Румбик: Первые шаги

Размер шрифта: - +

глава двадцать восьмая


                                     

 


  Пока Румбик отчаянно рискуя головой сбегал из родного Тавроса под обстрелом стражников на стенах города, в самом полисе ни на минуту не прекращалось начавшееся брожение: разбойничьи и воровские банды и наёмники Проглота-продолжали выяснять отношения на улицах и площадях, а самим городом распространялись всё новые слухи.
  Слухи были самые разнообразные: некоторые утверждали, что огромный широкоплечий красавец с гривой иссиня чёрных волос-в ночь ограбления Хранилища носился как угорелый по тёмным улочкам города и горстями раздавал монеты: серебряные-мужчинам и женщинам, а золотые-детишкам малым. Тут же стали обсуждать не новый ли святой это и может стоит вломить страже как следует, за то что пытались его задержать.
  Некоторые из преступников, что были недавно отпущены из штаба стражи, привселюдно клялись что лично сидели в одной камере с героем, который теперь был у всех на устах: огромным громилой иноземцем с абсолютно  лысым, как арбуз, черепом и руками что самые большие грабли каждая, а по толщине-словно окорока! 
  Они в подробностях описывали благодарным слушателям, выставлявшим им стаканы вина и хлебцы с сыром, как этот новичок, в камере, сразу же стал издеваться над стражниками, а потом, видимо когда ему надоело кормить клопов-просто высадил плечом дверь и разметал посты охраны внутри здания штаба стражи, как котят.
   Все удивлённо кивали головами и говорили что теперь видимо страже совсем пришёл конец-раз они не могут удержать одного единственного задержанного, даже в здании своего собственного главного штаба.
  Благодаря городскому патрикию Фоке Проглоту и его друзьям оппозиционерам из городского совета-множество их слуг распространяли на рынках и площадях Тавроса слухи, что на самом деле кражи никакой и не было: просто гегемон давно проворовался и таким методом старается скрыть свои преступления. И вообще: надоел нынешний правитель горше полыни и пора его менять, давно пора!
  Все эти рассказы и байки будоражили воображение горожан, и так бывшее последние дни на взводе, и одни слухи тут же порождали волну новых, как камень, брошенный в воду-начинает на ней круги.
  После бегства Румбика, близ  "Кусай-глотай" продолжалось сражение. Атакованные с тыла подкреплением наёмников и подоспевшими стражниками, молодые бандиты и те из старшаков воров, что ещё стояли на ногах-кинулись в отчаянное бегство, не видя для себя иного спасения. По пути они постоянно орали что стража и власть нарушили договор меж ними и решили их перебить по предательски. 
  Первоначально, убегавших членов тавросских банд никто не преследовал, так как надо было разобрать своих убитых и раненных в наливайке, отвести задержанных из воров на допросы в штаб стражи, что бы объяснить ситуацию с их внезапным "бешенством" и нападением на наёмников Проглота и стражников из подкрепления, и при всех этих новых тревогах-не забыть о похитителях ценностей из Хранилища, так как единственного, что опознали свидетели в таверне-уже и след простыл.
  Плётка и Земеля были схвачены и раненными отправлены в камеру, где ранее томился Румбик. Их решено было допросить "мягко", как старших в банде "шелестов" и через них выяснить ситуацию с побоищем в "Кусай-глотай" и тому, почему воры так активно стали мешать властям и добровольцам при попытке задержания опознанного грабителя казны города. 
  Начстражи в середине дня доложил гегемону что один из подозреваемых в нападении на Хранилище, тот самый, кого описывали фехтовавшие с ним гвардейцы-был замечен в таверне в Тавросе. Однако когда его попытались задержать отряды Фоки Проглота, которые почему то раньше стражи и гвардейцев оказались близ данного питейного заведения-тут же к нему явились на выручку множество разбойников и воров, и учинили кровавую бойню в таверне, позволив негодяю сбежать. Командир городских стражников предположил, что тот мерзавец, с одной перчаткой на руке-главный городской вор, "ВОР вне законов" и по этой причине за него решили вписаться множество участников совершенно разных банд, как за своего явного и признанного лидера. Из этого выходило что и казну города-"хлопнули" местные, но тогда становилось непонятно почему никто из прикормленных агентов не мог ничего указать при столь громком преступлении. Всё пока вырисовывалось как то мутно...
  Гегемон хмыкал и недоумённо качал головой: он знал что банды сами предложили на время поисков городской казны-заключить перемирие и вместе искать похитителей ценностей из Хранилища, и теперь их действия были просто несуразны: зачем было делать вид что готовы помочь и организовывать "отвлекающие манёвры", если особо никто в работу "местных", из следователей стражи и гвардии и не верил. Зачем так откровенно бросаться спасать своего лидера?-вместо того что бы выкупить его по тихому или вытащить, как в первый раз, раскидав посты на входе в штаб стражи...Они вместо этого устроили полноценное сражение с кучей раненных и трупов.
  Наконец глава города высказал своё решение: окружить районы Припортовый и Трущобы, и вызвать лидеров банд на переговоры, если откажутся от обысков и проверок на причастность к нападению на Хранилище-провести полные штурмы силами стражи и гвардии. Подвести к домам в этих районах артиллерию и стрелков, что бы доказать серьёзность намерений. Отказ от переговоров-штурм!
  В это же самое время, в таверне "Бычьок", заседали "решалы" из воров и бандитов. Странное предательское поведение стражи и агрессивные защитники Румбика-наёмники иностранцы, отказ от договорённостей с властями и нападение на воров, вплоть до убийств, вновь всё тот же распроклятый Румбик-что оказался видимо очень близок гегемону, раз на его выручку бросили столько солдат...всё это казалось необъяснимым и странным. Воры галдели об измене и о том, что гегемон и стража специально их подставили  с ограблением казны города, а теперь, видимо, спихнув на городские банды все последние проблемы и беспорядки-станут зачищать их как неугодных и виновных в последних неприятностях Тавроса.
  Хозяйка, чисто по женски была растеряна: обычно при ней, на подобных сборах, всегда присутствовали Плётка и Земеля, что своими советами и авторитетом среди воров успокаивали её, теперь же, когда ей сообщили что они то ли убиты то ли захвачены и отправлены в тюрьму, женщина с грустью понимала что не в состоянии спокойно усидеть в своём кресле и постоянно теребила края одежды или невзначай пыталась заламывать пальцы.
  После несколько истеричных первых минут, все присутствующие успокоились как смогли и приняли общее решение: пока забаррикадироваться в двух районах, где присутствие банд наиболее сильно и позволяет надеяться на победу, хотя бы кратковременную, над присланными солдатами-в Припортовом и Трущобах. Суметь послать к гегемону и начстражи гонцов с требованием объяснить в чём их обвиняют и отчего вдруг началась бойня, и преследование их без судов и следствия: ведь вначале все сговаривались вместе  бороться с залётными иноземцами, что "хлопнули" Хранилище Тавроса. Максимально вооружиться и ждать ответа, а в случае штурма-продать свои жизни как можно дороже. 
  Прямо посреди заседания воров вбежали несколько "шелестов" и стали орать на все лады: " Там! Та-а-ам!!! Солдаты-много! Блокируют входы в наш район: отрезают, перегораживая повозками, как от центральных кварталов, так и порта! Много стражников и гвардейцев в латах. Куча арбалетчиков и даже большую арбалетину, на колёсах и ту тащат!"
  Сидящие в помещении старшаки, по предложению Хозяйки выскочили в небольшую башенку, позволявшую вести обзор из таверны сразу на три стороны и увидев военные приготовления властей-кубарем сбежали по лестнице вниз. Каждый стремился как можно скорее попасть к своей банде и с ней бороться за свою жизнь, против внезапно ополчившегося города.
  Однако штурма сразу же не последовало. Пришли люди от гегемона и начстражи и громогласно, предварительно пробив дробь в барабан и продудев в трубу, объявили громовыми голосами: "Правитель города требует немедленной сдачи всех предателей и их пособников. Все кто мешал стражникам задерживать бандитов, что ограбили казну города- должны быть выданы! В случае отказа или сопротивления-штурм!!!"
   Сообщив всё это несколько растерянным обитателям окружённых районов, глашатаи отошли за повозки с алебардщиками и стрелками, и стали как и все ждать ответа.
   Пока шло напряжённое ожидание в Припортовом районе и Трущобах, небольшие очаги схваток разгорались по всему Тавросу: часть воров не смогли отступить в свои "родные" территории и прорывались через посты стражи. Они наносили последним увечья или, видя для себя близкую опасность, просто вламывались в ближайшие дома и заперевшись там начинали отбивать все атаки. Несколько домов были подожжены. Разграбленными оказались с десяток лавок и таверен. Возмущённые происходящим простые люди выскакивали отовсюду и начинали помогать: кто бил вместе со стражей воров, иные, имея с ворами негласный доход-пырял ножами стражу в спину и помогал уже ворам, прорываться далее к своим логовам.
  Гегемону сообщали о всё новых и новых случаях захватов и поджогов домов и лавок, большом количестве раненных и убитых на улицах города и главное, о том что люди с обеих, впавших в воинственный раж, сторон, именно его, как правителя Тавроса-считают виновным в беспорядках и нескольких десятках трупов, что появились с утра.
  Вытребовав что бы начстражи сообщил кто именно из старшаков воров уже задержан и держится в штабе стражи, гегемон потребовал устроить ему встречу с ними и вскоре стража привела связанных и окровавленных  "шелестов": Плётку и Земелю.
  Поиграв немного лицом и изобразив гнев, а вслед ему раздумчивую милость, глава Тавроса спокойно произнёс: "Ребятки. В честь чего вы всё это учудили? Взять казну городскую-понимаю! Товарища из узилища вытащить-святое дело...Но вся эта резня на улицах, а теперь ещё и поджоги с захватами домов-явно лишнее! Кой чёрт вас на это сподвиг, а?"
  Пришла очередь удивляться старшакам "шелестов". Вначале они недоумённо таращились на гегемона, ожидая что это присказка к допросу с пытками, однако видя что он терпеливо ждёт их ответа ненадолго задумались и после ряда встречных взглядов и шепотков, Плётка наконец ответил: "Славно баете, господин. Вначале с нами договора на поимку иноземной банды заключаете, а потом, в спину-ножи и топоры метаете...Предательство это, иудин грех!"
  И опять наступила недоумённая пауза, в которой гегемон и начстражи пытались понять смысл ими услышанного, а старшаки воров-следили за их реакцией.
--Вы мне тут нах не загадки загадывайте,-вспылил наконец гегемон,-а отвечайте быстро: на кой чёрт стали резать людей, что послали наши аристократы на поиск негодяя обнесшего городскую казну? Чего стражу и гвардию калечить стали?! Вы что, сговорились с кем на эти дела или просто помутнение наступило-разом у всех вас?!
  Начался спор, со слюной у рта и громкими словами: начстражи дважды съездил по морде Плётке, а тот в ответ в него плюнул. Наконец все понемногу успокоились и разговор продолжился.  
  После выяснения подробностей о "юноше в одной перчатке", то что это один из них, по крайней мере бывший- "шелесты" благоразумно умолчали. Началось восстановление картины начала схватки в таверне. Каждая из сторон выгораживала себя и обвиняла в начале бойни противную, и вновь полчаса ушли на глупейшие споры. 
    Худо-бедно, но стала вырисовываться ситуация: разыскиваемый главарь иноземной банды был зажат в углу таверны двумя группами поисковиков, каждая из которых принимала другую- за пособников неуловимого вора. Потом что то спровоцировало конфликт между поисковиками и понеслась!
  Тогда гегемон откинулся в кресле и потребовал себе и всем присутствующим вина, включая и уже развязанных "шелестов", произнося походу тост в честь взаимопонимания и умиротворения: "Так как ребяткам пора вернуться к своим и убедить их прекратить захватывать дома горожан и поджигать их..."
  В этот момент внезапно вбежал советник гегемона: "Господин мой-штурм! Гвардия начала захватывать Припортовый район, говорят там настоящая бойня-что делать?!"
  Вино было в мгновенье пролито всеми пьющими на свои одежды. Мужчины вскочили на ноги и с руганью заметались по кабинету, наконец гегемон прорычал Плётке: "Дуйте к своим и хватит дурить: дам вам амнистию и прощения, но никаких больше поножовщин и захватов зданий  с поджёгами, усекли?! А ты..."-обратился гегемон к начстражи,-"Беги и требуй остановки штурма, не дело самим разрушать свой же город и так бед через край!"
  Все, к кому обращался глава Тавроса, коротко поклонились ему и опрометью выскочили на жаркие улицы. Каждый бросился в ему известном направлении, стараясь скорее добраться до цели-пока город не запылал от гражданской войны или полноценного мятежа.
  Пробегая мимо повстречавшейся толпы, Земеля увидел что несколько человек вешают его старого знакомого-"Труху", что промышлял на улицах воровством, ещё когда сам "шелест" был сопливым пацанёнком и не имел штанов: "Труха" был сильнейшим образом избит и его одежда превратилась в лохмотья. Люди, что держали жертву самосуда, споро перекинули петлю и накинув её на шею схваченного ими старикана-дружно потянули за другой конец верёвки. Старый вор подскочил в воздухе на пару метров и стукнувшись головой о выступавшую часть дома, затрепыхался словно рыба в лодке. Его схватили за ноги множество рук и потянули вниз. Вскоре шея сломалась и под радостные вопли всех, кроме Земели и Плётки, людей- "Труху" вытащили из петли и поволокли за ноги по улицам, громогласно провозглашая: "Вот та скотинка что с ножами за стражей бегала, ату его-ату!"
  Плётка и Земеля переглянулись и ещё быстрее помчались в направлении Припортового квартала, надеясь всё же успеть до начала полномасштабной бойни там и уговорить "шелестов" и им союзные банды пойти на переговоры.
  Первым, из тройки выскочивших от гегемона мужчин, к своей цели добрался начстражи: его узнавали на улицах и захватив четвёрку лошадей в лёгкой карете-командиру правоохранителей Тавроса удалось хоть чуть, но опередить отпущенных главой города воров. Выскочив прыжком из чужой кареты и при этом смешно свалившись прямо на мостовую, начстражи тем не менее проорал хорошо поставленным на многолетней службе, голосом: "Прекратить! Немедля-прекратить атаку!! Приказ гегемона и мой личный-прекратить!!!". 
  Первое время на него лишь недоумённо таращились стоявшие в задних рядах наступавших люди, да показывали пальцем лыбящиеся гвардейцы. Однако пару оплеух и повтор требований, на этот раз с повозки что стояла на возвышении и плотный строй латников приостановил движение вглубь воровского района и командиры из него стремглав кинулись получать новые указания и приказы, опознав главу стражи города.
--Прекратить! Остановите наступление!-надрывался в крике начстражи, объясняя подбежавшим офицерам смену условий.
--Стойте! Подождите!!!-дружно стали орать заскочившие в родные улочки "шелесты", которым пришлось, дабы не быть уличёнными в принадлежности к бандам и соответственно избежать скорого самосуда толпы, мчаться самыми малыми и дальними из улиц, где редко можно было наткнуться на пару человек. 
  Плётка и Земеля махом перескочили через заграждения установленные солдатами и через мгновенье уже были внутри "Бычька". Вскоре Плётка вынырнул и показав начстражи что хочет переговоров, осторожно подошёл к повозке, на которой находился последний.
--Тут это...Наши сами хотят вернуть старое время: чтоб без глупой резни и кровищи, но ведь боятся! Вдруг это ловушка? Просят убрать солдат, а мы в свою очередь, гарантируем, что не станем прорываться в остальные кварталы.
  Начстражи не забывал что именно воры и бандиты негласно контролируют множество лазов и малых выходов из Тавроса и теперь, пока идёт вся эта непонятная кровавая заваруха-многие из проходов осталась без присмотра: хоть бери и выноси всю казну прочь из города! Он вздохнул и процедил: "Сделаем так-вы сутки не показываетесь в городе, из своих нор. Мы постараемся утихомирить людей в Тавросе. Когда всё успокоится, вы дадите нам информацию кто пересёк ваши лазы у городских стен и с какой добычей. Если поможете, без подстав, с поимкой хитрых иноземцев что казну взяли-будет награда. Ясно?"
  Плётка подтвердил что всё понял, про себя однако отметив что уже раз договаривались и совсем недавно, а закончилось всё бойней.
  Солдаты чуть отошли, а воры затихли и не пытались обстреливать стражуиз окон и с крыш,  или небольшими отрядами вырваться из своих районов. Город потихоньку успокаивался: было потушено два десятка подожжёных домов и лавок. Выбиты банды из восьми поместий и на месте все заколоты. Оказались повешенными двенадцать воров и ещё четверо горожан, показавшиеся подозрительными толпе.
  Таврос медленно приходил в себя после бурного дня и лишь появившиеся толпы людей,  собиравших свои вещи и желавших любой ценой покинуть ставший опасным родной город, напоминали о беспорядках. Множество телег и повозок скопилось у городских ворот и люди всю ночь дежурили в очередях, надеясь утром как можно скорее выехать и хотя бы на неделю забыть о постоянной опасности последних трёх дней.
  Среди беглецов из города начались разговоры о будущем нападении степняков и пиратов, приходе антихриста и том, что возможно всё же зря не утопили гегемона и прочих магистратов- когда пошли под ратушу с требованиями, так бы может ничего случившегося и не произошло...



Александр Никатор

#11520 в Фэнтези

В тексте есть: юмор

Отредактировано: 18.03.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги