Повраги, или Дружба в силу обстоятельств

Размер шрифта: - +

12 глава

12 глава

Адонис целеустремленно удалялся от старой спортивной базы. Стараясь не вспоминать, в каком состоянии оставил Зло. Непонятно почему, сразу становилось гадко. На мгновение у мужчины мелькнула мысль вернуться. Забрать один из пистолетов мертвецов, а не проверить состояние врага! Но он одернул себя, возвращая бегу прежний бешенный темп. Сосредоточился на навигаторе, показавшим кратчайший путь.

Демон — живучая тварь, а Нинель нужна помощь. Если все слова Кая - правда, то помощь требуется срочно. 

Возможно это жестоко, но рыцарь подумал, что, в принципе, устроить девочке встряску — не так уж и плохая идея. Подобное поможет ей очнуться от невольного сна и осознать, наконец, в каком неподходящем месте они оказались. Тогда уж точно Нинель в следующий раз будет внимательнее относиться к его мнению и перестанет перенимать чуждые законы, в котором женщины работают наравне с мужчинами. И подвергать себя неоправданному риску. В тоже время Адонис подумал, что бунтующая Нинель — с задранным от самомнения носиком — ему нравится больше забитой правилами малышки, круглосуточно занятой вышиванием. Таким нехитрым образом король пытался отстранить дочь от ужасов войны и новостей с фронта. Но как знал Адонис, рыжая принцесса так и не научилась приличной вышивке.

Южный порт встретил удивительной тишиной. Все порядочные люди расползлись по теплым углам. И на поле боя вышли менее лицеприятные жители города, распространяющих вокруг себя ауру агрессии и смерти. Именно такие люди встретили в порту рыцаря. Они сохраняли тишину, как дворняги, сторожившие мясника, бросающего от щедрости кость. Рассматривали глазами своры и оценивали неожиданного гостя: чужак или запоздалый клиент. Торговцы не знали, что человек, должный прийти в назначенное время, лежит в луже крови на спортивной базе.

— Я за девушкой, — коротко обозначил цель рыцарь.

«Клиент», — обознались охранники и заулыбались. Лизоблюдство заставило Адониса прищуриться и сплюнуть. Он насчитал двадцать вооруженных людей и уже знал, как с ними справиться, но судьба преподнесла шанс обойтись без крови, и мужчина надел маску невозмутимости. Ему уже приходилось так себя вести на различных балах, куда его удавалось время от времени затащить.

— Вам какую? — спросил самый прилично одетый продавец.

— Рыжую, — уточнил Адонис, осматриваясь по сторонам: погрузчики, контейнеры, краны, на воде — судно.

— Потолще, потоньше? — продолжал выяснять качества товара продавец. Остальные бандиты не снимали рук с оружия, оставались в напряженной готовности.

— Тонкая, мелкая, несовершеннолетняя, рыжая, длинноволосая, зеленоглазая девица по имени Нинель! — рыкнул рыцарь точное описание.

Бандит на мгновение растерялся, не ожидая от клиента такой придирчивости. Но встречу обговорили заранее боссы их маленького торгового бизнеса. Продавец мог только обезопасить себя, не проявляя излишней грубости. Мало ли какая шишка к ним пришла. Он кивнул подельникам, и двое обыскали Адониса, забирая нож.  Не найдя ни пистолета, ни иного оружия, ничего, помимо обычной «бабочки», продавец задумался. Подходящая по описанию девица у них имелась, но уже заказанная и «упакованная» в тайнике для долгого плаванья. На мгновение преступник подумал, а не родственник ли пришел за ней, но по документам родни у девицы не значилось. Откуда приехала — неизвестно. И переменная «неизвестно» могло сыграть плохую шутку. В любом случае, спецтовар отдать не могли, но уладить дело миром попытались. Не осознав опасности, исходящей от безоружного мужчины, продавец проводил его к живому товару.

Открыли дальний контейнер, покрытый местами ржавчиной, и провели внутрь. Герой Сайнтарза едва не потерял невозмутимое выражение лица: в контейнере сидели люди — молоденькие девицы, не каждая из которых достигла свадебного возраста. Они забылись болезненным сном и полусидели-лежали, прижавшись друг к другу, пытаясь согреться чужим теплом.

— Как видите, по вашему описанию бабенки нет, выбирайте одну из этих... — криво улыбнулся продавец, окончательно ломая терпение рыцаря. Рука схватила бандита за горло, как пушинку подняла и приблизила к пышущему гневом лицу. Адонис повторил слова Кая:

— Трюм. За стеной с крюком. Я знаю, где она. И если вы, сэр, не соблаговолите ее отдать добровольно — заберу силой!

Шутки кончились, преступники выхватили стволы и прицелились в блондина. Тот хладнокровно прикрылся пойманным продавцом.

— Не стреляйте! — прохрипел торговец живым товаром и обратился к неудавшемуся клиенту: — Ты кто? Ты знаешь, на кого руку поднимаешь? Сдохнешь! — трясясь от страха получить пулю в спину продавец.

— Я — твоя смерть, если не увижу свою невесту живой и здоровой.

Бандит брыкался еще мгновение, затем сменил тон:

— Давай договоримся. Мы вернем тебе бабу, и ты уйдешь с миром, — елейным голосом предложил он, невольно кося глаза выше головы рыцаря.

— Еще и этих заберу, — кивнул герой на спящих девушек и заметил фигуру на контейнере.

Адонис резко бросился в стену стального ящика. Пуля пролетела мимо, едва не задев продавца. Снайпер-неудачник охнул и упал, когда мощное плечо врезалось в контейнер и приподняло его. От такой демонстрации силы бандиты опешили и не решились сразу палить. Воспользовавшись их заминкой, Адонис потянулся к двери контейнера и выдрал ее. Для Адониса милосердие и кара имели такую же четкую грань, как тьма и свет. По крайней мере, так было до появления Кая, сбившего вымеренные убеждениями весы добра и зла. Поддавшись гневу, рыцарь выбрал карать, а не щадить. Раз эти люди — враги, то получат именно то, что заслуживают враги.

О том, что точно такой же выбор сделал Кай, он старался не думать.



Елена Троицкая

Отредактировано: 26.08.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться