таких практик ещё не разработаны и не могли быть разработаны.



Екатерина Авдеева

Отредактировано: 09.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги