Удача

Размер шрифта: - +

Пролог. Падение длиною в небо

Что ты чувствуешь, когда летишь чуть ли не со скоростью света вниз? Тебя кидает из стороны в сторону ветром, справа — пропасть, слева — замок, занесённый снегом. И ты даже и не знаешь, куда упадешь. В ушах свистит ветер, так, что их аж закладывает.

Я, если быть честной…

— Твою мать! Гребанный Морской Дьявол! — правильно, дамы и господа. Вы совершенно верно угадали. Других слов в подобной ситуации и не подобрать.

Очередной порыв пронизывающего ветра подбросил меня чуть в сторону. Да так «удачно», что последняя надежда приземлиться в снег рядом с замком в такой родной, с виду очень мягкий сугроб, накрылась медным тазом.

— А-а-а-а! — завыла пароходной сиреной я, осознав, где именно мой полёт завершится. В ожидании, закрыла глаза. Я в красках представляла, как моё тело врежется в выступы скал, и из меня получится отличный «шашлычок».

Бум! — последовал удар, но… На удивление не такой жёсткий, как предполагала.

— Кьяк-кьяк! — раздалось совсем рядом.

Распахнув глаза, я обнаружила, что столкнулась нос к носу (клюву) с крупной белой птицей.

— Кья-я-як! — заголосило пернатое.

— Прости птичка, — заявила я, хватаясь чем только можно за её оперение. — Этот воздушный коридор уже зарезервирован за мной!

Глаза птицы могли посоперничать по размерам с двумя блюдцами. Уверена, за всю свою недолгую птичью жизнь бедолага не сталкивалась с такими аргументами.

Птица пыталась вырваться, отчаянно хлопая крыльями, стараясь набрать высоту. От усердия маленькая красная шапочка свалилась с её головы.

— Кья-я-як! — не теряла надежды птица.

— Как ни посмотри, а словарный запас у тебя ограничен, — постаралась отвлечь её я. — Но учиться никогда не поздно.

Несмотря на все усилия, птице не удавалось вырваться. Мы даже немного поднялись вверх благодаря её усилиям. С одной стороны, это внушало определённые надежды, с другой — глянув, куда эта дура летит, я слегка приуныла. Её птичьи мозги отказывались понимать, что с таким грузом долететь не то, что до середины Днепра, а даже до середины той пропасти, к которой она и летела, весьма проблематично.

— Объявляем аварийную посадку! — с этими словами я как следует зарядила ей по голове.

Тут меня в грудь толкнул поток встречного ветра и земля начала приближаться с пугающей скоростью. Упасть в сугробы, которых намело перед старинным замком, — выглядело куда перспективнее, чем свалиться в пропасть. Обязательно утешу этим птицу, когда та очнётся. Пока же я попросту отгородилась ею от неминуемого столкновения. Ах, в душе я такая трусиха.

На полной скорости мы вписались в сугроб. Под тяжестью снега было трудно дышать. Не жалея сил, я поспешно принялась расчищать место для лица и головы. Ноги болтались где-то вверху, значит, мы увязли не так уж глубоко. Я начала работать птицей активнее, как заправский бульдозер — свои руки я уже успела отморозить. Однако, безрезультатно. Несмотря на все усилия выбраться не получалось. Силы кончились. Я начала задыхаться, а глаза предательски закрываться. Опять. Второй раз за сегодня.

Долеталась…

Но кто-то неожиданно схватил меня, вытаскивая наружу. Обретя второе дыхание, я отчаянно продолжила копать птицей, помогая нашему благодетелю. Думаю, она — птица, уже не обидится. Ей теперь всё равно.

И нас выдернули наружу. Я жадно задышала, но тут же закашлялась. Рот, чуть менее, чем полностью, был забит птичьими перьями и пухом. Наверное, их бы хватило на целую подушку.

Отплевавшись от перьев и отдышавшись, я наконец-то смогла как следует рассмотреть спасителя. Им оказалась же-е… ба-а… Ведьма?!

— Пожалуйста, не ешь меня, — заявила я, теряя сознание. Сил на испуг уже не было. Последнее, что я увидела — осуждение в глазах.

***

Я сидела и потягивала горячий бульон из глиняной миски. Живительное тепло буквально расползалось по моему телу. Что ни говори, а та бабуля определённо знает, как обращаться с пострадавшими после обморожения. Бедолагами вроде меня. За бульончик и прочую помощь она потребовала сущий пустяк — всего-то рассказать старушке, как же я дошла до такой жизни. Я тут же попыталась рассчитаться по долгам, за то и поплатилась. Такого смачного леща я лет десять не получала.

— Сперва доешь. Все разговоры потом.

Припомнив золотое правило моего старого мира — когда я ем, я глух и нем, принялась наворачивать бульон активнее. Потом, так потом.

На столике меня ожидала небольшая горка из порошков, каких-то склянок с жидкостью и прочих лекарств. У-у, народная медицина в действии. Сто лет бы тебя ещё не видеть, родная. Но отказаться предполагало повышенный риск нарваться на очередную оплеуху от скорой на расправу и тяжёлой на руку бабули. Кривясь и давя свой скептицизм в зародыше, я отдала должное местным медикаментам.



Askarida Moon

Отредактировано: 16.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги