Первая кровь осени

Размер шрифта: - +

9. Ansuz (Слово)

Церковь пряталась у подножия холма, замыкавшего поселок с западной стороны. Наверное, если подняться наверх по каменистой тропе, можно было увидеть побережье. Мэтт не стал проверять предположение – остановился у дверей здания, в задумчивости рассматривая замшелые стены.

Здание, должно быть, отстроили лет сто назад. Не так давно по меркам страны, где самые древние из монастырей еще помнили набеги викингов. Эта церковь была гораздо скромнее, не щеголяла барельефами и знаменитыми кельтскими узорами. Просто старый дом с крестами на крыше.

Если верить Дэвиду, любая церковь – не более чем дом с крестами на крыше.

Мэтт никогда не мог заставить себя верить во что-то просто так, без оглядки, без логических подтверждений. Да и в семье его никто не отличался религиозностью – непонятно, что вообще могло вдохновить родителей на переезд в эту страну, где найти сыну школу с исключительно светским образованием оказалось непосильной задачей.  

Разве что дед со стороны матери, оставшийся в далеком Орегоне, всегда считал своим долгом посещать местную протестантскую церковь – не ради спасения души, но ради добрых отношений с соседями, заключавшихся в обмене новостями и сплетнями в ожидании мессы.

«Душа моя давно пропала, тут и думать нечего, – шутил обычно дед, перекатывая в зубах неизменную деревянную трубку, – раз женился на ведьме, нечего и мечтать о райских кущах!»

Ведьмы. Призраки. Духи. Слова, давно потерявшие смысл, фигуры речи, за которыми для большинства людей лежит обеспеченная материализмом благословенная пустота. Дедушка, видимо, считал, что делает жене комплимент, и только.

Но если здесь, на столь далеком от материализма острове, страшные сказки внезапно обретают плоть – неужели и правда нет силы, способной разогнать вездесущую тьму?

Он не сказал Лиэн, куда направляется, просто на обратном пути попросил высадить его в поселке. Неловко пошутил о пользе прогулок и свежего воздуха для его измученной психики. Почему-то был абсолютно уверен, что его маршрут для прогулок совсем не понравится хорошенькой ведьме.

И это больше не простая фигура речи, ты ведь понимаешь, правда?

Дверь со скрипом распахнулась. Молодой мужчина в мешковато сидящей сутане окинул незнакомца внимательным взглядом.

 – Если ты не отмечен знаком фейри, входи, незнакомец, не стой у порога, – произнес он наконец. Фраза прозвучала как явная цитата, но источник сходу не вспоминался.

 – Уверены, что не отмечен? – усмехнулся Мэтт.

 – Это легко проверить. Если сможете войти...

Священник чуть посторонился, и Мэтт поднялся по деревянным ступеням, невольно покосившись на тяжелый каменный свод над головой.

 – И все же не могу гарантировать, что не имел дела с нечистью, – он развел руками и чуть улыбнулся, давая себе путь к отступлению. Если падре не настроен всерьез говорить о фейри, то и он с готовностью обратит все в шутку. Очень уж не хотелось выглядеть психом в глазах окружающих. И это, пожалуй, простительная слабость для недавнего обитателя психушки.

 – Я знаю, чей вы гость, – кивнул священник. – Новости здесь разносятся быстро. Присядем?

Он указал на ближний ряд деревянных сидений. В церкви было пусто – время утренней мессы давно прошло. Сквозь высокие окна пробивался приглушенный свет, рассыпая мягкие блики на полированном дереве скамей. К вечеру, должно быть, здание полностью скроется в тени холма, и загорятся подвешенные на цепях светильники, разгоняя подкрадывающуюся тьму.

  – Я отец Уилан, – произнес мужчина, устроившись на скамье поодаль – не рядом, отметил Мэтт. Ровно на том расстоянии, чтобы можно было говорить, не повышая голоса. – Вы хотели со мной поговорить, не так ли?

Имя смутно о чем-то напоминало. Мэтт присмотрелся повнимательней. Нет, они точно нигде не встречались. Священник был молод – наверное, младше самого Мэтта. Тонкие черты лица, которое можно было бы назвать красивым, если б не глубоко посаженные темные глаза. Узловатые худые руки крепко цеплялись за спинку соседней скамьи, выдавая напряженность позы.

Признаться, Мэтт предпочел бы пообщаться с кем-то постарше, вроде их школьного настоятеля, пожилого толстячка, по своим обязанностям и возможностям больше напоминавшего школьного психолога из американской школы его детства.

 – Исповедь? – неожиданно спросил священник. Таким тоном опытный мелкий барыга мог бы спросить его в подворотне: «Эй, парень, колеса не интересуют?»

Мэтт нервно рассмеялся.

 – Простите… нет. Признаюсь, католик из меня тот еще. Я, конечно, уважаю религию. Морально-нравственные ориентиры и все прочее. Как бывший коп, могу сказать: лучше бы людям иметь единые представления о добре и зле. И стараться, по возможности, оставаться на светлой стороне. Пусть даже и под страхом низвержения в ад.

 – Речь политика из телевизора, – хмыкнул священник. – Многие сейчас думают так. Но почему-то, соприкоснувшись с тьмой, все вы приходите в церковь. В надежде получить какое-то волшебное оружие для борьбы с ней.



Олег Рогозин

Отредактировано: 11.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги