Румбик: Первые шаги

Размер шрифта: - +

глава двадцать первая


                              Глава двадцать первая


     В штаб стражи Тавроса Румбика приволокли в обморочном состоянии: его периодически пинали всю дорогу и особо не церемонились при связывании. Буквально за сто метров до здания куда его несли, юноша свесил голову и уже не отвечал даже матом на тычки и затрещины что ему отпускали победители.
  Бросив задержанного в крохотную клетушку на одного, старший смены по главному рынку отправился на отчёт к следователю, что согласно очереди должен был заниматься беспорядками на рынках города. Постучав кулаком в дверь, по иному он просто не умел-стражник дождался когда ему разрешат войти и протопал медведем к столу у большого окна, за которым восседал ответственный за рынки и расследования преступлений на них, старший сотрудник стражи Тавроса.
  Обменявшись общими фразами и узнав кого притащили на его очередь, следователь отпустил стражников с рынка и вытребовав что бы пришли его люди из штаба и направил их вместе с притащившими нарушителя коллегами осмотреть место преступления, и найти хоть кого ещё, из посетителей рынка, кто бы видел бесчинствования разгулявшегося молодчика в лице Румбика. Судя по рассказам стражи с рынка-там было довольно серьёзное преступление, даже несколько: воровство нескольких кошелей, избиение стражи, устройство городских беспорядков и призыв к мятежу. Всё это требовало свидетелей и желательно не менее двух, на каждый из указанных эпизодов.
  Через час, когда следователь мирно допивал вторую чашу лёгкого вина, прибежали посланные им на главный рынок "штабные" и сообщили что свидетелей-хоть пруд пруди! Но вот то что они рассказывают, как то всё бессвязно и непонятно. Самих свидетелей сортируют и проводят отбор, дабы самых интересных и удобных для будущего суда, пригласить в штаб стражи для непосредственного сбора информации и их клятв под протоколами опроса.
  Со слов вернувшихся с главного рынка следователей, выходило следующее: задержанный юноша обокрал с полстони людей на рынке, причём совершенно непонятно-как и главное зачем?! Буквально заваленный добычей, с мешками монет на плечах, он попытался покинуть рынок но был замечен бдительной стражей-что быстро отняла похищенное что бы вернуть несчастным жертвам злодея и сразу же была атакована подельниками ворюги, которые сбили их с ног и прямо здесь же, на мостовой рынка, принялись вновь делить награбленное-подспудно избивая всех мимо проходящих людей и грозясь вскорости захватить весь Таврос. Благо, по их собственным словам выходило, что союзная им пиратская флотилия уже в порту, а знакомая орда степняков-у стен города.
   Каждый из опрошенных указывает разное о самом воре: кто говорит что тот бежал с штанами полными монет, словно скоморох на представлении и золотые и серебряные кругляши фонтанами сыпались при каждом шаге, вторые утверждают что преступник всё прятал в колпаке у себя на голове и тот колпак был вдвое больше самого воришки. Третьи говорят о многочисленных мешках и корзинах с награбленным, включавшим серебряную посуду и тяжеленные латы, что на своём горбу пытался выволочь негодяй с главного рынка города. Последнее вызывает недоумение, ибо это уже не хитрый, матёрый ворюга, а какой то тягловый верблюд...
  Следователь хмыкнул и с хрустом потянувшись, спросил: "Это всё?". Оказалось, что далеко ещё не всё: одновременно с воровством, негодяй ещё и бесстыже соблазнял дам-налево и направо. Так три в меру честных женщины, клянущихся, но без особой веры им, что все они девушки, утверждали: негодяй домогался всех троих одновременно и прямо на рынке, в присутствии людей, и лишь их природная добродетель и крепость руки не позволили бесстыднику поглумиться над ними. Ещё пара женщин тоже подтверждали что вор постоянно их тискал и делал неприличные намёки, жестами руки в перчатки, нередко переходя к действиям.
--Идиот!-пробурчал следователь,-полный и абсолютный! Пока непонятно что он натворил, так как я сомневаюсь в этих ваших свидетелях, но всё же видимо нам приволокли инициативного идиотика...
  Тут же подспудно выяснилось что задержанный избил с десяток стражников, в том числе громилу Валию, что был главным бойцом ночного панкратиона на рынках Тавроса-бои по которому официально запрещены, но по ночам проводились на базарных аренах полиса для тех кто платил за вход. Арбалетные болты и стрелы из лука-преступника не брали, поэтому пришлось штурмовать из за него питейное заведение и то, он смог ещё двоих покалечить в схватке против двадцати стражей.
  Не успели посланные следователем на рынок договорить, как вбежали гонцы от начстражи города и гегемона. Оба были в в бешенстве: в городе непонятные беспорядки, главный рынок разгромлен, а его охрана-избита! Всё население Тавроса ждёт набега-как пиратов, так и орды кочевников, а для этого собираются в милицейские дружины для отражения нападения и, что особо подчёркивал гегемон в своём послании, хотят сместить всех чиновников магистратов в городе, именно их считая виновными в таком печальном состоянии дел. Пахнет мятежом. По городу носятся истерящие женщины и вырывая на себе волосы клочьями постоянно рассказывают всё новые подробности о ещё не состоявшемся набеге и будущих грабежах и пожарах. Пару нарядов стражи на улицах города уже избили...
  Следователь вскочил и начал быстро ходить по своему кабинету, потом потребовал узнать как там состояние его подопечного и что интересного при нём было обнаружено. Вскоре ему сообщили что преступник лежит "в отрубе" и пока его боятся приводить в чувства, так как ребята из охраны , что его приволокли-очень не советовали этого делать. Обыска пока не проводили, дожидаясь распоряжений.
   Вскипевший от негодования следователь всех послал к чертям и пообещал лично отдать на расправу комиссии по соответствию должностям, если они немедля не приведут в чувства преступника и не осмотрят его.
  Прошло полчаса, прежде чем вернулся запыхавшийся писарь, что отвечал за первые расспросы и осмотр преступника. Его с порога окликнул начальник следователь: "Ну, что он ?"
--Видимо бредит! Или пьян. Хотя вроде от него не несёт...
--Почему?
--Мы когда его в чувства приводили, перед этим вытащив что смогли из карманов и рубахи, так он стал брыкаться и орать что бы его раздели и в обязательном порядке-перчатку сняли. А как наш Старый Хрыч подошёл, что бы дёрнуть за эту самую перчатку-кулаком, в неё надетым,  ему враз мозги отшиб. Того сейчас в чувства приводят. А этот клопёнок в клетке, аж криком заходится , требуя что бы его раздели. Зараза!
--Сильно беснуется?
--На колени становился, умолял. А как мы к перчатке приближались-он чуть ею нам не оторвал всё, до чего дотянуться мог...
--Мда. Буйный. Ладно, давай опись что у него обнаружили.
  Оказалось, что пока Румбика дотащили до штаба тавросской стражи, при нём осталось довольно мало из того что он, по словам очевидцев, награбил на главном рынке: пяток монет-серебряных и медных, пара серебряных цепочек за поясом и там же, но гораздо глубже был обнаружен драгоценный медальон, единственная стоящая вещь из всего что было при юноше. Медальон был из червлённого золота, с камешками драгоценными в орнаменте внешнем и миниатюрным портретом, видимо знатной дамы, внутри.
  Следователь снова хмыкнул и мысленно потёр свои руки: судя по виду представленного ему на стол медальона, его владельцем или владелицей были люди весьма обеспеченные и которые за возвращение данной безделушки выложат весьма набитую мошну. Причём если окажется что дама на медальоне не супруга, точнее не супруга владельца драгоценности, а чья либо ещё-тогда мошна будет набита золотом, а не серебром. Подобные вещи редки в Тавросе и можно просто вычислить владельца, а уж тогда, если он сам не придёт в штаб стражи после объявления глашатаев-следовало навестить его лично и тайно предложить замять дело.
  С радостным ощущением праздника, следователь аккуратно поддел золотую крышку медальона и поднёс его к большому окну, дабы точнее разглядеть все детали и примерно оценить сколько можно получить за находку с владельца. 
  Камни играли на солнечном свете, металл тускло поблёскивал, а вот дама на портрете-совершенно не впечатляла. Уж было захотев закрыть медальон и отправить людей с объявлением на рынок о драгоценной находке, следователь поймал себя на мысли что он ведь раньше видел эту даму, причём довольно часто...
  Вновь поднёс медальон к окну и стал вспоминать, кривя губы в ухмылке, потом внезапно изменился в лице и громко выругался, чем сильно удивил стоящих всё ещё здесь подчинённых.
--Ух йоптить, Ой-йо-йо!!!-следователь заметался по кабинету после чего наорал на остальных людей в нём,-чего стоите увальни?!-по местам! Готовьте допрос этому поганцу: помещение для вырывания признания, "пальцелома" Витьку тащите из дому-живо!
  Когда все разбежались выполнять приказ командира, следователь вновь посмотрел на портрет дамы на медальоне и опять выругался, на этот раз сквозь зубы. На него смотрела супруга начальника стражи Тавроса, Татианна Белорукая, в девичестве-"Танька Белоручка", собственной персоной.
   Каким образом медальон с изображением данной дамы мог оказаться у задержанного воришки-было необъяснимо. Сама матрона вряд ли лично посещала рынки города-брезговала, да и носить собственный портрет в медальоне, было несколько странно. Оставались два варианта: его вор выкрал у самого начстражи, но тогда получается что город охраняет болван, которому собственные карманы нужно зашить, куда уж стражу доверять...да и дерзость вора, в таком деле, казалась следователю фантастичной-либо же матрона отдала свой портрет в качестве подарка поклоннику, а воришка его "увёл" на главном рынке Тавроса.
   Проблема возникала тогда новая-как поступить с медальоном?-если промолчать и оставить себе, хочешь не хочешь а слухи пойдут и тогда начстражи, проведя небольшое собственное  дорасследование, чего доброго его и заподозрит в любви к своей супруге. Если просто доложиться, то...то командир будет в бешенстве грызть всю стражу, причём не поиском очередного воришки-который ему нафиг не нужен, а нахождением соперника.  А где его искать, данного сердцееда-опять загадка.
  Однако вскоре выход нашёлся. Следователь решил доложить начальнику следующим образом: монеты и цепочки найдены у вора в карманах и на поясе, а вот медальон-на груди...у самого сердца! Подобная уловка позволяла решить сразу несколько задач: отбрехаться от нудного и бесполезного поиска реального кавалера супруги начстражи и самому оказать услугу командиру, тем самым доказав свою преданность и компетентность. План созрел быстро: доложиться о найденных вещах и отдельно лично-медальоне, потом допрос вора и его признание, особенно в амурных делишках, потом совместная пьянка с командиром и вытирание тому соплей под возгласы "все бабы-стервы", а уж потом-карьера! Настоящая и по возможности, не без блеска.
  Вскоре после этого прибыл и глава стражи Тавроса. После того как гегемон около часа распекал его на внеочередном "малом городском совете"-клятвенно обещая сокрушить и в порошок стереть, если подстрекатель бунта не будет найдет и ситуация в городе не успокоится, после того как офицеры вначале огорошили его рассказами о потасовках с людьми на улицах и чудо богатырём, что избивал с десяток его стражников одновременно и наконец, после того как настроение ему немного подняли байками: что воришка, который устроил дерзкое ограбление и избиение на главном рынке, по ходу дела ещё и десяток дам "откуртуазил" и всё как бы между делом, они сами об этом постоянно рассказывают-начстражи прибыл наконец в свой штаб. Со смутным желанием усадить своих людей голыми предварительно поротыми лозой  задницами на соль, но без спешки-что бы прочувствовали.
  Узнав кто занимается задержанным на главном рынке, он быстрым шагом прошёл в кабинет следователя и рявкнул: "Ну, что-как продвигается расследование?"
  Следователь встал и поклонился командиру, чем сильно удивил последнего, потом прошёл к двери и в молчании затворил её плотно. С печальным видом вернулся к удивлённому начальнику, что пытался понять что за новые церемонии теперь введены во вверенной ему службе и тихо произнёс: "Разрешите начать отчёт?"
--Да, ясный пень! Ты чего тут за ритуалы проводишь? Чего расходился то и двери прикрыл?
  Следователь с горестным видом, что бы начальник оценил, начал рассказывать о беспорядках на рынке, потом перешёл к рассказам дам о домогательствам к ним-чем вызвал хмыканье и смешки начстражи и наконец, после наигранной заминки, описал всё что изъяли у задержанного и протянул медальон командиру.
  Последовала тяжёлая минутная пауза, в течении которой начстражи лишь ошалело пялился на вещицу, а его подчинённый не переставал вздыхать, словно родственник на похоронах крупного наследстводарителя. Потом главный стражник Тавроса цапнул быстрым движением медальон и раскрыв его громко охнул. Вскочил и немного пробежался по кабинету, присел и заорал на следователя: "Откуда?!"
--Отобрали у задержанного с главного рынка: монеты и цепочки носил за поясом, а это-у самого сердца, под рубахой.
  Стены, пол и потолок-заходили ходуном у начальника стражи: всё что он слышал о "женолюбной доблести" преступника, то, с чего так часто за сегодняшний день хмыкал-теперь ему припомнилось и било медным тазом по его голове. Все эти "откуртуазил  сразу по три бабы за мах" и прочая и прочая...
  О собственном медальоне, что похитила Рука у него несколько часов назад, главный стражник в своём горе просто позабыл. Ему так отчётливо представились все его ночные отлучки к городским куртизанкам и его супружница, как оказалось, не терявшая времени даром, что он взвыл и подпрыгнул до потолка: "Танька-стерва! Задушу! Я же ей заразе-каких только платочков не дарил, да и прочего-всего...а она-ууух!"
  После заламывания рук и прочего, начстражи немного успокоился и произнёс: "Я домой метнусь-надо. Очень! Потом, когда разделаюсь с домашними...делами. Хм, вернусь сюда. Ты этого поганца допроси, со всем пристрастием, понял?" -увидев трясущего головой следователя продолжил,-" потом уж и я добавлю ему...Таких, что устраивают беспорядки в городе-гегемон позволяет и четвертовать и колесовать, поглядим что выбрать..."
  После того как начстражи покинул в гневе кабинет и бросился вприпрыжку пешком к себе домой, что был довольно далеко от штаба его службы, следователь довольно потёр руки и хихикнул, потом налил себе в кубок вина и проговорил негромко: "Всё. Моя взяла!-повышение и вхождение в команду. Уж теперь я развернусь!". 
  Вскоре прибыли люди и сообщили что к допросу всё готово и следователь, ухмыляясь как кот объевшийся сметаны, стал спускаться в подвалы штаба стражи.
  В это самое время начстражи прибежал в своё поместье и заскочив в бешенстве в дом, стал орать: "Таааанька-выходи зараза! Смерть вам-стервам!"
 Никто на столь радостное приглашение не явился и хозяину дома пришлось искать спящую в людской служанку и от неё узнавать, что хозяйка на террасе, в небольшом садике на крыше дома, что ей всегда нравился в качестве места созерцания на Таврос и его жителей,  копошившихся внизу.
  Забежав, в трижды три секунды на верхние террасы, что делили с мансардой поровну верхний этаж особняка, начстражи громогласно объявил: " Молилась ли ты Богу, Танька?!"
--О, карапузик, привет,-ответила ему супруга, лёжа в мягком кресле под небольшим лимонным деревом и такими же кипарисами в кадках,-что такое: мой пузанчик хлопнул лишнего вина или гонялся за фальшивыми монахами, что собирали пожертвования для липовых святых, что бы те немедля воскресли и исцелили всех от чего нибудь?
  Глава стражи Тавроса с ненавистью поглядел на разомлевшую от солнечных ванн супругу и заорал: "Молчи презренная! Ты-самка! И все твои деянья оттого..."-далее он не смог подобрать приличных эпитетов, а орать с веранды третьего этажа, как привык в кабинетах Стражи, ему совершенно не хотелось. Пока его не слышали-могли принять за приличного человека, а вот после...кто их знает?
--Пузанчик, ты чего? Опять хочешь поиграть в "Клеопатру и Цезаря завоевателя"? Тебе вредно на солнцепёке, быстро утомишься и заснёшь или сердце заколет, как в прошлом месяце.
  Хозяин дома вновь уставился на свою супругу, бывшую почти вдвое выше его ростом и примерно имевшую такие же преимущества в остальной комплекции и скрывавшей свои полтораста килограммов, под весьма дорогими накидками и просторными платьями на ромейский вариант, без корсетов.
--Уууу, зараза похотливая-пред кем метаешь ты свои портреты, аки бисер?-опять завыл мужчина и указал толстым волосатым пальчиком в бюст жены,-и что хранишь ты на своей груди?!
--Гриммо...-спокойно произнесла женщина
--Аа-а-а-а!!!-завопил её супруг и в беспамятстве от злобы залез пятернёй меж "спелых дынь" жены, но тут же отдёрнул руку и быстро залопотал,-а чего там так холодно и скользко?
  Из бюста Татьяны Белорукой показалась голова небольшой ящерки, она показала язык мужчине и полезла назад. Женщина уставилась на мужа: "Ты чего-взбесился? Чего малыша пугаешь? Ему здесь у нас-сушь, вот и прячется где сможет. Ты же раньше сам смеялся,  когда его там наблюдал. Чего ты такой резкий и грубый стал, что случилось?"
  Решив что не стоит больше узнавать, что за ящерицу греет или наоборот прячет от солнца на груди супруга, начстражи заорал вновь: "Признавайся или задушу!!!" и в беспамятстве кинулся к весьма обширной шее женщины.
   Но полноценная семейная драма быстро превратилась в фарс: дородная дама парой оплеух своих мощных дланей, остановила подпрыгивающего как волосатая блоха супруга и схватив его за шиворот слегка приподняла над землёй, после чего начала трясти и орать: "Ты если "набулькался" на службе или голову напекло-сходи проспись, понял?! Мне надоело разгадывать твои шарады! А по поводу рукоприкладства, я тебе ещё в нашу первую ночь всё объяснила: когда загнала в ларь и заперла, заставив из него просить прощения...или ты хотел просто старое вспомнить и оживить наши отношения?"-неожиданно смягчившись спросила Татьяна Белорукая и заглянула с любопытством в вытаращенные глаза мужа.
  Начальнику стражи Тавроса приходилось нелегко: его инициативу перехватили и сейчас он сам был скорее жертвой насилия, а тут ещё и Гриммо, ящерка что подарили его благоверной купцы из Персии-выпрыгнул из обширных закромов хранящих бюст женщины и вмиг стала карабкаться по короткой шее мужчины, желая взобраться на голову и всё же погреться на солнышке, именно там, на удобной и почти лысой загорелой до бронзы полянке.
--Ай, зараза!-пискнул начстражи, когда Гриммо стал царапать его лапами по голове и тут же вспомнив о ещё одной такой же, что держала его на весу-прокричал в лицо жене: "Я всё знаю о твоих шашнях-не отпирайся! Всем подряд свои пальтретики раздаёшь, в золотых медальончиках, а? Чего молчишь-стыдоба глаза закрыла? Ты-гулящая...вот!"
  Татьяна побагровела и уставилась на супруга помутневшим взглядом, потом процедила чётко и медленно произнося слова: "Не смей так говорить! Я не давала повода, что бы..."
--Буду, буду,-верещал мужчина, словно в детстве перед матерью, всё ещё болтая короткими ножками над полом террасы,-вот тебе. Тьху! 
  Он успел плюнуть в лицо женщине и тут же схлопотал пощёчину, от которой у него перехватило дыхание и потемнело в глазах. Когда через пару секунд он пришёл в себя, то обнаружил что супруга переносит его тело из границ домовладения-на улицы Тавроса: "Подумай о своём поведении. Проспись или просто пройдись пешком. Развейся. Вечером не забудь извиниться." Сказав всё это, женщина стала опускать начстражи куда то, где небыло уже привычных стен дома.
--Ты что?! Зайка, птичка, роза-ты чего?!-террасы же на мансардном этаже, а это третий по счёту от земли!-завопил дурным голосом мужчина, подозревая что сейчас его разобьют в лепёшку и это будет тем несправедливее, что честнее бы он сам поступил-задушив жену собственноручно.
--Не бойся: я скину тебя на раскидистую акацию-она колючая и это будет тебе уроком, но при этом развесистая и ты лишь слегка ободравшись окажешься вне дома. Я не хочу видеть тебя в таком состоянии хотя бы до позднего вечера. Пока.
  Рука Татьяны отпустила отчаянно трепыхавшегося супруга и тот свалился, пролетев не более полутора метров, на вышеуказанную акацию. Ойкнул, жалобно пискнул и наконец громко стеная стал сползать по веткам, ежесекундно вздыхая при новых уколах о шипы. 
   Вскоре прохожие могли видеть невысокого кряжистого мужчину с животиком, в хорошей, но как то странно изорванной одежде, быстро бегущим в сторону штаба городской стражи и бубнящего себе под нос: "Приведу негодяя-посмотрю на её реакцию! При ней надаю ему пинков и затрещин, и если бросится защищать...то пропала окончательно! А если нет, значит стала совсем гулящей и этих кавалеров у неё-пруд пруди! За-ра-за!!!". Мужчина всхлипывая несся к главному занию стражи и мечтал о скорой расправе над обидчиком и возможно, если очень сильно повезёт, то и супругой.



Александр Никатор

#11637 в Фэнтези

В тексте есть: юмор

Отредактировано: 18.03.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги