Одна я такая...

Размер шрифта: - +

ЧАСТЬ 1. Глава 1.

Как быстротечна наша жизнь,

И все меняется мгновенно.

Приходит боль, но ты держись,

И стань сильнее непременно.

И каждый следующий шаг

Прими как данность, как удачу.

Лишь разобравшись, кто твой враг,

Решишь важнейшую задачу.

 

Кристина Высоцкая.

 

 

Италия. 1248 год. Замок Барилотто.

 

По замковой площади, выложенной брусчатой из неровных темно-серых камней, сильно запыхавшись, одной рукой придерживая плат из грубого домотканого полотна, бежала полная, абсолютно седая пожилая женщина. По ее морщинистому лицу градом струился пот, под объемными мешковатыми одеждами бурно колыхалась огромная округлая грудь, увидев которую рыцари, охранявшие замок, громко заулюлюкали. Услышав веселое хихиканье, женщина мягко улыбнулась, ни на миг не останавливаясь, укоризненно покачала головой и, махнув рукой, мол, молодые дурачки́ — что с них взять, побежала дальше по подъемному мосту в сторону небольшой, но быстротечной реки.
В метрах пятидесяти от замка, у самого леса, между двумя живописными холмами, весело журча, плескалась чудесная, мелководная речушка. Ее прозрачные воды текли по крутому склону, каскадом огибая, развалившиеся по пологим берегам, шершавые, серые валуны. Разноцветные речные камешки выстилали дно мелководья и блестели острыми гранями на ярком летнем солнце.
Долго бежать не пришлось. Уже через несколько минут, она услышала задорный щебет и беззаботный смех своих воспитанниц.
— Девочки, малышки, вот вы где! — девушкам, сидящим на большом камне с приподнятыми выше колен рубахами и с опущенными в воду ногами, послышался голос их нянюшки. Чуть привстав с серого, усыпанного мелкими брызгами валуна, они заметили, как по берегу медленно, пошатываясь от тяжелой одышки, шла их няня Тильда, которую девушки с рождения считали своей второй матерью.
— Алекс, Белла… я с утра бегаю… ищу вас по всему замку, — она все еще никак не могла отдышаться, — ваша матушка послала за вами еще час назад.
Сегодня рано утром, как только подняли решетку и опустили подъемный мост, девушки тайком выпорхнули из замка и побежали на свою любимую речку, чтобы вдоволь накупаться и погреться на последнем летнем солнышке, они даже стащили с кухни булку ржаного хлеба и пару кусочков сыра, чтобы голод не отвлекал их от приятного времяпрепровождения.
— Grazie, нянюшка, — сказала черноволосая Алекс, быстро собирая свои и Беллины вещи, а потом спросила, — а ты не знаешь, зачем мы так срочно понадобились матушке?
Няня уже отдышалась, поэтому ее голос звучал, как всегда ровно и ласково.
— Нет, деточка моя, не знаю, — потом чуть подумав, добавила, — сдается мне, что дело в письме, которое сегодня ночью доставил гонец.
— А ночью был гонец?— разом выкрикнули девушки и вопросительно уставились на нянюшку.
— Si, он прискакал глубоко за полночь, — ответила женщина, — вашей матушке пришлось будить Лучию, чтобы она накормила его и приготовила ночлег.
— Понятно, — кивнула более бойкая Александра и уже одетые девушки, обувшись в кожаные сапожки и накинув поверх рубах простенькое сюрко, направились в замок.
— Алекс, — рыжеволосая Белла шла рядом с сестрой, неся торбу с хлебом и сыром, которые они так и не съели, — как думаешь, что в этом письме? Может снова кого-то из нас в очередной раз сватают?
— Не знаю, Белла, не знаю, — задумчиво ответила рассудительная Алекс, — сначала я тоже так подумала, но тогда родители дождались бы нас и за ужином, при всех сообщили эту неприятную новость, тем более после последнего сватовства прошло не так много времени.
От воспоминаний о том, как полмесяца назад к ним в замок приехал просить руки одной из дочек-близняшек барона Доменико дель Сарто граф Паоло де Реньер, Алекс поморщилась.
Все бы ничего, граф был молод, богат и внешностью его Бог не обидел, но про дурные пороки, беспредельный разврат и издевательства над слугами, которые происходят в его замке, повсюду ходило множество ужасных слухов. Один страшнее другого.
Поначалу все шло хорошо: отец, внимательно выслушав очередного претендента на руку его дочери и приняв богатые дары, обещал подумать над его предложением, и даже оставил графа с его дружиной переночевать в своем замке. А посреди ночи Алекс услышала, как в ее комнату пробирается новоявленный жених, в попытке добиться добрачной консумации и вынужденного признания его, как будущего мужа. По всей видимости, он решил заранее подстраховать себя, чтобы его труды, потраченные на сватовство, не пропали даром. Ну и врезала же тогда Алекс ему по спине деревянной скамейкой. От неожиданности и резкой боли граф крякнул и упал, на мгновение потеряв сознание. Алекс быстро перемахнула через его тело и в чем была, бросилась в спальню к родителям. Отец не стал разбираться кто прав, кто виноват, просто посреди ночи взашей выгнал графа и его рыцарей за крепостные стены своего замка. Через пару дней о происшествии стало известно всем вокруг, а через неделю над графом потешалась вся Италия. Ходили слухи, что от стыда и позора, граф закрылся в своем замке и до сих пор никого у себя не принимает. На этом поток предложений девушкам о замужестве ненадолго иссяк.
Пока Алекс предавалась неприятным воспоминаниям, они с Беллой в сопровождении нянюшки миновали мост, прошли внутренний двор и, чтобы никто не увидел их в таком невзрачном виде, решили незаметно пробраться в свои спальни. Поднявшись по боковой винтовой лестнице с северной стороны главной башни, предназначенной исключительно для хозяйственных нужд, они прошмыгнули в небольшую дверцу, которая привела их на третий этаж, где и располагались жилые комнаты девушек.
До пятнадцати лет у близняшек была одна комната на двоих с одной большой общей кроватью, что вполне их устраивало. Так и спать было тепло, и вечера проходили весело, да и не страшно было сестрам во время завывания ветров, сильных гроз и сверкающих молний. А три года назад, по распоряжению баронессы им выделили отдельные спальни. Сначала девочки молча протестовали и, как могли, сопротивлялись решению матушки: друг без друга им было скучно и тоскливо по вечерам, но со временем сестры привыкли к отдельному существованию и успокоились: индивидуально украсили комнаты, разложили вещи по вкусу и теперь даже кроватные тюфяки каждая набивали по-своему: Алекс нравилось спать на жестком, а Белла предпочитала почивать на мягком и пышном матрасе.



Виктория Проскурина

Отредактировано: 01.07.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги