Одна я такая...

Размер шрифта: - +

Глава 3.

В замок графа Паоло де Реньера Алекс удалось попасть только на пятые сутки.
Все оставшееся время после того, как Вальтер помог ей аккуратно снять старческую маску и морщинистые накладки для рук, она посвятила подготовке подобающего гардероба для перевоплощения в старуху. Ей пришлось пожертвовать своей новой теплой накидкой, отпоров от нее всю вышивку и оторвав богатую оторочку из меха бурой лисицы. Так же из всех своих туник, она выбрала самые темные, пошитые из простой недорогой ткани, коих в ее вещах было крайне мало — герцог зорко следил, чтобы его названная дочь ни в чем не нуждалась, одевая так, чтобы она выглядела подобающе своему статусу.
С помощью ножа и каминного огня она сделала несколько подпалин на краях отобранных туник и обожгла подол плаща, придавая вещам еще более нищенский вид. Некоторые тряпки ей пришлось позаимствовать у замковой прислуги — в ее гардеробе так не нашлось ни одного подходящего шарфа или плата — они все были богато украшены вышивками и драгоценными камнями.
Еще в подземной комнате они с герцогом, посовещавшись и обговорив возможные сроки поездки, решили выехать завтра, прихватив в качестве охраны еще трех рыцарей из личной гвардии Северуса. Поэтому, чтобы хорошо отдохнуть перед долгой дорогой, Алекс быстро упаковала все свои вещи в мешок, приняла горячую ванну и улеглась спать. От нахлынувших в ночной тишине воспоминаний, она еще долго ворочалась и не могла уснуть. Стало легче, только после того, как в ее памяти всплыли прекрасные видения из ее бывшей счастливой жизни: фруктовый сад, по деревьям которого они с Беллой очень любили лазить, срывая еще неспелые персики и груши. Красивый палисадник с огородиком и небольшой беседкой, где любили посидеть отец с матушкой и их с сестрой любимые, нагретые солнышком, огромные валуны у речки, на которых очень удобно было развалиться и с высоты наблюдать за стайками маленьких пугливых рыбок, плавающих косяками и убегающих врассыпную, стоило только бросить в них маленький камешек. После таких ярких, жизнерадостных воспоминаний, где нет места боли и смерти, Алекс, наконец-то, расслабилась и уснула. Еще долго бессознательная полуулыбка украшала ее прекрасное, юное лицо.
И все равно, через какое-то время беспокойный сон заставил проснуться и в страхе подскочить в кровати. Отчетливо ощущая лихорадочно бьющееся сердце, прерывистое судорожное дыхание, она попыталась успокоиться и прийти в себя. Сон был страшным, но не тем привычным кошмаром с ее сестрой и Эктором, который она видела каждую ночь и уже выучила в нем каждый вздох, каждое движение, каждую мелочь…
На этот раз, ей приснился граф де Реньер. Сон был настолько реален и ярок, что она уже проснувшись, еще долго, чувствами и испытанными в нем эмоциями, пребывала в пригрезившемся ей видении. Она четко запомнила все: и стоящего на коленях испуганного графа в разорванной тунике, и его льстивые слова, в попытке вымолить у нее прощение, а она, как Божья десница, одним быстрым ударом руки пронзает его черное сердце отцовским дамасским мечом.
Вокруг них, не на секунду не отрывая обвиняющего взгляда от умирающего графа, в белых блестящих одеждах стояли абсолютно живые — отец, матушка и Белла. Молча, ничего не говоря, как только граф издал последний в своей жизни вздох, они разом подняли головы и абсолютно белыми, мутными глазами посмотрели на нее. От неожиданности и внутреннего страха Алекс вздрогнула и по спине побежали мурашки. А они, все также в упор, взирая на нее, одновременно одобрительно кивнули, тем самым давая понять, что месть свершилась, и плата за их жизнь принята…
А уже в следующее мгновение, Алекс с великим потрясением в глазах и застывшим криком на устах, наблюдала, как ее родители и любимая сестра, неторопливо шаг за шагом отступая в темноту — просто исчезли в никуда, словно растворились в призрачной дымке мироздания…


***

Третий день, с трудом продвигаясь, по расхлябанным дорогам Италии, маленький отряд, утопая в липкой грязи и мутной жиже, почти добрался до места назначения. Вдали уже виднелись высокие наблюдательные башни замка графа де Реньера и его донжон, увенчанный круглой зубчатой башней с множеством узких оконцев-бойниц.
Чем дальше путники углублялись на север, тем дороги становились лучше — от легкого морозца, жидкая каша, замешанная из грязи, навоза и серого снега, превратилась в твердые ледяные гребни и теперь не раздражала слух путешественников противными хлюпающими звуками ударов копыт о жижу и шлепками вонючих комьев об их ноги и плащи.
Алекс и герцог держались вместе. С тыла их прикрывали начальник стражи — Гаспар Бортен — могучий воин, всю свою жизнь посвятивший ратному делу и проведший в походах всю сознательную жизнь, и бывший французский аристократ — Жак-Батист Соньер. Впереди ехал Теодоро де Ломаре — самый молодой рыцарь в отряде герцога. Происходя из обедневшего старинного рода, парень только недавно получил право носить этот почетный титул. Он неплохо знал эти места, потому как замок его родителей располагался в полуднях пути на запад, поэтому он скакал первым и весь отряд вел за собой.
— Тео, — обратился к нему герцог, когда из-за леса показались зубчатые караульные вышки нужного им замка, — надо найти приличный постоялый двор или харчевню с парой жилых комнат. Желательно поближе к замку. Все устали, вымотались и проголодались, — потом лукаво осмотрев плачевный вид своего плаща, заляпанную накидку Александры и грязные мантии рыцарей, добавил, — да и помыться всем не помешало бы.
— Здесь на границе трех владений есть небольшая деревушка, — чуть подумав, сказал парень, — там был постоялый двор 'Счастье путника'. Мы с отцом, когда ездили в Рим — пару раз там останавливались.
Герцог, выслушав парня — кивнул и они, развернув своих лошадей, помчались по лесной тропе в сторону заезжего подворья.
Ехать долго не пришлось, уже через час они въезжали в маленькое аккуратное селение, в основном состоящее из торговых лавок и разных мастерских. Основная деятельность живущих здесь людей была рассчитана на нужды и желания странствующих путников и, судя по солидным, крепким избам и ярким вывескам, они неплохо на этом наживались.
Проехав еще немного, Тео направил своего коня в сторону трехэтажного, добротного дома, на котором висела внушительная вывеска, где большими яркими буквами значилось 'Счастье путника'.
Соскочив с лошади, герцог снял с седла ларец с ла-минари и, передав поводья в руки молоденьких парнишек, дежуривших на улице, он в сопровождении Алекс и трех стражников вошли в теплое, хорошо протопленное помещение, где за расставленными в три ряда столами и деревянными лавками — сидели, ели и негромко беседовали человек восемь-десять. Вокруг витали аппетитные запахи разнообразных приправ, должно быть, неплохо приготовленной пищи.
Увидев новых и, судя по внешнему виду и одежде, выгодных клиентов, к ним тут же подскочил невысокий, пухленький хозяин заведения. К кому обратиться он еще не понял — все вошедшие были в длинных черных плащах с капюшонами, скрывающие лица новоприбывших путников.
— Сеньоры, — заискивающе поглядывая, то на две огромных фигуры, то на две поменьше, то на еще одну — совсем невысокую, а по сравнению с двумя первыми великанами, так и вовсе детскую, — чем могу служить? У нас вы можете отдохнуть с дороги, вкусно покушать и переночевать.
Герцог и его рыцари одним движением, скинув с себя капюшоны, одновременно посмотрели на резко побледневшего хозяина. Тот, мгновенно оценив, какие гости к нему пожаловали и, прикинув в уме, возможную выгоду, аж затрясся от желания угодить и не дай Бог, упустить таких важных клиентов.
— Нам нужны две ваши лучшие комнаты, — ровным голосом сказал герцог, не обращая внимания на подобострастное поведение владельца харчевни, — одну — с двумя кроватями, вторую — с тремя. Ужин на пятерых и вот еще… Что у вас с ванной и горячей водой, где мы можем привести себя в порядок и умыться с дороги?
— Все будет! Все будет в лучшем виде! — задохнулся от такого выгодного заказа хозяин. Учитывая, что в это время года с клиентами было, мягко говоря, не очень, а тут…
— Франка, — рявкнул он, как только гости заняли дальний, выгодный, с точки зрения позиции, стол, откуда их было абсолютно не видно, зато они могли наблюдать за всем, что происходит в зале.
Тут же в зал вплыла разухабистая рыжеволосая девица, с ярко напомаженными губами и с очень низким декольте, желая показать всем желающим свою отнюдь немаленькую грудь.
— Чего? — лениво сказала она, дерзко взглянув на толстячка.
— У нас гости, — прошептал он одними губами, но мог бы не стараться — учитывая слух вампов, Алекс и герцог его прекрасно услышали, а потом, наклонившись к ней в самое декольте, чуть слышно добавил, — вы-год-ные.
Девица, тут же приосанилась, с прищуром оглядела всех, кто находился в таверне и, наткнувшись взглядом на пятерых незнакомцев, гордо выпятила грудь и, виляя пятой точкой, двинулась к приезжим.
— Сеньоры, чем Франка может вам помочь? — начала она, добавив к своему и без того низкому тембру еще пущий эффект неги и возбуждения, услышав который Алекс чуть не стошнило, зато взглянув из-под капюшона на своих охранников, выгнула бровь от удивления. Те, смотрели на девку, как голодные псы на хороший кусок мяса, а она продолжала, еще больше склонившись к мужчинам, — если вам что-нибудь нужно, вы всегда можете крикнуть Франку. Позовете меня и я вся ваша, мальчики…
— Еды нам, пожалуйста, — спокойно сказал герцог, даже не взглянув на ее прелести, — и если можно, побыстрее. Мы с дороги — устали и проголодались.
Не ожидая от такого красивого богатого сеньора, столь необычную на ее внешность и голос, реакцию, она даже на секунду растерялась, потом, кинув 'сейчас принесу', с гордым видом прошествовала в подсобку.
Герцог кликнул хозяина, повелев тому принести большой кувшин с теплой водой и любую широкую тару. Когда вспотевший и раскрасневшийся от потуги толстячок лично принес все желаемое, Северус не торопясь достал их своей сумки кусочек мыла и, приказав хозяину помочь ему, аккуратно помыл руки, следом, передав брусок Алекс. Она быстро проделала ту же процедуру, ну, а рыцарям, ничего не оставалось, как приняв от девушки мыльный кусочек, ополоснуть свои ручищи в теплой воде.
Как только компания снова расселась, начали подавать на стол. На этот раз Франка не появилась, вместо нее обслуживанием гостей занималась совсем юная хорошенькая разносчица, резво управляясь с тяжелыми, заставленными едой подносами. Ни с кем не заигрывая и не строя глазки, только вежливо улыбаясь, она споро и деловито исполняла свои обязанности. Перед гостями в считанные минуты появилась огромная булка ржаного хлеба, следом — сыр, печеные пироги с рыбной и начинкой из ягоды. Чуть позже, перед каждым путником девочка выставила кругленькие глиняные горшочки с жарким, источающим просто божественно-аппетитный аромат зажаристого цыпленка и томленых в печи овощей. Последний раз, сбегав в подсобное помещение, она вернулась с двумя большими кувшинами красного пряного вина — щедро приправленного душистой корицей, гвоздикой и сладким медом.
В отличие от герцога и рыцарей, Александра так и сидела в плаще с накинутым на голову капюшоном, не решаясь его снять. Будучи в своем обычном виде, ей не хотелось, чтобы ее здесь запомнили. Девушка прекрасно осознавала, что в дальнейшем ей не раз придется посещать это место в образе безобразной старухи и чтобы не возникло лишних подозрений у хозяина постоялого двора и его работников, показывать свое истинное обличье, было глупо.
— Сеньорита, вы не голодны? — с сильным французским акцентом, поинтересовался Жак, как только рыцари с жадностью накинулись на еду, а герцог, вытащив свой любимый странный трезубец, начал ножом нпрезать сыр и делить пироги.
— Нет, я просто… — начала Алекс, но не успела договорить, как Вальтер, догадавшись о причинах ее замешательства, быстро окинул взглядом помещение и приказал им с Тео поменяться местами. Пересев в самый угол, девушка оказалась прикрыта от всякого любопытного взора тремя широкими, могучими спинами своих спутников. Улыбнувшись и благодарно кивнув герцогу, она, откинув капюшон, принялась за еду…
Минут через сорок, когда путники утолили свой голод и выпили предложенное вино, все та же — милая разносчица препроводила всю компанию в их комнаты. Всем пришлось буквально взбираться на третий этаж, с трудом шествуя по очень узким, темным коридорам и тесным лестничным пролетам, а оказавшись наверху, девочка быстро отперла двери и продемонстрировала две небольшие и достаточно скромные спаленки.
Разожжённые камины, потрескивая поленьями, уже нагрели воздух и на тот момент предложенные комнатки, всем показались удобными и очень уютными, а взбитые тюфяки и перестеленное чистое белье манили уставших путников, забыв обо всем, завалиться на мягкие кровати и проспать до самого утра.
Когда рыцари остались в предназначенной для них комнате, Вальтер повернулся к служанке:
— Спасибо, девочка, — вежливо сказал герцог и вложил в ее ладошку блестящую монетку, — как тебя зовут?
— Агата, сеньор, — опустив глаза к полу, тихо ответила она.
— Скажи, Агата, — продолжил Северус, — как насчет горячей воды и ванны для нас?
— Хозяин давно распорядился, сеньор, — ее тихий голос было еле слышно, — если будет угодно — вам ее поднимут на этаж.
— Скажи там внизу, что мне угодно, — улыбнулся он.
Кивнув, она выбежала из их комнаты.
— Ну, что ж, Алекс, — теперь уже герцог повернулся к ней, — вот мы и добрались. Какие у тебя планы?
— Завтра я хочу в образе старухи попытаться пробраться в замок графа и хорошенько осмотреться, — сказала она, скидывая с себя плащ, — а потом видно будет.
— Ладно, — кивнул он, — поедешь вместе с Тео и Жаком, пусть тоже разведают там, что к чему, а Гаспар посторожит ваших лошадей. Тео сказал, что там недалеко есть лесок. В случае чего, там удобно будет спрятаться…
В их комнату постучали. Герцог пошел открывать, выждав пока Алекс быстро накинет на себя плащ и забросит на голову капюшон. Два парня внесли в комнату большой медный чан и два ведра нагретой воды.
— Ты давай, мойся, — сказал он, как только работники покинули комнату, — а я пойду ребят предупрежу насчет завтра. Полчаса тебе хватит?
Девушка кивнула и Северус вышел в коридор.
Оставшись одна, она снова сняла плащ и расшнуровала блио, следом сняла тунику и скинула нижнюю полотняную рубаху. Вылив в чан воду из одного ведра, она вытащила из своего мешка большое полотно, цветочное мыло и тряпицу для омовения тела и с огромным удовольствием расслабила в горячей воде, напряженное от долгой скачки тело.
Но долго млеть и блаженствовать не получилось: памятуя о том, что скоро должен вернуться Северус, она, встав на ноги и живо намылив тряпицу, натерла ей все тело и снова погрузилась в воду, смывая с себя мыльную пену. Решив, что волосы вымоет завтра, тем более что она их тщательно прополоскала, еще, будучи дома, Алекс быстро завернулась в свое полотно и, добравшись на цыпочках до своей кровати, вытащила из мешка новую камизу и, надев ее, улеглась спать.
Уже почти засыпая, она краем уха слышала, как вернулся герцог и через пару минут раздался негромкий всплеск от погружения огромного тела в чан с водой, а дальше она уже ничего не ощущала — утомление и усталость с дороги унесли ее в крепкие объятия сна.



Виктория Проскурина

Отредактировано: 01.07.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги