Прояви свой боевой раскрас

Размер шрифта: - +

Глава 1. Ты - часть нового эксперимента.

О, Боже!
Это всего лишь сон. Это сон. Это сон. Знаете, у каждого человека есть страхи. Кто-то панически боится змей, кто-то боится неизведанного, кто-то боится смерти, а я боюсь прошлого, которое приходит в форме снов. И если ночь забирала мои и без того ничтожные силы, то день давал передышку, отвлекая меня и даря источники восполнения энергии. А потом вновь приходила ночь и испытывала, испытывала, испытывала меня, разрывая, ломая, сжигая мои чувства, притупляя чувство реальности. И так раз за разом, напоминая цикл: ночь равна боли, день равен надежде, ночь равна воспоминаниям, день равен восстановлению. И я превращалась в руины ночью, а потом отстраивала себя заново днём. Раз за разом.

Тяжело жить воспоминаниями. Но еще тяжелее жить тем, что хочется забыть. Яростно, бесповоротно и навсегда. И я говорю не про всё прошлое, а лишь про тот день, когда моё счастье проиграло горю, проиграло смерти тех, кого я любила больше всего на свете. Но, как бы я не хотела, тот день я не могла стереть из памяти за те десять лет, которые прошли с того момента. Так что, знаете, я уже не верю, что смогу когда-нибудь изъять эти воспоминания.

Сегодня вместо будильника меня поднял крик тёти Анджелы, которая с кем-то слишком эмоционально выясняла отношения на кухне. Конечно, крик кого-то не самое лучшее начало дня, но что если этот звук стал моим единственным спасением от снов, в которых приходит прошлое?

- Мне этого недостаточно, - голос тётки пылал яростью. – Она стоит больше…

Вдруг её крик оборвал тихий размеренный голос. Слова собеседника Анджелы, к сожалению, расслышать было невозможно.

А сегодняшний день становился намного интереснее всех моих ожиданий, интереснее той рутины, которая преследовала меня. Я устало прикрыла глаза. Если сильно постараться, то еще можно уснуть без вреда для моего морального здоровья. Конечно, сны о прошлом ужасны, но есть у них и плюсы – в течение дня они мне не снятся, посещая меня лишь по ночам.

- Нора! – громкий крик заставил меня распахнуть глаза и подпрыгнуть на кровати. – Нора, быстро на кухню!

Я быстро вскочила и понеслась в пижаме на кухню. Шутки с плохим настроением тёти очень плохи. Медлительность могла бы вылиться мне в какое-то наказание похуже заточения в тюрьме центральной провинции. Мне оставалось буквально два метра до входа, когда я наступала на лапку псу. Маленькое существо разлеглось на довольно выгодной для него позиции, которая открывала вид не только на кухню, но и на мою комнату. Жаль, что это место было выдрано почти на середине коридора. Рэм завизжал и прижал лапку к груди.

- Прости, зайка, - я присела возле него и быстро почесала за ушком. – Прости, прости, прости!

- Нора, - голос тёти дрожал от злости. – Ты собираешься убить собаку и заставить нас ждать?

- Нет, - я закатила глаза, бегло осматривая лапку. – Уже иду.

Я виновато улыбнулась пострадавшему и кинулась на кухню. Со скоростью реактивной ракеты я прибежала на кухню, чуть не налетев на хозяйку дома.

— Опять ты носишься по квартире?! — взвизгнула она в свое привычной манере. Знаете, как скрипит мел о доску в учебном классе? Крик тётки звучал так же. Нежнейший звук, не правда ли? — Невоспитанная! – Анджела уже закипала от злости. Вот только не понятно, почему котёл с её плохим настроением начал варить эмоции так рано. Обычно, эта милая женщина давала волю своему характеру лишь о второй поливе дня, признавая утро священным временем суток, которое свободно от любых криков и скандалов. Но сегодня что-то явно пошло не так. Обычно моя тётя по утрам выглядела ничуть не лучше пещерного человека после тяжёлой ночи на охоте, но в женщине, представшей передо мной очень тяжело было узнать мою горячо любимую Анджелу.

Вечно растрёпанные чёрные волосы были убраны в тугой хвост, глаза были подведены, губы накрашены. Вместо домашнего платья на ней красовались чёрная блузка и красная юбка. Нет, эта женщина никак не могла быть моей опекуншей. Хотя. Чего это я вру. Она могла бы оказаться кем угодно, если бы не произносила ни слова. Могла бы быть секретарём. Могла бы быть риэлтором. Могла бы быть…

- Нора! Хватит витать в облаках! – Анджела схватила меня за руку и грубо встряхнула её до громкого щелчка.

- Довольно, - за моей спиной послышался глубокий мужской голос. Я резко обернулась на своего спасителя.

Перед собой я увидела мужчину средних лет. Он был высоким, практически на голову выше меня, широкоплечим. На вид ему было лет шестьдесят, не больше. Хорошо сложенный, с загорелой кожей. На голове у него красовались седые короткие волосы, которые подчёркивали невероятную голубизну глаз. И запах... Запах лекарств. Так пах мой отец. Знаю, что звучит это странно, но что поделать?!
На нём был строгий брючный костюм чёрного цвета с какой-то эмблемой на кармане. Я не сразу смогла её рассмотреть, пока он не подошёл поближе ко мне

- Доброе утро, Нора, меня зовут мистер Адамс я...
Но я уже его не слушала, а зачарованно смотрела на эмблему. На ней был изображён контур тела человека, вместо сердца у которого зияла красная дыра. По контору была надпись на латыни, мёртвом языке, но я знала, что она обозначает – "количество силы не увеличивает коэффициент знания". Эмблема научно-исследовательского центра, где работали и впоследствии погибли мои родители.
— Мисс, вы в порядке? — спросил меня мистер-как-его-там-Адамс.
Меня охватила дрожь. Всё, что связано с институтом, вызывало у меня волну страха вперемешку с гневом и болью. Всё, что служило напоминанием о смерти родителей, выбивало меня из колеи.
— Да, — нет. Ничего не в порядке. Это они убили моих родителей. Это они меня отдали Анджеле. Это они меня оставили одну. Тут. Я начала трястись.
Чувство, будто меня раздирало изнутри. Будто всё, что копилось со дня смерти родителей, опять хотело попасть наружу. Так же, как в первые часы после трагедии: вылиться в бесконечную истерику. Будто мои демоны вновь пытались показать себя этому миру.
— Нет, — слово вылетело раньше, чем я смогла его удержать. Но сказано оно было не окружающим, а, скорее, самой себе в жалкой попытке успокоить. Просто не стоило реветь тут. Не стоило. Нужно было всего лишь потерпеть. Просто узнать, чего хочет гость. И всё. Кошмар должен уйти. Воспоминания должны уйти. Всегда всё уходило. Всегда всё уходило легко. Так же легко, как земля из-под моих ног. Только вот… Господи, хоть бы не заплакать, хоть бы не заплакать, хоть бы…
— Поздно, — проговорила я вслух, прерывая внутренний монолог. Первая слеза уже катилась вниз по щеке. Тётя Анжела и мистер Адамс смотрели на меня, как на умалишённую. Ну, так обычно смотрят на людей, которые ни с того ни с сего начинают говорить в пространство и плакать по непонятной причине.
— Мисс Борн, — ещё раз начал Адамс, — с вами точно всё хорошо?



Аксинья Смирнова

Отредактировано: 12.04.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги