Она изменит его

Размер шрифта: - +

Глава 15. Occultae veritatis

Твоя семья… — пояснила она. — Питер, где они похоронены? — осторожно, тихо переспросила брюнетка.

Поднявшись со скамейки и повернувшись к девушке, Питер сказал:

— Я тебе покажу, — сказав это, мужчина пошёл вперёд, а девушка вслед за ним.

Они шли молча, думая о своём.
Она думала о том, что терзает его, что убивает изнутри, превращая в бездушного монстра.
Она думала о том:
Что заставляет его быть таким? Что заставляет его носить эти маски? Что заставляет его делать все, чтобы его ненавидели, презирали?
Почему он стал таким? Почему он не отпустил их? Почему он не смог двигаться дальше, начать жизнь с чистого листа, без прошлого?

Девушка ухмыльнулась собственным мыслям. Тоже самое изо дня в день ей повторяют родители, но она все так же упорно отказывается верить в случившееся, она отказывается принимать все то, что произошло, она не может отпустить его, она не может смириться с его смертью.
Кэтрин продолжает звонить на его мобильник, слушая гудки, до сих пор надеясь услышать его голос, его радостное » Привет!».

Кэтрин… Она точно так же, как и Питер, застряла в том прошлом. Не желая его отпускать, девушка держится из последних сил, держится за ту тонкую нить, которая связывает ее с ним, она не смеет ее отпускать, она не может и не хочет терять его. Мур боится того, что если отпустит эту нить, этот волосок грани, соединявший их, то она упустит, утратит все те воспоминания связанные с ним, она боится то, что потеряет все то, что напоминает о нем.
Кэтрин страшно потерять его в своей голове, забыть, она боится забыть Тая. Этот страх, он настолько велик, что неосознанно она продолжает держаться за прошлое, за воспоминания, не желая ни слушать кого-либо, ни смотреть вперед и хотя бы пытаться жить дальше, жить без друга. Рана слишком свежая, еще не успела затянуться, не успела зажить. Воспоминания смерти минувшей слишком ясны, слишком четко в памяти ее отпечатались, чтобы так скоро забыть, так быстро смириться и продолжить свой путь в жизнь.

Питер не смог отпустить, простить, проститься…
Он словно попал в собственную петлю времени, продолжая возвращаться в прошлое. Постоянно прокручивая события тех дней, раз за разом, день за днем, год за годом, мужчина погряз в этом всем, как в трясине. Он тонул все эти годы, в этом болоте боли, сожаления, безысходности, злости и жажды мести.
Оборотень попал в петлю времени в собственной, в его голове, и теперь она его не отпускала. Захватив полностью все его чувства и воспоминания, она знала, на что надавить, как сделать больнее, где стоит задержать его воспоминания, а что стоит стереть, удалить, как кликом мыши, одно нажатие, и нет тех воспоминаний, и нет того, что было.
Все, что с ним происходило, происходит и по сей день, уничтожало все то, что было лучшее в нем, превращая в бездушного монстра, убийцу, психопата.
Да, он совершил много ужасных вещей, и возможно, нельзя его оправдать… Может, и вовсе он не заслуживает своего помилования и второго шанса на жизнь?!
Но если посмотреть на все с другой стороны: он потерял семью, его предала семья…
Человек и волк остались без стаи, без семьи, без ничего…
Они стали никто и никем, они остались без ничего и нигде…
После того, как он вышел из комы, он превратился в растение. В растение, неспособное двигаться, жить…
Долгое время оборотень не жил, он существовал, а волк внутри него был мертв…
Тогда, когда он был в коме, зверь внутри, его зверь, его волк, он выл от одиночества, полученных травм. Он выл от боли, что сковывала душу, от боли, из-за которой щемило сердце, от бессилия и безысходности. Волк внутри медленно погибал, убитый горем, покинутый теми, кто остался жив.
Его предали и оставили, бросив, как ненужный предмет мебели, его выбросили, как мусор. Он стал ненужным человеком, обузой для остальных. Питер стал усложнять жизнь, и его оставили, спихнув к психам, от него отказались, от него отказалась его семья, его стая… Он остался один, травмированный, раненый, обиженный, обозленный, всеми покинутый, никому ненужный…
Как бы вы поступили на его месте?

Вот и Питер не смог поступить иначе…
Долгие годы одиночества, его человечность, любовь и преданность семье исчезали, умирали внутри оборотня.
Долгие годы он возвращался, возвращался в этот мир, приходил в себя, возвращая мысли, жизнь, чувства. Вот только чувства вернулись совсем иные, как и цели…
Жажда мести и план ее осуществления…
Но помимо всего этого он хотел, он стремился вернуть территорию, по праву принадлежащую его семье. Оборотень желал повернуть все вспять, создать стаю, сделать так, как было раньше. И ничего, что для осуществления его плана нужно было убить Лору, его племянницу Лору. Она это заслужила, они все заслужили смерти за то, что сделали с ним, за то, что оставили, бросили его…
Так он справлялся с той боли, сковавшую его внутри, загнавшую его волка в клетку…
Он справлялся со всем, как мог…

Медленно проходя мимо могил, Питер размышлял о том, почему он рассказал всё именно Кэтрин, почему именно ей он смог открыться? Почему она единственная, кто понял его?
Возможно, ответ был до абсурда прост, и то, что девчонка потеряла друга, то, что он когда-то потерял семью, это их сблизило, смерть близких людей сблизила их. Они понимали друг друга… Понимали ту боль и пустоту, которая внутри каждого из них…
Несмотря ни на что, ни на нападение Питера, ни на его шуточки и грубое поведение, Кэтрин почему-то продолжала хорошо к нему относиться. Порой отвечая колкостью и дерзким поведением, но это только забавляло мужчину и чем-то напоминало его самого…

— Пришли! — нарушив молчание, мужчина грустно улыбнулся, посмотрев на могилы.

Перед девушкой предстали две могилы. Первая была общей, на надгробии было выгравировано«В память о любящей семье, которая верила в лучшее, которая не сдавалась…»На второй была надпись «Любящей сестре, сумевшей заменить мать, подарившей любовь, заботу и уют…».

— Кто автор этих надписей? — тихо спросила девушка, разглядывая надгробия.

— На общем надгробии моей сестры Талии, её мужа Майкла и моего младшего племянника Бредли мои слова, — без эмоций, ответил Хейл-старший, оставаясь совершенно спокойным. — А на надгробии Лоры, по всей видимости, Дерека и Коры, — он безразлично пожал плечами.

— Почему у отца, матери и сына общая могила? — с задумчивым выражением поинтересовалась брюнетка, смотря на могилы.
— После того, как я вышел из комы, мне составило большого труда разыскать могилы моей семьи… — начал мужчина, — мои племянник и племянница, даже не удосужились похоронить их по-человечески, просто в общую могилу! — возмущенно сказал Питер. — И уже после всего я сам заказал надгробие и гравировку. Эта фраза была любимой у Талии, она верила, что мы сильны, пока вместе, пока мы не сдаемся и верим в будущее… — грустно произнес он.

— Она была права! — с сочувствием посмотрев на мужчину, сказала Кэтрин.

Они стояли молча перед могилами, перед погибшей семьей оборотня…
Девушка удивлялась тому, как мужчина смог со всем справиться и жить дальше, ну он хотя бы пытался делать вид, что он забыл обо всем и живет дальше.
Но теперь девушка знала, какую боль он испытывает, что он прячет в глубине своей души и каких сил ему это стоит. Теперь Кэтрин знала, что такое потерять близкого, как это невыносимо больно, ужасно, тяжело и просто тошно от всего, от всех мыслей. Становиться душно, жизнь начинает душить, изматывать, делая существование невыносимым.
Теперь девушка понимала Хейла, понимала его злость, боль, его маски, наигранно-театральное поведение и безразличие ко всему происходящему, будто всё некоим образом его не задевало, не волновало.

— Я помню, как нас воспитывала бабушка… — вдруг начал мужчина, опустившись на колени перед могилой, он продолжил свой рассказ. — Меня и Талию воспитывали не наши родители, а бабушка. Ее звали Донна, Донна Хейл.
Она мудрейшая из всех, кого я знал, — он грустно улыбнулся. — Она научила нас всему… Всему, что знала сама. Она заменяла нам родителей, пока те были заняты делами стаи. Она заменила нам родителей, когда их не стало, — мужчина замолчал на минуту, но потом вновь продолжил. — Говорила о том, что стая — это семья, а семья выше всего, ведь это всё, что у нас есть. И она была права! — произнес он, слегка улыбнувшись. — Она рассказывала много легенд… Однажды она рассказала про то, что до нас в Бейкон Хиллс, жил древний род оборотней, в их семье все имели полное обращение, они защищали город, Бейкон Хиллс был их территорией… Свон, кажется! Еще Донна рассказывала, что наша ветвь семейного древа произошла из этого древнейшего рода оборотней! Бабулька любила шутить на тему Талии и ее полного обращения, — вспоминая это, оборотень блаженно прикрыл глаза. — Она говорила, что моя сестра похожа на волчицу с этого рода, она была старейшиной и главой клана оборотней, ее звали Моника, кажется. Говорила, что Талия обязательно станет великой, как и эта волчица.

— Расскажи ещё! — улыбнувшись, сказала девушка и присела на землю рядом с мужчиной.

— Веришь или нет, но мы с Талией были очень близки. Мы были настоящими братом и сестрой, мы вдвоем были настоящей семьей. Я еще был её, так сказать, » подружкой »! — усмехнувшись, сказал он. — Ночью, когда Донна уже спала, мы тихо выходили из дома и сбегали в лес. Сидели на траве и смотрели на звёзды, рассказывая друг другу страшилки, жуткие истории, делились некоторыми секретами, а ближе к утру возвращались домой. Бывало, мы сбегали перед полнолунием и, обращаясь не полностью, выли на почти полную луну… — Питер засмеялся. — Нам потом за наши полуночные прогулки так влетало от Донны. Ох, я помню, что как-то раз из-за очередной нашей прогулки бабушка после не пустила Талию на свидание, сестричка тогда так злилась! — оборотень улыбнулся. — Донна научила нас трудиться на благо стаи, учила приносить пользу стае, она научила нас самому главному — уметь не только брать, но и отдавать.

— Да, добро к добру, зло ко злу, Донна так любила говорить, — на лице мужчины от воспоминаний появилась не прошенная слеза, которую он тут же вытер и с обидой произнес. — Вот только в нашем случае это не работало…

— Ты хороший, Питер! И я верю, что у тебя все еще будет хорошо, — улыбнувшись, искренне сказала девушка и обняла оборотня. — Я бы поступила точно так же! — шепотом добавила она.

Искренне улыбнувшись девушке в ответ, оборотень поднялся с земли и, протянув руку брюнетке, помог подняться ей.

Кэтрин была первым человеком, которому он доверился, кому он рассказал о семье, о своем детстве. И самое главное в этом всем, что она выслушала его и поняла. Без осуждений, высказываний, упреков Кэтрин молча выслушала его, принимая таким, какой он есть, не пытаясь что-то в нем изменить, девушка поняла его порывы, цели, его любовь к семье и преданность стаи, которую он когда-то имел. Для оборотня это действительно было чем-то невероятным, как сказки, которые рассказывала Донна. И сейчас, в данный момент, ему так хотелось в это поверить, ему хотелось поверить в эту сказку, в сказку, в которой он так нуждался.

Кэтрин увидела его настоящего. Сейчас перед ней был не тот злой, опасный, напыщенный оборотень, сейчас перед ней был человек. Человек со сломленной душой, разбитым сердцем, одинокий, уставший, который устал бороться, стремиться к чему-то лучшему, который просто устал жить. Он стольких потерял, столько пережил, и, на удивление девушки, он был вполне адекватным, но сломленным человеком. Сломленным, измученным человеком, которого изрядно потрепала жизнь.
Еще в те времена он готов был отдать за стаю все, за семью, жизнь, а что получил взамен? Его бросили, оставили гнить с психами.
Питер прав, в его случае законы Донны » Добро к добру, зло ко злу », не работали, на добро в ответ мужчина получил лишь зло. Питер сделал для себя выводы еще тогда, и теперь не важно, с добром к нему или же со злом, он всегда отвечает злом. Жизнь его этому научила, а как известно, жизнь — это лучший учитель.

«Какие бы мудрецы и философы тебя не окружали, жизнь, именно твоя жизнь, тебя научит тому, чему не научит ни один мудрец, ни один философ!»

— Ну, мне уже пора, — сказала Кэтрин и грустно улыбнулась.

— Я тебя провожу, — ответил оборотень и улыбнулся девушке самой своей искренне-доброй улыбкой.

— Тогда, пойдём! — заметно повеселев, ответила Мур и, взяв оборотня за руку, повела его к выходу из кладбища.

Минут десять они шли молча.

— Расскажи о Тайлере, — неожиданно сказал оборотень.

— Что? — удивленно спросила девушка.

— Ты можешь выговориться мне, ты меня ты выслушала, теперь настала моя очередь выслушать тебя! — ответил Хейл.

— Добро к добру! — тонко подметила девушка.

— Почему бы и нет… — согласился мужчина, пожимая плечами. — С тобою можно! — он понимающе улыбнулся.

— Я помню, как однажды пыталась найти Таю девушку. Сказать, я довольно-таки быстро нашла подходящую другу кандидатку, её звали Тесса, кажется! И я даже организовала им свидание, поначалу всё вроде бы шло хорошо, но через несколько минут общения с ней Тай сбежал самым наглым образом, — грустно улыбнувшись, брюнетка продолжила. — Оказалось, что эта Тесса была еще той ненормальной! Тайлер потом еще долго отвязаться от нее не мог! — усмехнувшись, сказала Кэтрин. — А когда Тай понял, что одной Тессой я не обойдусь, заверил меня самым громким способом, что девушка ему не нужна. Я тогда ответила, что в таком случае найду ему парня, — Кэтрин засмеялась, вспоминая лицо друга в тот момент. — После этого он неделю дулся на меня, избегал и не разговаривал, на звонки не отвечал. Но тогда я пришла к нему домой с пиццей и диском «Американской истории ужасов». Он не смог удержаться и перестал дуться на меня. Но из-за своего несносного характера я все же продолжала над ним подшучивать, называя его подружкой… — на глазах девушки появились слезы, которые она тут же стерла краем рукава красной худи. — Ещё помню, в школе, перед выпускным, нам было очень скучно, до такой степени, что мы решили оставить свои имена в истории школы. Но не хотелось оплачивать всё, да и не хотелось портить репутацию отличников, и все, что мы могли сделать, это отыграться на учителях, — на лице девушке вновь появилась еле заметная улыбка. — Жертвами стали биолог мистер Брукс и химичка миссис Кларк, которая до жути боялась клоунов. По классу биологии мы разбросали лягушек, а на доске написали «Поцелуй нас, найди принцессу». В классе химии было немного сложнее, нам пришлось купить несколько надувных клоунов. Первого мы посадили за учительский стол, второго поставили возле двери, а третьего повесили на люстру. Когда миссис Кларк зашла в кабинет, она чуть не умерла со страху… Хотя, это ещё мягко сказано! — погрустнев, закончила девушка.

— Серьёзно? — смеясь, спросил Питер.

— Дааа! — довольно протянула Мур. — Ну это еще что, а вот когда мы все той же миссис Кларк вместо одних реагентов подсунули другие, и в связи с полученной реакцией выделился веселящий газ. Ох, это был самый веселый урок в нашей жизни! — девушка усмехнулась. — Учительница тогда всем зачет на отлично поставила и признавалась всему классу в любви. В самом конце урока она расплакалась и заявила, что жизнь несправедлива, как ей бывает одиноко спать в обнимку с медведем плюшевым и все в таком духе. А на следующий день она уволилась, — театрально обиженно произнесла Кэтти.

— Ну, тут вы перегнули палку! — подметил оборотень.

— Угу… — виновато опустив голову, согласилась она.

— Но лишь чуть-чуть! — поддержал мужчина Кэтрин, улыбаясь.

— Совсем чуть-чуть! — повернувшись лицом к Питеру, ответила девушка, и ее лицо озарила легкая улыбка, перемешанная с ностальгией по былому.

Оборотень и Мур шли к дому девушки, рассказывая друг другу истории из своего детства.
Кэтрин была рада тому, что наконец-таки ее понимали. Ее не старались успокоить, обнадежить, убедить в том, что стоит жить дальше, девушку внимательно слушали, ее понимали и не осуждали.
Они были похожи с Питером… Кэтрин видела в нем всю ту боль, потерянность и одиночество, она чувствовала тоже самое, она понимала его точно также, как и он ее.

Хейл-старший впервые за долгое время был рад с кем-то поговорить. Поговорить с тем, кто не считал его ненормальным дядюшкой, убийцей, он был рад поговорить с тем, кто разделял его горе, кто понимал его душу, кто понимал, почему он так поступал все эти годы. Мужчине приятно было находиться в обществе этой девчонки!

— Вот мы и пришли! — грустно сказала Кэтрин и, улыбнувшись, посмотрела на оборотня. — Ну что же, пока, Питер Хейл! — добавила она и заключила оборотня в объятия.

— Пока, Кэтти, — ответил оборотень, обнимая девушку в ответ.

Кэтрин зашла в дом и закрыла за собой дверь. Пока она разувалась, Мария спустилась со второго этажа.

— Привет, милая! — поприветствовала дочь женщина.

— Привет, мам! — ответила девушка. — Я в душ и спать, — сказала она и пошла наверх.

Зайдя в свою комнату, девушка отложила сумку с фотографиями и, прихватив с собой сменную одежду, направилась в ванную комнату. Через полчаса брюнетка вышла из ванной и, расстелив постель, легла на кровать.
Лежа в кровати Кэтрин переваривала события, произошедшие за сегодняшний день. Вспоминая разговор с Питером, она улыбнулась. Под воспоминания сегодняшнего дня ей удалось уснуть. Это была первая ночь, когда ей не снился Тайлер, когда ей не снились кошмары.
 



Ksusha.MKS

#5135 в Любовные романы
#532 в Фанфик

В тексте есть: романтика, ангст

Отредактировано: 23.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги