Совершенный автоматон

Размер шрифта: - +

Глава 7. Подземный город.

Площадь все больше открывалась взору — небольшая, немногим больше "прихожей", она вытягиваясь поперек пути и плавно перетекала с двух сторон в улицу. Однако с левой стороны она была перекрыта завалом, да и площадью это пространство, ограниченное тяжелым потолком, можно было лишь условно. Посреди площади располагался огромный постамент, украшенный скульптурами. Впрочем, часть из них была осквернена вандалами. На одной из сторон постамента обнаружилась такая же карта, как и при входе в город. Самюэль проверил маршрут и предложил отдохнуть. 
— Мы не ели уже порядочно времени. 
— Ладно. Я видел на той стороне площади подобие торговой лавки — стоит осмотреться. 
Украшенная стеклянными витринами, лавка оказалась полностью разграбленной. Везде можно было найти остатки провизии, но вся она была испорчена со временем. Ничего пригодного обнаружить не удалось, к тому же везде была неприятные пятна плесени. Привал было решено сделать неподалеку. Обед разумно решили ограничить небольшими порциями, подкрепив съеденное несколькими глотками хорошего виски. Покончив с трапезой, Рауль устремил свой взгляд на пространство вокруг. 
— И все же это место вызывает много вопросов. 
— Например?
— Ну хотя бы эти фонари. Мы находимся глубоко под землей и при этом здесь довольно светло. Если это газовые светильники — должны быть и те, кто их заправляет и зажигает. 
— Это электрический свет. 
— Серьезно? Но откуда тогда энергия?
— Раз здесь долгое время работали заводы, то это не должно быть проблемой. А еще… слышите? Какая -то машина в этом городе до сих пор работает. 
— Мы отправимся и все выясним. Хотя меня волнует лишь одно — как выбраться на белый свет отсюда. Так что выход для меня на первом месте. 
Привал окончился. Проследовав по улице далее, путешественники вышли в жилой район. Здесь вентиляция явно работала лучше — дышать стало легче и свободнее. Этот район был словно расчерчен узкими улочками, которые, пересекаясь, образовывали небольшие скверики с заботливо посаженными растениями. Правда, без должного ухода они стали слабеть и терять силу. Вся застройка была вытянута на два этажа в высоту, над ней еще было метров 5 свободного пространства до каменных сводов. Под ними висели целые гирлянды причудливых ламп, которые потрескивали и мерцали. Они давали мягкий желтый свет на уютные улочки. 
Самюэль уже был готов отчаяться — не зная точного места дома, поиски могли затянуться на целый день. На помощь пришли вездесущие списки, в котором вскоре удалось найти фамилию Цейзе. Каждый дом имел свой номер и буквенное обозначение. Рауль спешно отправился на поиски улицы. 
— Надо быть самому машиной, чтобы жить в таких условиях. Вы просто взгляните — муравейник, от которого тянет смертной тоской. Я бы сошел с ума, каждый день приходя, уходя, торопясь — и даже неба над головой не видно. 
— А разве вы не так живете? — спросил Донсон, потирая нос и улыбаясь. — Я ведь вполне мог остаться в городе, купить какую камору и творить там. Но в чем суть — когда живешь в муравейнике, то сам становишься муравьем. Можешь думать все что угодно, мнить себя вещью в себе и прочее — но ты все равно будешь как и все бегать и строить муравейник. 
— Я теперь понимаю, почему ты исчез. — ответил Рауль. — Тихое озеро, лес — и никого… 
— Ну, правда, чтобы было "никого" пришлось поставить капканы. И вы это испытали на себе. 
— Если бы не работа… — журналист задумчиво прошел десяток метров, поднял взгляд и указал на вывеску. — Все, дом где-то здесь. 
— Есть такое простое и сложное одновременно слово -дом… Он не требует оправданий. Просто ты там живешь, и готов его принять, как он есть. 
Дверь с надписью "Цейзе Т. " на металлической табличке оказалась совсем рядом. Ей повезло больше чем многим другим, мародеры не нашли на нее времени. Взломав замок, гости города проникли в жилище ученого. 
Внутри оно выглядело довольно уютно, напоминая небольшую городскую квартирку из одной комнаты. Возле небольшого окна стоял маленький легкий столик, рядом — металлическая кровать с толстым матрасом и небольшой шкаф. Кухни не было — а значит, обедали жители в другом месте. Пара небольших картин украшала светлые стены. 
Самюэль не стал осматривать дом друга, а решительно направился к кровати и отодвинул ее. Здесь, под небольшой дощечкой обнаружился пыльный дневник, перевязанный бечевкой. Изобретатель с волнением сел на кровать, развязал шнурок и раскрыл страницы. На кровать вылетел вложенный листок с размашистым почерком. Это было послание Цейзе. 
"Тем, кто каким-то образом обнаружил этот дневник.
Если он попал в руки людям, которые нашли наш прекрасный город уже мертвым — откройте последние страницы. Там — мои последние слова о вторжении. Если же волей случая этот дневник читает мой единственный друг Донсон… Самюэль, вспомните число моего последнего визита. А моя участь предрешена — мне не уйти из города живым, и я хочу сослужить ему последнюю службу. Томас Цейзе."
Донсон с каменным лицом сложил записку и отложил в сторону. Было ясно и без слов — он не мог поверить в происшедшие события. Придя в себя, он вновь прочитал записку и начал листать дневник друга. 
— Последний визит… Томас — Томас, конечно, я помню. Двадцать шестое число, двадцать шестая страница… Да, верно. 
Глаза быстро забегали по неровным строчкам. 
" Дорогой друг! 
Я специально отвел эту страницу для очень важного, и оно наступило. Я наконец — таки смог создать то, чего так не хватало нашим творениям! То, без чего они всегда оставались железным скотом, ведомым лишь реакцией. К сожалению, я еще не успел окончить его проверку и совершить испытания. Тем более, что есть трудности… Раз ты читаешь дневник, а меня рядом нет — то возьми прототип в моей лаборатории и доведи мой труд до конца. Ты — единственный, в ком я не сомневаюсь."
— Что там написано? — спросил Рауль, продолжая осматривать комнату. 
— Он надеялся на то, что я приду. Или хотя бы, что этот дневник найдут и отправят мне. Он сохранил свою работу, чтобы я ее завершил. 
— Прекрасно. Куда теперь? 
Самюэль перелистнул страницу. Там была небольшая приписка:
" Моя лаборатория надежно закрыта. Уходя, я решил выбросить ключ в шахту "сердца города". Но мой бросок оказался неточным, и он остался на ступеньках лестницы возле генераторов. Я побоялся спуститься туда… Но возможно, ты найдешь способ его забрать.
P. s. По пути к лаборатории вы встретите стражей. Не бойтесь, мой друг — их держат всего лишь нити света" 
— Рауль, нам нужно вернуться к карте. Мы идем к "сердцу города".
***
На карте искомое место нашлось не сразу — отчасти потому, что журналист не совсем представлял себе предмет поиска. Донсон указал на место, которое находилось на самом нижнем уровне огромного подземелья. Рядом, на более высоких уровнях красовались заводы и механические мастерские. Добраться до этой части подземелья было возможно только по одному широкому путепроводу, по которой проходили неотмеченные линии. 
Дорога из жилища Цейзе к выходу из жилого района заняла меньше времени, чем его поиск — тем более, что теперь путешественники двигались в другую сторону. Вскоре они вошли в широкий тоннель, облицованный белым камнем. Проследовав по нему всего лишь полсотни метров, Донсон и Маршанд вышли к путепроводу, поражавшему своими масштабами. 
— Если бы имперская армия захотела пройти этой дорогой — я не думаю, что им было бы тесно! — воскликнул Рауль, осматривая высокие темные своды тоннеля. 
— Здесь постоянно двигался поток людей и товаров. — ответил Самюэль. — Это была необходимость. Видите — здесь тоже рельсы. 
Вдоль стен подземного путепровода тянулись массивные трубы, своды были мощно укреплены. Сильно дул прохладный ветер — его загоняли под землю гигантские машины. По земле были проложены две колеи рельсов, как для трамвая. Рядом с ними быстро вращались змеи металлических валов, уходящих в глубину подземелья. 
Путепровод уходил с обоих концов в темноту, слабо разбиваемых огоньками тусклых фонарей. Вспоминая карту, Донсон выбрал направление и направился вдоль рельс. У Рауля за это время накопилось несколько вопросов. 
— Мне одно не дает покоя. Ведь этот город создавался явно не одной парой рук… 
— Это очевидно. 
— И сейчас все это продолжает жить своей жизнью, даже когда обитатели куда-то исчезли. Кем должен быть тот человек, который собрал всех создателей и убедил построить все это? А главное — зачем? 
— У меня есть мысли на этот счет. Но, мне кажется лучше будет найти самого основателя и спросить об этом. 
— Значит, мы идем туда. И название как раз — "сердце города"…
— Боюсь, вы неправильно истолковали название. 
— А как же тогда? 
— Сердце, которое приводит все эти механизмы в действие. То, что дает энергию. 
— Тогда не вижу смысла туда идти. 
— Там ключ к нашему дальнейшему пути. Так написал Томас. 
— Странный он. Выбрать такое место… 
Самюэль обернулся и поправил сумку на плече. 
— Странный — понятие относительное. А вообще — прочтите дневник. В конце должно быть много интересного. 
С этими словами он передал записную книжку, в которой вел свой дневник Томас Цейзе. Рауль поспешно спрятал ее в сумку и взглянул вперед. Там среди царящего полумрака стали различаться некие крупные объекты. Предупредив изобретателя, он стал приближаться ближе. Вскоре стало понятно, что это — некое подобие вагонов городского трамвая, брошенных прямо посреди колеи. 
— Вот и местный транспорт. Теперь осталось подыскать пару лошадей, или какой двигатель — и можно приглашать пассажиров. — Рауль обошел вагон кругом и заглянул под корпус. — Этот вроде на ходу. Как считаете, Донсон, возможно на нем добраться куда нужно?
— Нужно взглянуть получше. — ответил тот и забрался в кабину. 
Там обнаружился только один рычаг, который имел три положения: тяга — подкрутка — тормоз. Кроме него рядом стояло скромное место вагоновожатого. Самюэль сдвинул рычаг в среднее положение — реакции не последовало. Тогда он вышел наружу и обратился к Раулю:
— Если механизмы работают — должен быть способ заставить его двигаться. 
После этих слов его взгляд упал на вращающийся вдоль стены вал. Проверяя свою мимолетную догадку, он проследовал вдоль него еще десяток метров, пока не наткнулся на железный короб. Здесь от вала перпендикулярно отходил ещё один, короткий, чей конец с массивной шестерней выступал наружу. Изобретатель вернулся к вагону и обнаружил на его корпусе подходящее соединение. Обрадованный, он похлопал Рауля по плечу. 
— Похоже, что можно обойтись без лошадей. Помогите мне. 
Оставив сумки внутри вагона, они встали позади него и принялись толкать. Это оказалось непросто, но после напряженных усилий тот тронулся с места и медленно покатился вперед. Журналист вытер выступивший на лбу пот рукавом куртки. 
Вагон поравнялся с коробом и замер. Одновременно в нем что-то лязгнуло и появился нарастающий шум. Появилась легкая вибрация. Самюэль зашел в салон и посмотрел под ноги — сквозь небольшое окошко был виден огромный вращающийся диск, занимавший всю ширину вагона. 
— Законы физики в действии. — пояснил он. 
— И какой действует сейчас? — спросил Рауль. 
— Сохранения энергии. Вспомните маятник. — с этими словами Донсон сдвинул рычаг вперед. 
Вал резко отошел от вагона- гиробуса и тот, увлекаемый энергией огромного маховика, резво побежал по рельсам. Журналист поставил фонарь в кабине так, чтобы его свет освещал путь впереди. После он достал флягу, сделал глоток и предложил Самюэлю. Тот не стал отказываться от угощения и тоже выпил. Поскрипывающий вагон все ближе приближался к заводам Ирдишхорта. 
— Тормози! — воскликнул Рауль, вглядываясь в темноту впереди. Там путь перекрывал очередной завал, разрушивший рельсы. По счастливой случайности, приводной вал гиробусов не пострадал. 
Самюэль перевел рычаг в третье положение и тот остановился. Лишь маховик продолжал с гулом свое вращение. 
— Мало похоже на конечную остановку. — сказал журналист, потирая руки. — Нам нужно еще дальше. 
— Было бы глупо оставить целую часть города без запасных путей и выходов. — ответил Донсон. — вы видели же двери и проходы по всему путепроводу. 
— Это место сведет меня с ума. 
— Будьте проще. Это место построено такими же людьми как мы. 
— Я не ищу одиночества, в отличие от местных жителей.
— Стоит ли искать то, чем уже обладаешь. — усмехнулся изобретатель и забрал свою сумку из вагона. 
Рауль хотел было возразить, но не нашел нужных слов. Пытаясь переключить внимание с неприятной темы, он начал осматривать стены тоннеля. И вновь его привлекли старые лампы. 
— Самюэль?
— Да?
— Мы ищем источник энергии города? 
— Верно. 
— Как думаете — откуда берется электричество для этих ламп?
— Ответ очевиден. Я знаю, что у источника есть генераторы.
Так почему бы нам не последовать за проводом? Он выведет нас туда. 
Изобретатель задумался. 
— Это может нас завести в тупик. Но шансы есть. Браво, Маршанд, вы быстро находите решения в сложных ситуациях. 
— В моем деле иначе нельзя. Нет права на ошибку. 
— Знаю, можете не продолжать. Вот электрический провод — следуйте за ним. 
Путешественники направились вдоль тускло поблескивающей медной проволоки, натянутой вдоль стены. По пути встречались проходы, но проволока неизменно огибала их сверху. Но вскоре она скрылась в темноте одного из боковых коридоров, как и несколько других, протянутых с другой стороны. Рауль и Самюэль зашли туда и через десяток метров наткнулись на металлическую дверь. На ней был задвинут засов, убрать который не составило труда. Небольшая табличка гласила — "электрические катушки -26".
Рауль осторожно приоткрыл тугую дверь. Слух тут же уловил легкий треск электрических приборов. Осторожно проникнув внутрь, он осмотрел помещение. Оно было небольшим, с высоким потолком и слабым освещением одной мерцающей лампы в углу. В самом центре находилось причудливое сооружение, к которому тянулись со всех сторон медные провода. Само сооружение представляло собой четыре большие катушки, плотно обмотанные медной проволокой и увенчанных металлическими сферами. По их поверхности периодически с треском проскакивали голубые искорки, стоял легкий запах воздуха после грозы.
Осторожно обойдя сооружение вокруг, путешественники вышли к узкой лестнице, ведущей вниз. Там обнаружился темный коридор, в конце которого виднелся слабый свет. Освещая себе путь, Рауль пошел первым. Спустя десяток шагов он остановился в нерешительности. 
— Что-то не так? — спросил Самюэль из-за спины. 
— Странное ощущение тревоги. — ответил журналист. Он слегка щелкнул языком и затаил дыхание. В наступившей тишине стало слышно шум работающих механизмов вдалеке и легкое поскрипывание впереди. Последнее было едва различимым. Рауль сделал аккуратный шаг вперед и вновь прислушался к ощущениям. Потом еще шаг. И еще… 
Внезапно у него в голове буквально взвыл внутренний голос. Едва наступив на каменный пол, Рауль отшатнулся назад. Через мгновение на том месте, где стояла его нога, выскочил железный шип и со звоном ударил острием в потолок. Резкое эхо раскатилось по коридору. 
И Рауль, и Самюэль были напуганы — они явно не ожидали подобного на пути вниз. Отдышавшись, журналист хотел было повторить попытку, но Донсон остановил его. 
— Довольно риска. Пустим вперед приманку. 
Он быстро извлек из сумки небольшой пружинный движитель, размером с ладонь. Следом в руках Донсона оказались два сложенных вместе набора пластинок. Развернув их наподобие веера, он получил две полусферы, напоминавшие ежа с лезвиями ножа вместо иголок. Соединив детали воедино, он получил очередное движущееся устройство, которое тут же пустил в ход. 
— Порой мне кажется, что в вашей сумке можно найти целую эскадру броненосцев. — заметил Маршанд. 
— Если бы я знал, что они мне пригодятся в пути — наверняка нашел бы способ их разместить! — довольно хохотнул Донсон и запустил механизм в коридор. Смешно подпрыгивая, тот помчался в темноту. 
Через мгновение коридор ожил. Там, где секунду назад проехала приманка, из пола и стен выбрасывались стальные шипы, падали крючья, сгустками летела шипящая кислота. Однако все эти ловушки, рассчитанные на забравшегося внутрь человека, не могли повредить небольшой резвый аппарат. 
Не теряя времени, Рауль и Донсон следовали вслед за приманкой. Ловушкам нужно было время, чтобы перезарядиться, потому путь был относительно безопасен. Лишь единожды Рауль чуть не пострадал, излишне приблизившись к приманке — одна из ловушек едва не ударила его по ноге. 
— Уух! 
— Черт возьми, Маршанд, будьте осторожны!
— Есть! — Рауль выпрыгнул из коридора и попал в небольшую и длинную комнату. Вдоль ее стен шли целые гирлянды проводов, которые уходили в четыре колодца в полу по углам. В конце комнаты находилась еще одна металлическая дверь со штурвалом. 
Самюэль осмотрел провода и заглянул в один из колодцев. Оттуда шел сильный шум.
— Все верно, мы на месте! Осталось спуститься туда. 
— На этой двери написано "распределитель".
— Входите, там мы сможем пройти. Я запомнил это место на карте. 
С трудом отворив дверь, путешественники оказались в атмосфере страшного грохота. Их глазам предстал огромных размеров зал с высокими потолками. Он был словно паутиной опутан десятками быстро вращающихся металлических валов, подобных тем, что были в путепроводе. Они представляли собой подобие дерева, где небольшие ветки крепятся к большим, а те, в свою очередь к стволу. Последним был огромный вал с нижнего уровня, увенчанный огромной косозубой шестерней, чей размер превышал часы на ратуше в Рапиндо. Каждая ветка уходила вверх, наделяя энергией механизмы города. От креплений и соединительных шестерен, щедро смазываемых маслом, исходил гул, который сливался в чудовищную какофонию. Предохраняя слух, путники закрыли уши руками и потеряли возможность разговаривать. Впрочем, это и не потребовалось — Донсон дал знак следовать за ним и помчался через зал. Вскоре он отыскал еще одну дверь, куда они и зашли, не преминув закрыть ее следом. Здесь оказалась лестница, ведущая на нижний уровень. После распределителя стоящий тут низкий гул казался блаженной тишиной. 
— Рауль, что вам напомнила эта шумная комната? — осторожно спросил Самюэль, спускаясь по лестнице. 
— Мне? Хм… я вспомнил, как делал репортаж о новой ткацкой фабрике. Хозяин с гордостью показывал мне каждую деталь. А здесь все тоже, но куда серьезнее. 
— А мне она напомнила кровеносную систему. Да, точно — артерии, которые разносят кровь от сердца ко всему организму, только вместо крови — энергия движущихся деталей. Определенно удобная идея! Мне она пригодится в работе. 
"Изобретатель все чаще сравнивает город с организмом… Ох, не нравится мне все это. Этот город скрывает нечто большее". — Маршанд не стал озвучивать мысли, дабы ненароком не раззадорить изобретателя. Любой конфликт в таком месте грозил бедой. Отмахнувшись от мыслей, он спустился по лестнице вслед за нетерпеливым изобретателем.



Радим Одосий

Отредактировано: 13.03.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги