Серебро на крови

Размер шрифта: - +

Мара

Низко над водой таяли небольшие пузырьки радужной пены. Их негромкий тихий шорох приятно ласкал слух, также, как и кожу, лоснящуюся от жары в натопленной ванной комнате, где горели свечи. Сотни огоньков разгоняли тьму, заставляя ту забиться в углы, чтобы наполнить ванную тёплым мерцанием уюта и комфорта. Ванна стояла посредине на кафельной, когда-то белой, плитке на выкрашенных в золотой цвет с узорчатой рябью ножках, с давно выбитым краном, из-за чего воду приходилось набирать вручную, и она быстро остывала. Жар в комнату приносила небольшая переносная печка, заполненная хворостом, щепками и ветками деревьев. Это место казалось вырванным из окружающей действительности. Казалось, что за пределами этой комнаты нет жизни и что всё уходит в непроглядную смертельную тьму. Но здесь, пока горит огонь и тихо поскрипывают свечи, царит покой.

— О чём ты мечтаешь, Мара?

В ванной лежат двое. Молодая женщина, прислонив затылок к груди мужчины, задумчиво выводит по воде узоры, наблюдая за переливами сотни сгустков пены. Её завораживало перевёрнутое отражение, видневшееся на дне каждого пузырька. В этом она видела загадку, которую хотела разгадать. Он же смотрит на неё, её движения, слушает как мерно вздымается и опускается обнажённая грудь, он касается её рук и опускает их под воду.

— А какой ответ ты хочешь услышать? — её голос звучит утомлённо.

День был по-настоящему бесконечным. Столько дел, забот, новый город, неисчислимые задачи возникли перед победителями. Королевская битва уже как три месяца закончилась, а кажется, что это было эоны лет назад. И в другой жизни у них была призрачная, но свобода. Свобода пути, нескончаемых потрескавшихся асфальтовых дорог. Прерии, укутанные в снег и дождь, разрушенные пригородные деревушки, ржавые машины и мосты. Всего и не вспомнить, что повстречалось им. Но дорога закончилась здесь. И с каждым днём девушка всё больше и больше смотрит на горизонт, мечтая вырваться из образовавшихся пут обратно на волю. К несчастью, но даже мечтать об этом, она права не имеет. И поэтому молчит, когда он задаёт подобные вопросы.

А он совсем другой. Новый король, сильный король, уверенный в своей правде. Бессмертный вампир, прошедший не одну войну, он чувствовал себя победителем. С энтузиазмом завоевателя он постепенно покорял новые вершины власти, открывая для себя новые границы бытия. Он через многое прошёл, чтобы занять это место и теперь наслаждался своей победой, прижимая к сердцу свою воительницу-ламию. Его чёрные длинные с проседью волосы как сети паутины обвивали девушку, не давая той и намёка на освобождение. Но Мара и не спешила бежать. Здесь, рядом с Алистером, она хоть немного, но чувствовала себя живой. Она чувствовала себя желанной. Зная, как к ней относятся остальные, это было тем немногим, что примеряло её с нынешним существованием.

— Я рад, что власть не испортила тебя, дорогая, — он провёл рукой по её шее, заставляя девушку довольно выгнуться. — И рад, что ты по-прежнему рядом со мной.

— Не думаю, что я так сильно тебе нужна, — голос прозвучал немного хрипло, но в нём всё равно можно было услышать затаённую грусть.

— Эй, ты чего?

Он потянул её за подбородок, чтобы она обернулась. Встретившись взглядами, мужчина нахмурился.

— Я не собираюсь отталкивать тебя от себя. Ты дорога мне.

— Не дороже той власти, что приобрёл, — она смотрела неотрывно и из-за мерцания свечей по её взгляду трудно было прочесть, о чём она думает. Только голос выдавал в ней тревогу.

— Глупы те, кто стремится к власти ради власти, — он негромко фыркнул, отпуская девушку и позволяя ей перебраться на другую сторону ванны, чтобы можно было продолжить этот диалог.

Ты знаешь, зачем мы всё это затеяли. Столетиями я стоял возле Хозяина, наблюдая за тем, как он управляет своим кланом. Он был мудрым правителем, но недальновидным, поэтому утратил своё господство, когда пришло время реформ. Однако если бы не его болезнь, Люциан и сейчас бы управлял своими землями. Но думаю, что он не пережил пандемию, — вампир покачал головой, а затем продолжил.

— А вот Маркус из другой породы, — в голосе Алистера появились жёсткие, злые ноты.

Когда-то я поверил, что он способен на большее, чем быть просто безумным учёным. Я поверил, что он способен править, потому что был убеждён, что сам не обладаю необходимой жёсткостью и милосердием. Я никогда не стремился к власти, потому что всегда видел, какие обязательства она накладывает на властителя. Я никогда не испытывал нужды или страха, чтобы стремиться к ней в надежде больше никогда не страдать. Для меня власть всегда была самым жёстким обязательством на свете, поэтому старался не замечать в себе способности к правлению. И когда пришло время, я положился на него.

 Алистер ненадолго замолчал, его янтарные, как у ястреба, глаза вспыхнули в темноте, отражая внутреннюю злость.

— А он всё променял на свои исследования. Вернее не так, — вампир покачал головой. — Он всё променял на свои страдания, свои желания, он поставил себя выше власти и поэтому мы так легко смогли изгнать его из Йорка. Сейчас даже не жалею, что не смог убить его. Право, он уже получил своё наказание.

В глазах вампира мелькнули странные искры, но девушка не стала придавать им значение. Она внимательно слушала своего любовника, зная, что он не часто открывается с этой стороны.

— Считаешь меня зависимым от власти, да Мара? — он приподнял брови, наблюдая за ней. — Нет, я занял это место только ради одной цели. Исправить ошибки своего прошлого. И когда-нибудь ты поймёшь, о чём я говорю.

Девушка спустилась ниже, чтобы плечи оказались под водой. В отличие от вампира, она чувствовала, что вода постепенно остывает. Ей становилось холодно и она стала задумываться о том, чтобы выбраться наружу, укутаться в полотенце и забраться в постель. Завтра будет очередной долгий, очень долгий день.



Даша Пар

Отредактировано: 21.02.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги