Разбудить цербера. Книга 1 - Падение

Размер шрифта: - +

11. Харон

Господину Наставнику шел девятый десяток лет. Звали его Перси, но это имя – дело прошлого. Он забыл о нем. Теперь ему привычнее иное обращение: Наставник или господин Наставник. Должностной ярлык заменил родное имя.

Наставник чувствовал в себе душевные и физические силы, проявлял неимоверную работоспособность, удивляя подчиненных.

На склоне лет осветила его разум идея. Озарила, подобно утреннему солнцу. Мысль согрела и разворошила сознание. И при этом многое вспомнилось, что когда-то считал он забытым. Минувшее ожило, будто пыль сдули со старых вещей.

Было время обеда, и, покинув душный кабинет, Наставник отдыхал на балконе. И именно в это мгновение луч той идеи просверлил дырочку в мозгу и разбередил память. Всплыли из прошлого: первая экспедиция в качестве наблюдателя, хранители информации, обнаруженные под слоем песка, стеллажи, случайно найденный рабочим портрет женщины с младенцем на руках – все это заплясало как блики на воде так красочно и отчетливо, что Наставник удивился: «Невероятно, столько лет минуло, а как вчера случилось».

Он встал с кресла и оперся ладонями о балконные перила. Он всмотрелся вдаль, где за стальными коробками зданий пряталось кладбище. Он вспомнил, когда еще не был главой «Комитета», руководство приняло решение устроить на месте найденной библиотеке погост.

Теперь же надоевший вопрос: «Что делать с этим погостом?» монотонно жужжал в его голове. Кладбище не переполнилось, мест пока хватало, но захоронение Наставник посчитал атавизмом. Это наследие древних времен. Зачем занимать территорию, если ее можно освоить для других нужд? А тела, кстати, возможно кремировать или перерабатывать. Тем более это уже практиковалось. Кроме того, с разрешения родственников консервировали внутренние органы мертвеца, восстанавливали их и пускали на второй круг жизни – в трансплантологию. Органы могли пригодиться живым. Остальное – сжигалось. Прах отдавали родне. «Необходимость в кладбище отпала. Пора сравнять его с землей, как мы когда-то уничтожили носители информации. Да, превратить захоронение в свалку», - решил Наставник. И почему он раньше не догадался? Будто голос идеи молчал или не мог пробиться, а теперь смог и продиктовал решение.

Он прошел в кабинет и вызвал секретаря.

- Слушаю, господин Наставник.

- После обеда соберите совет Непорочных Отцов в моем кабинете. Тема: «Состояние кладбища на данный момент и пути его ликвидации».

Секретарь сделал пометку в блокноте.

Наставник погрузился в кресло и вслушался в тишину. Сквозь открытую балконную дверь звуки города не касались его слуха. Серышевск копошился где-то внизу, погрязнув в будничных делах. Работали заводы и фабрики, шумели машины, шагали пешеходы, но вся эта какофония, взлетая к верхним этажам, растворялась в воздухе. От нее не оставалось и следа. И лишь прохладный ветерок через открытую дверь стелился по полу, шевеля занавесками.

Наставник закрыл глаза, загнав мысли на периферию сознания. Он решил немного отдохнуть.

Обед кончился. Началось совещание, во время которого Отцы в основном молчали. То ли они были оглушены решением о создании свалки на месте кладбища, то ли им было все равно. Ни одного слова поперек. Ни случайного жеста, ни взгляда, говорившего, что их волнует мнение жителей Серышевска. Раз свалка, значит, свалка. Не прозвучал голос: «Нет, мы не согласны с этим». Или: «Господин Наставник, нам стоит спешить с ликвидацией кладбища, сейчас не время пускать его под бульдозеры».

Отцы внимательно выслушали текст будущего постановления. А дальше наступила гробовая тишина. Непорочные как-то странно посмотрели на Наставника, будто задаваясь вопросом: «И это все?» Но ни тени сомнения, ни замешательства, ни возмущения, только что-то мертвое и бездушное плескалось на дне зрачков собравшихся.

Один из Непорочных Отцов придвинул к себе листок бумаги и стал что-то писать, потом спросил:

- Господин Наставник, а в какие сроки мы должны уложиться?

- Неважно. Сначала юридическая часть. Потом обязательно мне на подпись, тут понадобиться моя санкция. Ну, а дальше вы знаете. Еще вопросы есть?

Тишина в ответ.

- Тогда все свободны.

Так начались последние дни, а точнее месяцы, существования кладбища. Наставник ожидал возмущения, но горожане в основном молчали. Пробивалась порой волна ропота, но ее словно проглатывал и переваривал в своем ненасытном чреве город. И вновь наступала тишина. Не было открытых протестов, но Наставник жил с ощущением, что под ним находится растревоженный улей. Следует быть осмотрительным: одно неловкое движение и рой сметет его вместе с «Комитетом».

Балансируя на грани, Наставник продвигался к цели. Сначала кладбище закрыли из-за малой посещаемости. Абсурдная формулировка удивила, вызвала иронию, но все обошлось. Административный выверт быстро изгладился из памяти людей. Никто его всерьез не воспринял. Кладбище продолжали посещать, руководствуясь принципом: был бы забор, а лазейка найдется. Но скоро ощерились на могилы стальные зубы уборочной техники. Бульдозеры, грузовые машины, шагающие экскаваторы окружили захоронение. Именно с этого момента и начался ропот, который долго не утихал: «Да, кладбище почти никто не посещает, мы и не спорим, но это же варварское отношение к прошлому. Могилы – это напоминание о минувшем. Где уважение к предкам?»



Евгений Пышкин

Отредактировано: 30.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги