Облачиться в шкуру волчицы

Размер шрифта: - +

Глава 11. Декабрь, 2012

На следующий день, к радости Новосибирцев и гостей города, потеплело до минус пятнадцати.

- Отлично, - прокомментировал Артур, глядя на термометр. - Пойдёшь кататься на лыжах?

Разумеется, лыж для волчицы пока что никто не сделал, так что имелось ввиду, что кататься будет Артур, а Мальвина просто пробежится рядом. После напряжённой работы последних нескольких недель прогулка на свежем воздухе могла бы здорово поднять настроение. Гулять пока что удавалось нечасто — пробежка от университета до квартиры, которую Мальвина совершала, если не было возможности или желания воспользоваться транспортом, не в счёт. Она кивнула.

Дом, в котором жил Артур, находился на окраине микрорайона и отделялся от ближайшего микрорайона и дачного посёлка большим массивом соснового леса, так что территория лыжников, собаководов и белок начиналась практически за домом. Артур решил воспользоваться лыжнёй, а Мальвина побежала по широкой дорожке, утоптанной любителями конькового хода. Здесь лапы не проваливались в снег. По горизонтальным участкам бежать особенно нравилось, знай, беги себе ровненько и наслаждайся видами и запахами зимнего леса. На спусках Мальвине приходилось немного напрягаться, чтобы притормозить и не полететь кубарем, и она при этом отставала от Артура, который как раз на спусках мог расслабиться и катиться в своё удовольствие. А вот забегать в гору Мальвине было проще. Она хорошо чувствовала, что волчьи лапы сильнее человеческих ног, но вот за собачками, которые то и дело встречались, она бы не поспела. То ли из-за того, что волчица старая, то ли с непривычки.

Мальвина слышала высокие голоса грызунов, засевших в глубоких норах, потрескивания веток, скрип снега под ногами и лыжами людей, которые были далеко за полем видимости, иногда их редкие разговоры. А здесь, поблизости — дыхание Артура (впрочем, оно усилилось так, что его бы услышал и человек) и его участившееся сердцебиение (которое, в отличие от дыхания, могла заметить только она).

Артур с Мальвиной не разговаривал, а она и при всём желании не могла. Они вообще так, в основном, и общались — молча. Жили вместе полтора месяца, но едва ли можно было вспомнить много таких моментов, когда бы они обменялись более чем парой фраз, да и те бывали чаще всего по делу, а не какими-то отвлечёнными обсуждениями. Связано ли это с тем, что Мальвина утратила голос, а писала чрезвычайно медленно? Или дело, скорее, в характерах?

Они прошли круг около пяти километров и, посвежевшие, вернулись домой. Удивительно, но за то время, что она тут живёт, они вышли в лес впервые. Хотя, настолько ли удивительно? Сколько раз за зиму она выходила кататься на лыжах, когда жила в общежитии — ведь и там до лыжни было от силы сто метров.

 

Вернувшись домой, они, по обыкновению, засели каждый за свой компьютер. На маленьком столике Мальвины всегда стоял открытый ноутбук (который ей одолжили), и в выходные всегда был открыт «скайп». С родителями она поговорила (хорошо, хорошо: попечатала) ещё вчера после того, как вернулась с конференции, но теперь собиралась пообщаться ещё с одним человеком: Соня. Одна из лучших подруг Мальвины прилетела на зимние каникулы из Франции. Обещала, что ненадолго заедет в Новосибирск увидеться с друзьями. Родители Сони жили в Междуреченске, и её дорога лежала через Мальвинин родной Новокузнецк, так что Соня согласилась помочь подруге добраться Новокузнецка на Новогодние праздники.

С помощью пластмассовых наконечников на когтях волчица уже научилась печатать на клавиатуре почти на уровне человека, который за компьютер впервые сел вчера и орудует только двумя указательными пальцами. Выносной мышкой пользоваться тоже научилась — клала на неё лапу и тащила по коврику. Если проявить терпение и двигать мышку ооочень медленно, то лапа не соскальзнёт. В общем, с горем пополам могла справиться с простейшими компьютерными задачами.

Мальвина позвонила Соне.

- Маша, привет! - Соня для простоты называла Мальвину «Машей», обесценивая все усилия родителей по подбору необычного имени. - Я так рада, что приехала! Очень соскучилась! По друзьям, по родителям, даже по родной речи! Ты не представляешь, что это такое, когда все вокруг говорят по-французски — к вечеру уши вянут и в трубочку сворачиваются...

«П-р-и...» - напечатала за это время Мальвина. Пока она набирала «в», «е» и «т», Соня уже успела добавить по паре столь же эмоциональных фраз и о погоде, и об университете, и об особенностях кулинарных традиций двух стран, и о национальных праздниках. Звуковое уведомление, с которым пришло Мальвинино «привет», кажется, вернуло подругу к мысли, что у неё в этом разговоре есть собеседник.

- Привет, Маша! Да, долго же ты это печатала. Надо же, как угораздило тебя с этой кафедрой метаморфоза! Ну, ты даёшь, конечно, одна из всех вляпалась. Я так и не решила какого числа приехать в Новосибирск. Я, наверное, только на один день — утром приеду на поезде, а вечером — обратно. Тебе когда нужно, чтобы я тебя забрала? Когда зачёты заканчиваются? Вот во Франции хорошо: двадцать пятого декабря — католическое рождество, поэтому...

Пока Соня объясняла различия в датах начала и окончания семестров в Новосибирске и Париже, а также в особенностях формирования семестровых оценок, Мальвина медленно и сосредоточенно выражала свою мысть: «29. У меня будет просьба»

- Просьба? Это интересно! Конечно, всё что угодно.

Печатай Мальвина немного половчее, она бы объяснила, что вообще-то Артур и другие ребята с кафедры ММЧ никогда не отказывают в помощи, но есть кое-что такое, о чём она не решалась попросить никого из них. Она объяснит при встрече. Всё равно они зайдут в университет, а там найдут пустую аудиторию с подходящей доской, где Мальвина напишет, что ей нужно.

 



Екатерина Авдеева

Отредактировано: 09.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги