Румбик: Первые шаги

Размер шрифта: - +

глава двадцать пятая


                          


    Оставшееся утро и почти весь день-Румбик провёл в беспамятстве, под одним из пяти деревянных мостов квартала, известного в Тавросе как Подмостовье. Воды, в некогда протекавших под ними речушках, давно уже не было и обычно там ютились бездомные, те, кому не удалось найти жильё в домах или как говорили местные: "Не удалось найти угла в самом городе".
   Обитатели Подмостовья верили что им когда либо ещё улыбнётся удача и постоянно рассказывали друг другу истории с возможными примерами их будущей жизни: что вскоре их район застроят большими четырёхэтажными домами, для съёма покомнатно и их всех возьмут на работы при домах, и обеспечат комнатами в новостроях. Однако время шло, а под ждущих своего персонально Эдема обитателей данного квартала-мёд рекой так и не начинал течь...
   Более того, когда один из богатых негоциантов было заинтересовался участком земли, рядом с ними, то приказал своим холопам и приказчикам начать гнать прочь лишних бездомных "соседей" и всячески их обижать, что бы не мешали развитию его "царьградского площадного комплекса": лавкам дорогих товаров, бане-прямо с девками сразу, десятку "наливаек" и нанятым скоморохам, что должны были веселить людей когда те устанут бродить по всему этому великолепию и утомятся от покупок или услуг. Это сделало жителей Подмостовья прожжёными циниками и апокалиптиками, ожидающими конца света с минуту на минуту и спокойно принимающих очередную жизненную неприятность, словно так и должно было быть.
   После постоянных вышагиваний ночью и бурно проведённого утра, Румбик отрубился сразу- как только артефакт его бросил рывком на чью то грязную подстилку и лишь изредка приходил в себя, жалобно прося пить. Перчатка властно щёлкала пальцами и очередной завсегдатай моста бросался к юноше и протягивал кувшин мутной воды из старого, почти нерабочего колодца.
  В моменты периодического возвращения в реальность, из сладких снов с пышнотелыми девами чешущими ему пятки и многих гор золота, Румбик заметил что Рука является явным авторитетом для всех рядом суетящихся людей: раздаёт им постоянно какие то приказы знаками и те послушно бегут выполнять, низко кланяясь чуть не до самой земли, властной перчатке.
  Ближе к вечеру воришка наконец пришёл в себя окончательно: он протёр глаза и потянулся. По очередному щелчку Руки ему подали вяленой рыбы и кус старого хлеба, что он быстро и проглотил, испытывая невероятный голод.
  Местные вокруг него все были напуганы. Видимо, как понял юноша, Рука уже успела раздать им немало плюх, пока воришка был в мире грёз и "подмостовные обитатели" больше не рискуют ей в чём-либо отказывать. Большинство из них отводили взгляд или старались вообще не попадаться на глаза, приходя лишь по вызову щелчками, от перчатки.
  Румбик, поев и попив, задумался над своим новым положением. Сперва оно казалось настолько отчаянно плохим, что проще было сразу утопиться. Однако поразмыслив немного, он для себя определил основное: перчатку можно напугать, чем именно сказать пока сложно-но можно! Возможно водой для отмакания или же какими мазями и притирками, но их она опасается и это важно. 
  Другое дело что незаметно окунуть наглый артефакт в них-нет практически никакой возможности: опыты с тазом у Хозяйки и позже с мазями алхимика Потравника, это показали  наглядно-перчатка немедленно среагировала и как! 
  Теперь за Румбиком гоняются свои же, надеясь наказать за то, чего он не совершал. Да и алхимик, когда придёт в себя, то сразу отправится к Хозяйке жаловаться на её "шелеста" и соответственно будет лишь новое обвинение в предательстве и нарушении неписанных правил. Вывод из всего этого был прост: действовать придётся в одиночестве.
  Мимо прошаркал один из постоянных жителей Подмостовья и харкая куда в сторону просипел кому то, кого Румбик не видел: "В городе непойми чо деится. Точно говорю! Стража собирается в большие отряды и снимает большинство постов и патрулей на улицах, и площадях. Люди трындят о каких то проверках, а банды в городе так и рыскают-ищут кого то. В такой обстановке им привычно работать совершенно не с руки: все опасаются всех и настороже!"
  Румбик чуть не подпрыгнул на своей подстилке под мостом-вот оно! Решение было простым и очевидным: раз в городе переполох и все настороже, нужно влезть в какой особо охраняемый дом и подставившись-быть пойманным. Был конечно шанс что люди его задержавшие-могут неслабо побить воришку, зато и легендарную перчатку снять попытаются и на этот раз юноша будет им всячески помогать.
  После краткого мига блаженства, от найденного способа избавиться от Руки, пришло время новых пристальных раздумий и сомнений: куда проникнуть, как рассчитать свои действия что бы именно побили, а не утыкали арбалетными болтами и стрелами? В конце концов Румбик остановился на проникновении в городскую казну Тавроса, хранилище денежных сундуков и важных документов. 
  Несмотря на то что это было одно из самых охраняемых зданий, его сторожили особые бойцы, гвардейцы: ещё часть постов была от городской стражи, а другая-от солдат что охраняли квартал магистратов и самого гегемона. Просчитав в уме всё что знал, юноша пришёл к следующим выводам: в частном доме можно нарваться на перепуганных слуг и получить страшные увечья, да и гарантии что такие противники справятся с Рукой, судя по поместью Никифора Дукса-никакой. В Хранилище же ему будет противостоять гвардия- сильная и подготовленная. Если им сразу засветиться, что бы они не опасались массового нападения-то они быстро оравой скрутят самого воришку и его беснующуюся перчатку на левой руке, а уж там...куда вывезет!
  Заметив что местные побрели куда то к костру, видимо готовить поздний обед или ранний ужин, юноша потряс головой и осторожно приблизив свою левую руку к своему же лицу, прошипел: "Ты что творишь?!"
  Артефакт, до этого совершенно недвижимый с добрые полчаса, вмиг ожил и тут же сжал кулак у самого носа воришки. Но на этот раз юноша не испугался и не запротестовал, а вновь прошептал в ответ: "Ну и...чего добиваешься? Что ты можешь: кошели у лопухов вынимать, стражников по голове бить, да медальончики доставать?-ерунда всё это! Ничего крупного, значимого-ты сотворить не в состоянии! Так, мелочёвочка..."
  Перчатка плавно разжала кулак и нетерпеливым жестом предложила Румбику развивать благодарную тему дальше. Воришка немного выждал и радуясь что пока что всё идёт как он и  задумал, продолжал: "Надо совершить что то значительное-ограбить гегемона, или кого из аристократов...Да туже городскую казну Тавроса, знаменитое Хранилище! Там всего много: золота и серебра, каменьев, чего ещё..."-Не успел Румбик договорить, как Рука подняла большой палец вверх и радуясь, словно щенок своим коротким хвостиком-затрясла им в воздухе. Потом быстрыми махами заставила юношу немедленно встать и направиться в ближайшую харчевню, что имела небольшой садик и обслуживала посетителей  прямо в нём.
  Кинув небрежно, непойми откуда взявшиеся монеты, подскочившему служке и указав властным жестом на множество копченного мяса на верёвках и жбан воды, вместо обычного здесь к мясу вина, в качестве заказа-Рука  потребовала у воришки подкрепиться по-плотнее и на вопрос Румбика когда готовиться к делу, лишь указала на Солнце и плавно сделала пальцами шаги по лестнице вниз.
  Воришка закашлялся и уставился на перчатку в недоумении: "Как только солнце зайдёт?! Уже сейчас что ли?!!"-Большой палец вновь был ему ответом.
--Да там же охраны-немерено! Хоть какой план надо составить...-стал мямлить юноша, уже начавший сомневаться в своей задумке об удачной подставе в Хранилище. Уверенная до оторопи Рука жестом показала что всё будет в порядке и пускай он не переживает.
  Когда через пару часов преступная пара зашла на центральную площадь Тавроса, где за зданием ратуши и пожарной службы и высился донжон, служивший Хранилищем казны города-солнце уже почти село и патрули на площади медленно вышагивали с факелами или фонарями.
  Узнав от Румбика где именно находится нужный им объект-Рука тут же потребовала, несильными щипками, что бы они ушли с площади и неспеша побродили по ближайшим к площади улицам. 
  Повстречав одинокого маленького стражника, бывшего примерно одного роста и комплекции с юношей, и видимо шедшего в одиночестве с дневного дежурства-Рука резко указала на него и потребовала у воришки приблизиться. На все протесты носителя перчатки-последний получил чувственный удар в бок и вынужден был подчиниться насилию.
  Дальше всё оказалось просто: Рука, одним поставленным ударом в затылок опрокинула на землю в беспамятстве стража и заставив Румбика раздеть его-помогла юноше облачиться в кожаный жилет, широкие штаны и шлем поверженного охранника городского покоя. Потом перчатка приказала вернуться к самому Хранилищу и Румбик, взяв факел и оружие стражника, направился с тяжёлыми думами к городской казне, в душе подозревая что так просто, как он вначале мечтал-уже точно не будет.
  Пройти к зданию Хранилища оказалось нелегко: всюду, как только наступила полная темнота, на площадь перед ратушей стали стекаться патрули-стражи, гвардии Тавроса, пожарной службы, наёмные команды аристократов. Гегемон и верхушка города ждали очередных бесчинств неуловимых бандитов и исполнения их угрозы поджечь ратушу. Было принято решение ослабить патрули и охрану везде, кроме городских ворот, порта и самой ратуши, и ожидать нападения именно там. 
  Одетого в форму стражи Румбика спокойно пропустили на главную площадь, однако когда у него спросили пароль-он чуть не умер от страха. 
  Опытная Рука легко шаловливо ткнула спрашивавшего в живот, дружески с юмором хлопнула по плечу и спине и тот, оказавшийся пятидесятилетним толстяком, в кольчуге и с явным выпирающим животиком, со смешком пробасил: "Да ладно-вижу что свои. Ты ту это-осторожней! Все ждут банды, если чо-ори! Наши будут прятаться там"-и разговорчивый расспрашиватель паролей указал на какой то тёмный проулок. Артефакт тут же показал ему большой палец и щипнув уже юношу за ногу, указал продолжать движение к Хранилищу, что теперь было лишь немного различимо в сильном полумраке.
  Хранилище стало казной Тавроса лишь полвека назад: крепкий донжон, сделанный генуэзскими мастерами немного изменили-полностью заложив окна на втором и третьем этажах камнем и сделав там склад монет и драгоценностей. На первом этаже располагались посты, на четвёртом и верхней площадке-смотрители и арбалетчики.
  За все пятьдесят с лишним лет, Хранилище пытались ограбить лишь три раза: два раза это были в меру наивные налёты наёмников или бандитов, которых всех уничтожали уже на первом этаже, в путанной веренице дверей и решёток блокирующих массовые передвижения. 
   Зато третий раз, совершённый нанятым городскими магистрами норвеем Фраэдериксом Биг де Беээром, даже вошёл  в поговорку горожан: хитрый норвежец, после нескольких лет честной службы стал инструктором для гвардейцев, что посменно охраняли дворец гегемона и Хранилище, вместе с городской ратушей и в один из дней, когда заступил на дежурство  старшим поста меченосцев на первом этаже городской казны-подсыпал сонного снадобья в пищу всем свои людям, тогда была мясная похлёбка и те дружно заснули под успокаивающие разрешения на это, самого их старшего смены.
   Наверх, к стрелкам на площадке, наёмник норвежец поднялся сам и объяснил что по личному приказу гегемона снесёт часть мешков тому во дворец, ибо есть подозрение что недавние гости, италийские купцы, дали "порченной" монеты вместо поставленной солёной рыбы.
    И всё бы было ничего и данная афера удалась, но уже вынеся два сундучка "пятитысячника" и мешок с золотом-отправился скупердяй Фраэдерикс за очередным сундуком. 
  Взяв напоследок самый большой из тех что только мог дотащить-попытался с ним пройти в двери. Была безлунная ночь и даже при фонарях и факелах плохо видно что-либо: тяжёлый сундук весом за три пуда и сильно уставший предыдущей переноской сум норвежец-всё это вылилось в дурацкое падение, когда сундук зацепился своим углом за дверь и упав с грохотом и звоном-сломал ногу гвардейца вора. 
  Когда прибежали на шум стрелки сверху и обнаружили меченосцев на проверочном посту первого этажа спящими, то сразу бросились как за лекарем, для воющего от боли норвея-так и усилением из гвардейцев, что отдыхали в казармах и послали спешно за самим гегемоном. 
   Вскоре Фраэдерикса повесили, как шутили в городе-"за девяносто девять тыщь монет", а местные воры и с ними связанные обыватели, стали рассказывать об этом случае байки, как о примере жадности: "Мол, неуёмная жадность и неверная оценка своих сил-погубили этого поганца норвежца, Фраэдеэрикса Биг де Беээра и его судьба служит хорошим примером и уроком для всех тех, которые..."
  Позже, что бы обозначить схожую ситуацию с той, ставшей почти легендарной и дабы постоянно не употреблять длинное имя скандинава и всю уже порядком приевшуюся и известную всем историю, жители Тавроса стали говорить коротко: "Жадность Фра-эра сгубила", обозначая этим похожий  случай глупости и безмерной жадности, испортившей верное дело.
  Румбика, с артефактом на руке, встретил патруль у дверей Хранилища: два его одногодка, высоких и крепких, и видимо старший в патруле-пожилой усач. Однако Рука не стала терять времени и рассусоливать, и пятью ударами в голову и тремя под рёбра-уложила всех троих недвижимыми на землю. Особо никто не пискнул при этом, а если что и было, то звук потонул во множестве шарканий стражников на площади, коротких смешков и постоянном кашле, слышном из разных сторон массового пребывания патрулей, в ожидании возможного поджога ратуши.
  Перчатка осторожно постучала в смотровое окошко большой окованной двери и дождавшись пока там кто то не выглянул посмотреть на просящегося-мигом схватила, снизу вверх, за нос стражника-скорее просто быстро воткнула два своих пальца ему в ноздри, незаметным по быстроте тычком и когда стражник у двери что то заблеял от неожиданности, показала свободными большим и указательным пальцами, что засов надо отпереть.
   Под угрозой своему носу, охранявший двери меченосец снял запор и щёлкнул замком-тут же Рука ударила его лбом об дверь и тот свалился на пол, лишь слегка охнув.
  Румбика толчком в бок заставили отпереть входные в Хранилище двери, после чего он и Рука, напару,  в чём юноша не сомневался что именно так это опишут свидетели-стали осматривать помещение, ожидая атаки остальных гвардейцев.
   Однако на первом этаже Хранилища, никого, кроме потерявшего сознание "привратника"-больше не было: гегемон посчитал что грабить городскую казну, когда столько людей из стражи и гвардии бродит по площади перед ней, никто не станет и сняв всех, как он считал "лишних людей"-отправил их в усиление засады на неведомых поджигателей ратуши.
  Поняв наконец что в помещении первого этажа они одни, перчатка заставила воришку перенести троих стражников с улицы сюда же и всем охранникам закрыть рот кляпом из их собственных одежд, и связать руки за спиной. 
 Потом Румбик осторожно прикрыл внешнюю дверь, не запирая, по указке Руки-дабы не звенеть лишний раз и не привлекать внимание стрелков на верхних уровнях донжона, и взяв фонарь стал осматривать замки на дверях и решётках, что делили первый этаж Хранилища на десяток клетушек и комнат, отделённых друг от друга, словно лабиринт. 
  Наконец юноша вздохнул и с нескрываемым облегчением произнёс: "Не...не смогу. Здесь всё слишком сложно для ме..."
  Закончить мысль он не успел, так как Рука шустро выудила у него же из-за пояса некую продолговатую железяку и в пару ловких уверенно отточенных движений открыла замок, на первой из решёток. Сделав это, она легонько пихнула юношу далее вглубь первого этажа. В течении следующих пяти минут все двери и их запирающие замки были отперты, в том числе и те четыре, что охраняли лестницу в помещения выше, где и хранились непосредственно главные городские ценности.
  Несчастный воришка разочарованно развёл руками, получив за это подзатыльник от перчатки: вместо задуманного хитрого плана по сдаче властям себя самого и избавлению от надоевшего артефакта-он похоже всё же ограбит казну города и к  погоне за ним, кроме воров и стражников, прибавится ещё гвардия и все службы магистратные города...Румбику как то сразу взгрустнулось-с тоской и печалью. 
  Перчатка вновь схватила, как и прежде не раз случалось, задумавшегося юношу за одежду и рывком вбросила в верхние помещения с сундуками. Пошарив, она быстро нашла трут и огниво и вскоре самостоятельно зажгла новый светильник-сунув его в правую, "бесполезную", руку своего носителя.
  Преступная пара, вор неудачник и его матёрая "рукавичка" , начали обходить первый из двух этажей заполненных ценностями. На нём стояло с два десятка сундуков с матерчатыми бирками: "Серебро. монеты" и всего три небольших-с золотыми аналогами содержимого внутри. Каждый сундук с монетами, по примерным прикидкам Румбика, а он просто заметил наличие ручек на них-должны были тащить не менее шести человек: по одному спереди и сзади и пара по бокам, с каждой стороны.
  Были сундучки и ларцы поменьше. В паре шкатулок Рука, быстро их отперев, обнаружила различные ювелирные драгоценности, с камнями и без. На полках стеллажей, облачённая в материю, высилась пирамида слитков: три сотни пятикилограммовых серебряных и двадцать пять "трёх" золота.
  Юноша мысленно присвистнул при виде данных запасов и стал раздумывать, что и как им лучше взять: драгоценные изделия, да с каменьями-конечно дороже, но их ещё надо суметь продать. Слитки металла-тяжелы и ненужны, тем более когда рядом есть чистая монета,  которую не надо потом ещё менять. Монеты без вопросов примут все торговцы и за них можно быстро убраться из города на галере, или напрямую договориться со стражей...
 Очередные раздумья были прерваны щипком за бок Рукой: она властно потребовала жестами, что бы Румбик собрал в кожаные мешки около тысячи золотых монет и две тысячи-серебряных. Придирчиво сама отобрала ценности из ларцов и шкатулок, толчками и постоянным отбрасыванием правой руки своего носителя, показывая что не доверяет выбору юноши и аккуратно уложила все отобранные ценности в специальную, из слоновой кости, шкатулку-толщиной всего в три пальца взрослого мужчины. 
   Как заметил воришка, исполнявшей теперь привычную роль прислуги за всё: Рука выбирала драгоценности с большими камнями внутри, иногда просто выдирая одни камешки своими пальцами или выковыривая их об углы полок. Когда наконец сбор добычи был окончен и  юноша собрался было водрузить захваченное на себя и начать спуск, артефакт медленно покачал перед его носом указательным пальцем и быстро протянул его в сторону потолка.
--Выше этаж осмотрим?-догадался Румбик, и получив утвердительный ответ в виде большого пальца, плаксиво законючил шёпотом.-Да зачем? Что там такого? Мы же и так выбрали себе столько, что я могу не донести.
  Перчатка уверенно потрепала нытика по щеке и вновь указала на лестницу на третий этаж донжона. Вздохнув Румбик подчинился.
  Здесь оказалось интереснее с самого начала: Рука сразу, быстрыми умелыми движениями открыла замок на окованной дубовой двери, но за ней оказались решётка и ещё одна дверь. Пока Рука возилась с их отпиранием, юноша удивлялся таким мерам предосторожности и гадал, что же такого можно хранить так запирая, если золото и камни-всего за одной дверью держали?
  На новом этаже вновь было много сундуков, но главное-шкафов, вроде тех в которых обычно держат книги. Подойдя ближе, воришка понял что тут везде и хранятся различные документы: книги, манускрипты, свитки.
  В очередной раз дивясь такой странности властей Тавроса, он всё же раскрыл парочку из небрежно сложенных свитков из резного ящика с надписью "Случаи и происшествия. Важные люди. Знать" и взяв из середины наобум, прочёл: "Новонозначенный начстражи города, во время свадьбы с Татианной Белорукой-попытался пронести её на руках до кареты, но не удержался на ногах и свалился в пыль. Потом была недолгая сутолока, из которой он поднялся с чётким следом от руки, на левой щеке."
  Юноша хмыкнул и начал понемногу догадываться, что за документация держится под охраной, наравне с золотыми монетами-Неприятные факты или "чернуха". Потом продолжил читать далее всё новые свитки: "Список граждан купивших себе звание знатных"-там указывались люди, в основном иностранные купцы греки и италики, что заявили при покупке гражданства Тавроса что являются баронами и рыцарями, но на самом деле так за всё время проживания в Тавросе, ни разу этого не подтвердившие. Рядом стояла приписка другим почерком: "Рыпнутся избираться в магистраты-придушить! Или пускай за нас идут!" и некий значёк, вроде закорлючек в виде смеющейся мордашки.
  Перчатка потянула воришку в какой то тёмный угол и пока Румбик пытался понять куда его привели, сама опустила ниже правую руку юноши со светильником и схватила несколько листов из кожаной папки с замком. Потом спрятала выуженные документы за пазухой у юноши и знаками показала что пора уходить.
   Радостный воришка быстрым шагом спустился на этаж ниже и когда уже было принялся с удовольствием собирать награбленные ими ценности и укладывать, связывая поудобнее, на себе-получил толчок от Руки в бок и сразу палец у своего рта, что бы ничего не говорил: внизу кто то расхаживал по первому этажу Хранилища, с расположенным там постом охраны и негромко переговаривался.
   Румбик на секунду остолбенел, потом мигом вспомнил о своём недавнем плане попасться в руки закона и просиял: он в замкнутом помещении, а на площади, прямо перед ними-несколько десятков вооружённых стражей. Его скрутят, как это случилось недавно на главном рынке Тавроса и вся недолга. Таким образом легендарная перчатка всё же покинет его тело и он, пусть и ценой избиения и некоторого времени в тюрьме-станет свободным, во всех смыслах, человеком!
  Украдкой бросив короткий взгляд на поводящую пальцами в предвкушении развития событий Руку, воришка взял и как бы случайно бросил горсть монет на подобную россыпь, в открытом сундуке. Раздался металлический звон, хотя и не такой громкий как он бы желал. Артефакт тут же  ударил его в живот, заставив согнуться вдвое, а люди внизу тут же замолкли и стали видимо красться по лестнице к ним наверх, так как лёгкие шаги и скрип деревянных ступеней быстро приближались.
 --Давай сдадимся.-предложил встающий с пола юноша, перчатке. Та медленно вынула небольшой кинжал из за его же пояса, о котором он даже до этого и не догадывался, и уверенно приставила его к горлу "предлагателя" сдачи. Румбик быстро сглотнул пару раз и стал с перепугу обещать"быть с ней до конца".
   Когда дверь рывком отворилась и кто то проорал дурным голосом: "А ну-выходи!",  Рука запустила в первого противника отобранным светильником и пока пришедшие с воплями толпились на лестнице-рывком бросила Румбика прямо на них. 
  Юноша, сделав пять быстрых шагов, врезался в кучу одетых как и он, стражников и начал с руганью вместе с ними выбираться из кучи малы, во что превартились трое новичков и он сам. 
  Факелы горели лишь возле входной двери, так как при падении с лестницы новопришедшие свои потеряли, а румбиков светильник стал метательным оружием. 
  Перчатка в суматохе сориентировалась первой: она рывком подняла Румбика на ноги и раздавая тяжеленные удары ничего не понимавшим в суматохе стражам, которые в полутьме видели лишь им же знакомую и привычную униформу-быстро направила тело воришки к выходу. 
  По непонятным причинам, возможно просто страху, никого из ранее связанных Румбиком патрульных или охранника первого этажа, пришедшие новички так и не развязали и они продолжали лежать с кляпами во рту и руками за спиной.
  Выскочившей на улицу преступной паре-путь был преграждён двумя высоченными гвардейцами, что видимо подошли недавно. В латах и с мечами на поясе, они выглядели грозно. Когда из оттопыренных карманов юноши стали сыпаться излишки монет, видимо сунутых туда ранее запасливой Рукой, один из гвардейцев насмешливо проговорил, доставая меч из ножен: "Что, стража теперь дополнительно зарабатывает на кражах из казны города?" и они с другом коротко хохотнули.
  Артефакт тут же спрятал листы, выкраденные в Хранилище, поглубже в одежду юноши и достал короткий кинжал. Гвардейцы на доставание кинжала ответили стандартно: они попытались не медля ни секунды, что бы не получить удар в живот в темноте-зарубить первыми Румбика, своими мечами. Однако Рука ловко подставляя кинжал постоянно отводила любые удары или заставляла мечи гвардейцев мешать друг другу, при уколах. 
   Юноша постоянно отскакивал и вопил, боясь как оружия в "руках Руки", так и нацеленных на него мечей гвардейцев. Румбик стал похож на цирковую обезьяну на привязи, что нелепо подскакивает и верещит: пока его правая рук нелепо дёргалась в воздухе, а ноги отплясывали немыслимые фигуры танца-сам он ежесекундно верещал и чуть не начинал выть от страха. Рука же весело фехтовала, умело и спокойно.
  Пару раз находясь в состоянии паники Румбик пытался перебежать на сторону гвардейцев, надеясь ногами приблизить себя к ним и спрятаться от назойливого артефакта, оседлавшего его левую руку, за их спинами. Гвардейцы  принимали это за лихой манёвр с целью их обойти и с криками отступали, думая что неизвестный противник приготовил им смертельный выпад. 
 После третьей попытки, один из гвардейцев подскользнулся и повалил товарища за собой на землю. Перчатка тут же выбила у них мечи из рук и разрезав пояса на их штанах и сами штаны кинжалом-убежала, несомая воющим в страхе воришкой, во тьму.
  Гвардейцы переглянулись и стали делиться впечатлениями от случившегося: "В него как бес вселился-точно!"
--Да уж, матёрый такой. Фехтует этой крохотной булавкой, как...не знаю кто.
--Короче: берём штаны в руки и на доклад к гегемону, уже пора: нападение на Хранилище случилось, да и нам следует объясниться.
   Оба поверженных артефактом гвардейца встали на ноги и охая отправились вначале к своему десятку, что бы сообщить о нападении и установили новый пост у Хранилища, потом к командиру гвардейцев и на доклад к гегемону: оба рассказывали про воющего и пляшущего бесовские танцы бандита, что одет был как стражник, а фехтовал кинжалом словно пират италик.
  Через пять минут гегемон и его советники, а также главные шишки из совета города были у вверенной им горожанами Тавроса казны: гегемон заламывал руки и громогласно плакал, призывая все кары на неизвестного преступника, советники перешёптывались и говорили промеж себя что "хозяин-не жилец" и горожане его всё таки утопят в порту с жерновом на шее...  Представители совета города довольно скалились и договаривались о будущем голосовании о немедленной отставке гегемона и скорейшем суде над ним, что поможет успокоить на время простецов и сменить власть в полисе-дав им в руки новые денежные потоки.
  Вскоре выяснилось что пропали некие документы, там, на самом запертом из этажей также побывал вор и осмотрев его-взял при этом  часть бумаг из открытых ларей и папок. Гегемон объявил срочное заседание городского совета и отправил гонцов ко всем представителям совета, кто спал теперь в своих домах, а также самым важным аристократам и городским богачам. Всё произошедшее уже попахивало катастрофой: его как ребёнка обманули и вместо обещанного утром пожара в ратуше-обокрали казну, прихватив ещё и кучу крайне опасных документов...Нужно было действовать и немедля ни секунды!



Александр Никатор

#11560 в Фэнтези

В тексте есть: юмор

Отредактировано: 18.03.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги