Связанные обязательством

Размер шрифта: - +

Глава 9. Встреча с прошлым

Сила. Как давно Канненсис не чувствовал этой бурлящей энергии, растекающейся по всему телу. Раньше он воспринимал её как должное. Она с рождения текла в его венах. Но оказавшись запертым в человеческом теле, Канненсис был полностью истощён. Человеческий сосуд, случайно обнаруженный в переулке поздней ночью, оказался слишком слаб, чтобы вместить в себя всю мощь существа из иного мира. И чтобы выжить, Канненсису пришлось подавить большую часть своего естества.
      Человеческий мир казался «гостю» таким странным, неизведанным и даже угрожающим. Всего через несколько часов после прибытия взошло солнце. Его мягкие лучи коснулись тела. Нового, человеческого тела. Свет больше не причинял боли, хотя по-прежнему выглядел опасно. Канненсису хотелось сбежать. Укрыться в успокаивающей глаза темноте. Но он не в силах был пошевелить даже пальцем — столь зачарован он был этим нежным светом и приятной теплотой, прежде незнакомой и чуждой.
      Он знал много мифов о человеческих существах, которые совсем как заклятые враги Мира Теней могут бродить под открытым солнцем, не боясь получить ожогов. История возникновения этих мифов глубоко уходит корнями в далёкое прошлое, и «дети тьмы» уже давно потеряли к нему всякий интерес. Байки об удивительном мире постепенно забылись. И лишь немногие сохранили о них воспоминания. Среди этих немногих был молодой принц и по совместительству единственный наследник престола Владыки Теней, Канненсис. Он не просто помнил о существовании мифа о людях, он верил в правдивость этих легенд и в существование Промежуточного Мира, разделяющего свет и тьму. Он верил, что когда-нибудь увидит его своими глазами.
      Теперь же, когда мечта принца наконец исполнилась, он совсем не испытывал должного восторга. Канн и предположить не мог, что он достигнет желаемого ценой собственного изгнания. В чужом мире, в чужом теле — он не мог трезво оценивать сложившуюся ситуацию. Принц был напуган, растерян. Но когда хочешь жить, приспособишься ко всему.
      Мотор ревел во весь голос, ясно давая понять остальным автомобилям, кто на дороге главный. Ветер бил в лицо и ретиво вздымал волосы — принц не любил надевать шлем; он мешает обзору, не говоря уже о том, что ощущать на своей голове какую-то непонятную штуку — подобно назойливому зуду. Канн считал, что этот «железный конь», пожалуй, лучшее изобретение людей. Новое тело принца не имело крыльев, но до сих пор могло быстро передвигаться. Пусть и не рассекая, как прежде, бесконечный океан ночного неба. Скорость мотоцикла была на пределе. Канненсис выжимал из выносливой «Хонды» все соки, но ему было мало. Быстрее. Ещё быстрее. Чтобы вырваться наконец из оков человеческого тела на свободу.
      Канн испытывал свой байк до полного изнеможения. Когда мотор заглох, а приборы сообщили, что топливо на исходе, принц выругался: если бы ему не пришлось возиться с девчонкой, топлива хватило бы добраться до нужного места.
      Солнце уже отправляло свой прощальный привет с пылающего розовой рябью горизонта. Окна на стене небольшой пристройки около старого пятиэтажного здания, где Канненсис оставил отдыхать утомлённый долгой ездой мотоцикл, покорно отражали лучи, налитые тёплыми красками уплывающего солнечного света. Принцу вдруг стало интересно, изменится ли его сила, когда горизонт полностью поглотит дневное светило. Станет ли она больше? Канна изнутри съедал червь нетерпения, а солнце всё никак не хотело поторопиться и уйти на покой, уступив место черноглазой ночи.
      На последние мгновения заката Канненсис смотрел не отрываясь в предвкушении рассвета своего могущества. Принцу казалось, что прошло бесчисленное количество часов, прежде чем солнце наконец-то соизволило сойти с небосклона, оставив после себя только лёгкое марево. Однако особых изменений Канн не почувствовал. Даже при получении энергии из тела Кэссиди он ощутил куда больше. Сначала это было похоже на своего рода опьянение от переизбытка сил. Конечно, принц многого не знал о возможностях своего отца — всё-таки тот совершенствовал их на протяжении многих столетий, — но думал, что сразу поймёт это, стоит ему лишь заполучить эту Древнюю Силу. Но он глубоко заблуждался.
      Хотя от полученной энергии всё же был свой толк — собственные силы Канненсиса увеличились в тройном размере! И он чувствовал, что новые способности просто прячутся где-то глубоко внутри него, но со временем они ещё проявят себя.
      Небо медленно, но верно начинало темнеть, и это не могло не радовать принца — во тьме он чувствовал себя намного увереннее, хотя уже и привык к солнечному свету. Канненсис бродил по улицам вечернего города, предвкушая приближение ночи. Но вскоре бесцельно бродить ему наскучило, и он вспомнил, что сейчас человеческое тело больше его не ограничивает. Новая Сила позволяла уберечь этот хрупкий сосуд от зловредного влияния способностей принца, которые при частом использовании могли разрушить его в одночасье.
      Канненсис подыскал наиболее безлюдное место в одном из дворов, что повстречался ему по пути. Подошёл ближе к старому обветшалому дому из выцветшего красного кирпича. Судя по внешнему виду, это здание не было жилым. По всей вероятности оно уже давно заброшено и подлежит сносу. Неподалёку возвышался столб с чудом не разбитым фонарём. Принц остановился около небольшого выступа-козырька, расположенного над главным входом в здание. Сверху висела табличка с коротким названием, но буквы стёрлись до нечитабельного состояния. Канн упрямо всматривался в глубь тени, что отбрасывал козырёк, словно пытаясь что-то там обнаружить. Через некоторое время он уловил еле слышный отзвук быстрой незнакомой ему мелодии. Приглушённо, но чётко доносились гитарные рифы.
      «Скорее всего, какой-то клуб, — подумал Канненсис. — Почему бы и нет».
      Принц улыбнулся своему решению, мысленно строя планы на сегодняшнюю ночь, и шагнул вперёд. Его глаза наполнились густой дымчатой пеленой, тень тут же обволокла всё его тело и растворила в себе, словно он всегда был частью неё. В стремительном полёте парень миновал длинные чёрные «коридоры», на первый взгляд ничем не отличающиеся друг от друга. Но тьма каждого безмерного пространства была наполнена запахами, звуками, эманациями человеческих образов и чувств — всё это было подвластно тёмному зрению и слуху принца. Уловив услышанную ранее мелодию, он резко остановился и поменял направление в сторону своей цели. По мере приближения музыка становилась всё громче. И это была уже не просто музыка, а хорошо различимый, долбящий по ушам грохот электронных гитар. Периодически её рассекал мужской немного хрипловатый голос, и несмолкаемый полный радости визг девушек.
      Канн оказался в крытом помещении, обделённым окнами. Внутри собралось большое количество молодёжи. Их тела безустанно двигались, время от времени освещаясь разноцветными неоновыми лучами. Люди окружали небольшую сцену, на которой выступали несколько музыкантов и солист.
Музыка властвовала над всей присутствующей в зале толпой, принуждая их неутомимо двигаться. Однако в этом музыкальном потоке был некий вакуум, внутрь которого никто не мог заглянуть. Сейчас, стоя в этом вакууме, принц наблюдал за всем происходящим в зале, словно через небольшое окошко, покрытое прозрачно-тонкой чёрной занавеской. Канну стало ясно, что он попал на чей-то концерт. Что ж, тоже неплохо. Он вышел из тьмы, скрывавшей его присутствие от человеческих глаз. Но поглощённые музыкой люди даже не заметили появление нового участника этого шумного мероприятия. Он прошёл вглубь толпы, внимательно изучая откровенно двигающиеся под музыку женские тела. Он планировал подыскать для себя какую-нибудь красотку, а то и двух, чтобы провести с ними бурную ночь в койке гостиничного номера. А потом узнать, действительно ли так вкусна человеческая душа. Сам Владыка Теней давно подкреплялся этим экзотическим нектаром втайне от своего народа и даже собственного сына. От мысли об этом внутри тела пробежала искра злости, но Канн тут же погасил её, успокоив себя тем, что без своей Силы его отец просто никчёмный старик. Ни к чему сейчас думать о былом, время ещё будет, ведь замысел принца ещё до конца не осуществился. А сейчас пора отбросить дурные мысли и как следует по-настоящему отдохнуть. Впервые за долгие годы.
      Взгляд принца остановился на девушке в джинсовой мини-юбке с пышной копной коротких волос. Она танцевала со своей подругой (которая тоже оказалась вполне привлекательной, как отметил Канн) в окружении нескольких поддатых парней.
      Канненсис уверено двинулся сквозь толпу. Достигнув цели он провёл руками по изящной талии девушки и остановил их на её бёдрах.
      — Эй, крошка, не хочешь потанцевать со мной? — Канненсис включил всё обаяние своего человеческого тела.
      — Может быть, лучше меня пригласишь? — раздалось прямо за спиной.
      Голос прозвучал как гром среди ясного неба. Сердце Канненсиса ёкнуло от неподдельного страха. Этот голос был ему до боли знаком. Голос, который как он думал, он больше никогда не услышит. Он медленно повернулся, стараясь хоть как-то отсрочить этот неизбежный момент — встречу со своим прошлым, мысли о котором он тщетно пытался отбросить.
      Адора ни капли не изменилась. В Промежуточном Мире время бежит гораздо быстрее. Канненсис думал, что прошло уже тринадцать лет с их последней встречи, но в действительности его не было всего два с половиной года. Время беспощадно к людям. Оно неумолимо летит вперёд, приближая неизбежную смерть. Дети тьмы также не были абсолютно бессмертны, но время было к ним более благосклонно. Может, через толщу тьмы ему труднее пробиться? Если бы Канн оставался в своём мире, он бы никогда и не задумался об этом.
      Адора, чьи белоснежные локоны едва касались плеч, устремила на него взор полный тоски и сожаления. Пряча свой истинный облик, она практически ничем не отличалась от человеческой девушки. Но необычайная, нечеловеческая красота выдавала её неземное происхождение. Словно статуя, высеченная из гладкого белого камня, её тело имело безупречные черты, которые люди приписывают своему идеалу. Её формы обрамляло вызывающее чёрное платье экстремально короткой длины и с откровенным декольте. На красоту подобной этой люди обычно смотрят разинув рот, теряя дар речи. Но нельзя позволить этой красоте себя одурачить. Практически всегда за ней может скрываться абсолютно чёрная и уродливая душа. По крайней мере, Адора была именно такой.
Канненсиса одолевала тяжесть смешенных чувств: с одной стороны, он был рад снова увидеть её лицо, но с другой — он никак не мог простить её предательство. Он смотрел на неё с такой жестокостью и презрением, что и без того белоснежная кожа девушки стала ещё бледнее.
      — Я смотрю, ты настолько вжилась в роль роковой блондинки, что решила привлечь лишнее внимание, — Канн оценил её наряд. — Не хватает мужской ласки? — ядовито усмехнулся он.
      — Всё ещё ненавидишь меня… — с грустью произнесла Адора, пропуская мимо ушей его колкости. — Неужели лучше жить среди людей, лишь бы не видеть меня?!
      — Ты прекрасно знаешь, что я здесь не поэтому, — холодно ответил принц.
       Взгляд Адоры изменился. Ответ Канна вернул её в жестокую реальность, в которую она так не хотела верить. После его слов обаятельная, но столь печальная улыбка исчезла с её лица. Плавные дуги тонких бровей сдвинулись к переносице. Девушка вдохнула в себя воздух и поморщилась от неприятного человеческого запаха, смешанного с громко звенящими нотками Древней Силы.
      — Я бы предпочла думать именно так. — Адора подошла ближе и поднесла руки к лицу Канненсиса. Холодные ладони девушки нежно прижались к его щекам.
       Канненсис не понимал, что происходит. Ещё совсем недавно преисполненные ненавистью глаза девушки теперь были наполнены негой и теплом. Он не мог оторваться от этих светло-голубых глаз, глядящих прямо на него. Прямо внутрь него.
      — Прошу, прости меня, мой принц. Но всё, что я делала, было для твоего же блага. Давай вернёмся… Вернёмся в наш мир. Вместе.
      Принц резко схватил её за запястья и оттолкнул. Он никогда не сможет простить того, как поступила с ним Адора. Её мольбы о прощении только разозлили его ещё больше, напомнив о её двуличной натуре.
      — Там не осталось никого, к кому стоило бы вернуться, Адора, — процедил Канн сквозь зубы.
      Лицо девушки тут же исказилось злобой и раздражением.
      — Прекрасно! Живи и дальше среди этих жалких людишек, пока можешь! — Несмотря на грохот музыки и визг фанатов, Адора привлекала много ненужного внимания своим громким выкриком, которое и без того досаждало ей из-за её внешности, столь притягательной для мужчин Промежуточного Мира. — Ты и так застрял в этом ужасном теле. Этот мерзкий запах перебивает твой собственный! Если бы не Сила Владыки, я бы ни за что тебя не учуяла!
      — Вот, значит, как ты меня обнаружила.
        Адора замолчала, поняв, что в порыве злости сболтнула лишнего. Но вскоре продолжила:
      — Как ты мог… Как ты мог так поступить? Это же твой родной отец!
      — Потому что только я мог остановить его. — Канненсис кинул на неё укоризненный взгляд и развернулся в противоположную сторону, чтобы уйти.
      — Подожди, — остановила его Адора. — Я не сказала тебе самого… — Девушка внезапно замерла, не успев договорить фразу до конца. Её ноздри затрепыхали, втягивая в себя воздух. — Только не это.
Канненсис лишь через пару мгновений понял, что девушка имела в виду. Пол под ногами слегка дрогнул. Плотные стёкла во всех прожекторах одновременно лопнули, и мелкая крошка, поблескивая от разрядов тока, посыпалась на головы музыкантов. Неоновые лучи погасли, заставив людей на танцполе запаниковать ещё больше. Крики разлетелись по всему залу. Слышался торопливый стук девичьих каблуков по полу и тяжёлый топот парней. Люди в панике спешили покинуть клуб. Внезапно неистовый вопль раздался совсем рядом с принцем. Молодой парень, оказавшийся в воздухе, со всей силы впечатался прямо в стену. Этот звонкий треск ломающейся кости не перепутать ни с чем — бедняга замертво упал на пол, оставив на стене багряный след крови в области головы. Зал покрывала кромешная темнота, но Канн прекрасно мог видеть, что происходило вокруг.
      — Он здесь… — с безумной ухмылкой на лице тихо произнёс Канн. Он еле дышал из-за нервного волнения от предвкушения битвы. Бешеная радость переполняла всё его тело. Вот она, долгожданная возможность узнать, на что он теперь способен!
      Прямо навстречу принцу направлялся огромный монстр — только так можно было описать этого неукротимого демона, исчадье Мира Теней, — швыряя попадающихся на пути людей в разные стороны. Мощный длинный хвост тяжело метался из стороны в сторону, а хищный взгляд, устремивший свои щелевидные зрачки в окружении холодного голубого цвета прямо на принца. Угрожающий образ хорошо дополняли широкие, испещренные кольцевидными выступами, остроконечные рога, вырывающиеся из белокурых коротких волос. В отличие от сестры, он явно не следил за современной модой: его фигуру облегала удлинённая до середины бёдер чёрная куртка-котарди с латунными пуговицами по центру и низко расположенным поясом из чеканных пластинок; воротник-стойка и браслеты рукавов котарди, застёгнутых пуговицами до самых локтей, покрывал замысловатый узор, вышитый золотой нитью; а ноги тёмного создания облегали коричневые кожаные штаны.
      — Как же низко пал наш Великий принц, — прогремел монстр, и стены зала отразили его глухой утробный смех. Слово «великий» он намерено выделил, покрыв его толстым слоем желчи и сарказма. Монстр лишний раз хотел дать понять Канненсису, что он ни во что его не ставит.
      Вексар, — протянул Канн имя своего старого знакомого. — Век бы не видеть твою мерзкую рожу, — злорадная ухмылка и азартный блеск в глазах не сходили с его лица.
      — Вижу, ты по мне сильно скучал, принц. Давненько я не впечатывал в землю твою наглую физиономию.
 Канненсис не смог сдержать прорвавшийся из груди смех.
      — Я бы сказал, никогда, — Канн с трудом подавил смех и слегка прикрыл насмешливую улыбку рукой, ухватившись за подбородок. — Теперь я знаю твою самую сокровенную мечту.
      Вексар явно не оценил шутку. Его глаза полыхнули гневом, и он стремительно начал приближаться к своему противнику. Адора прекрасно знала своего брата и поняла, что сейчас ей лучше отойти подальше.
      Монстр со всей силы рубанул рукой воздух и согнул пальцы в полукулак. Его руку охватил плотный слой чёрного как смоль дыма. От руки Вексара дым направился дальше, приобретая форму двустороннего топора. Дым начал рассеиваться, оголяя широкие ребристые лезвия и длинную толстую рукоять из прочной стали. Вексар демонстративно смахнул с него чёрные лоскутки оставшегося дыма, очертив топором полукруг. Монстр обнажил длинные клыки и издал громогласный клич. Канненсис чудом смог уклониться от первого нанесённого удара. Он отскочил в сторону и, сделав шаг назад, коснулся рукой стены — тупик. Он в спешке нащупал за поясом своих джинсов пистолет и зарядил его.
      — А я смотрю, ты подготовился, Вексар — ухмыльнулся Канн, снимая пистолет с предохранителя. — Неужели ты настолько сильно меня боишься? — Принц направил оружие на Вексара.
      — И этой штуковиной ты собираешь меня побороть? — Монстр разразился смехом и сделал шаг вперёд.
      — Ты отстал от жизни, приятель, — Канненсис недолго думая нажал на спусковой крючок, и глухой звук выстрела эхом отлетел от стен опустевшего помещения.
      Пронзительный рык сотряс воздух, после чего багровая струя крови побежала по руке, огибая мышцы — пуля из пистолета Канна угодила в предплечье Вексара.
      — Нет! — Адора покачала головой, давая Канну понять, что он зря это сделал. Ей совсем не хотелось, чтобы принц пострадал. По крайней мере, пока. Но Канну не следовало отвлекаться на неожиданный жест девушки. В момент он оказался сбит с ног и повален на пол. К его шее было прижато холодное лезвие топора.
      — Знаешь, Адору послали убить тебя. Было понятно, что у сестры рука не поднимется этого сделать. Поэтому…
      — …ты как всегда решил всё испортить, — продолжил за него Канненсис, борясь с давлением лезвия. Принц во время успел удержать рукоять топора, не дав лезвию пойти дальше. Мышцы на левой руке вздулись от напряжения, лицо Канна покраснело и покрылось испариной. Вексар сильно превосходил по силе это человеческое тело, и если бы не поглощённая Канном Сила отца, его окровавленная голова уже валялась бы вдали от своего тела.
      Вексар жёстко наступил на живот принца. Изо рта Канненсиса вырвался немой крик. В глазах потемнело от резкой боли. Вексар с грозным рычанием замахнулся своим острым длинным топором.
      — Прошу, умрите, Ваше Высочество!



Летта Мюллер

Отредактировано: 17.03.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги
  • Фэнтези Сновидец Диёра Нарбаева
    Бесплатно
  • Подростковая проза Ангел Гладкая Юлия
    Бесплатно