Удивительные приключения на паровом ходу

Размер шрифта: - +

Глава 8

Так они путешествовали из города в город, очень долго, уходя все больше вглубь материка, но девочка об это не догадывалась и надеялась, что все идет как надо и дорога их лежит к океану. Роботы пользовались безумной популярностью. Не то, чтобы она, эта популярность, гонялась за ними с пеной у рта. Нет. Просто подъезжая к очередному городку, люди уже заранее встречали их шумной толпой у городских ворот. В основном, конечно, это были дети, которые ватагой неслись за кибитками и сопровождали цирк до самой остановки. И только угрозы выпустить механических собак, отваживали храбрых поклонников от предмета их страсти, но те, все равно, скрывшись от глаз работников цирка, слонялись неподалеку в надежде первыми лицезреть заявленное чудо. И надо ли говорить, что каждое выступление проходило с феерическим успехом.
Фонарь по дороге сочинил еще с десяток песен, Шляпа продумал сценические костюмы, а Дверца неизменно взял на себя стратегические расчеты и расставлял по сцене всех, рассказывая, кому и когда двигаться и вступать со своей партией. Все роботы с лихвой научились пользоваться выбранными музыкальными инструментами и уже подумывали освоить что-нибудь еще. Даже из мелодической гармоники, что поначалу жутко пищала и от ее шума скрежетали зубы у всех в округе за сотню метров, удалось извлечь прекрасные душещипательные звуки. Но это уже заслуга Шляпы. Что-что, а уже если этот робот возьмется за воплощение какой-нибудь идеи, то не бросит до конца свою задумку, пока не воплотить ее стопроцентно. 
Но все эти перемены не могли не сказаться на их отношении к окружающим. Троица уделяла все свое внимание репетициям и встречам с поклонниками, иногда совершенно забывая о существовании Микры. Роботы стали важничать и при любой возможности произносить фразу: «По моему авторитетному мнению…» Их походки очень изменились, они будто подпрыгивали на ходу, все время стараясь ступать на носочки, пружиня ногами. Видимо это в их понимании было «нести достоинство», фразу, услышанную ими от какого-то посетителя. Теперь они никогда первыми не здоровались, в их тоне не слышалось былой приветливости, а только холодное высокомерие. 
Артисты цирка были недовольны таким положением дел,  так как все чаще зрители освистывали их на выступлении и требовали сразу перейти к песням. Как-то шушукаясь между собой, маленькие балерины заметили, что роботы задрали носы и смотрят на всех свысока. Это было услышано так не вовремя проходившим мимо Шляпой и с тех пор, роботы старались перед разговором забраться повыше, чтобы «смотреть свысока», а перед каждым выступлением рисовали себе нос, прям под самыми глазами, споря друг с другом, у кого он выше. От этого отношение со стороны коллег по цеху к ним, да и к Микре, живущей с роботами под одной крышей, окончательно испортились. И только Мариэлька и Грин оставались верны своей маленькой подруге и старались поддерживать ее.
Как-то раз, пока Микра и Мариэлька попивали чай, а в угольном отсеке краба репетировали роботы, к ним зашел старичок-импресарио. Он слегка пошатывался и от него жутко несло спиртным, а вокруг всего его небольшого тельца из ниоткуда непрекращаясь поднимались в воздух мыльные пузыри и лопались, чуть только взлетали выше головы лепрекона.
- А вот я тебе скажу, ик! – заплетающимся языком сказал этот старенький джентльмен в зеленом сюртуке. – Что очень даже хорошо!
- Фу, Байл! Иди вон! – топнула на него ногой Мариэлька. - А то я сейчас Грина позову!
- Вас всех уволят, а я останусь. Вы все сгниете в нищете, спасибо маленькой Леди, - почему-то рассмеялся гость и, развернувшись на пятке, принялся, приплясывая, удаляться. - А я останусь, объявлять все равно кому-то надо! Ха-ха-ха! 
Микре стало очень обидно, и она едва сдерживала подступавшие слезы. Ей совсем не хотелось, чтобы кто-то гнил в нищете. Роботы же, как только появился незваный гость на пороге, прекратили репетицию и с настороженностью слушали, что он говорит.
Когда лепрекон окончательно скрылся, фея положила руку на плечо Микре и улыбнулась:
- Не обращай внимания, он любит закладывать за воротник! – махнула она рукой.
- О, я тоже так люблю, - закивал головой Шляпа. – Вот если что интересное нахожу, все за пазуху прячу через воротник.
- Нет-нет, не в том смысле, - засмеялась Мариэлька. - Выпить он любит. Эта страсть его и сгубила. Однажды он так напился, что заснул под дубом, вот там его один из братьев и поймал. А когда поймал, потребовал горшок денег. Поговаривают, что каждый из этого народца владеет минимум тремя горшками с золотыми монетами. Тогда старый Байл, попытался хитростью обвести вокруг пальца братьев, но попался в собственный капкан. Он был слишком пьян, чтобы все правильно рассчитать и его угораздило заключить с ними контракт. Теперь, бедняга, как и все мы, вынужден работать на циркачей. Мне его даже жаль. Хотя, конечно, он не очень приятная личность.
- Ну и история, - вздохнул Фонарь. Он как всегда принимал все слишком близко к сердцу.
- М-да. Хорошо, что среди нас только Дверца умеет здорово напиться, - вздохнул Шляпа. – Но мне если честно, как-то и расхотелось становиться похожим на человека. Я робот – и это звучит гордо!
- Да! – согласился Дверца. – Я и не пью больше. А теперь репетировать!
Роботы принялись с присущим им упорством репетировать новую песню, уже через мгновение забыв о визите сгорбленного старичка в зеленом сюртуке.
- Как бы мне хотелось выкупить свой контракт, - вздохнула тихонько Мариэлька. 
- Я могу дать тебе денежек. Сколько нужно? – вдруг спросила Микра. Ей так хотелось помочь своей подруге, что было ничего не жалко.
- Ну что ты такое говоришь, от тебя я не взяла бы и копеечки. Вам же за выступление не платят братья? Все говорят, что уголь и еду дают, да?
- Да, - согласилась девочка, которая не задумывалась о получении прибыли. – Если я попрошу их платить, они заставят подписать контракт. А мне всего-то хочется поскорей добраться до океана.
- Ну, это не скоро случится, - грустно усмехнулась фея. - Мы ведь ходим по кругу.
- Как это по кругу? 
- Я думала, ты знаешь, - удивилась Мариэлька, - просто ищешь что-то в записях отца.
- Вчера я разговаривала с одним из братьев, и он заверил меня, что еще немного и мы непременно выйдем к океану. Выходит, меня обманули?
- Да и что можно было бы еще ожидать от этих братьев? – презрительно фыркнула в ответ Мариэлька. 
- Я не знаю, - опешила Микра. До этого дня ее ни разу так открыто не обманывали. Она нахмурилась и уставилась в пол, злясь на братьев и свою нерасторопность в отношении к записям отца. – Я никак не могу найти в этих дневниках нужные мне подсказки. Папа мой был явно рассеянный, его заметки похоже на чехарду. Он начинает предложение с рассказа о свадьбе и заканчивает его копченой колбасой, - Микра встала и с досады принялась заламывать руки. – Как среди этой белиберды, смешанной с идеями очередного изобретения, найти необходимую информацию?
- Бедная малышка, - сочувственно вздохнула Мариэлька. – Может попробуешь открывать наугад и читать, а потом то, что прочла, помечать карандашом?
Но их прервал один из братьев, просунувший голову в дверь.
- Чего расселись? А ну на генеральную репетицию все, - обратился он к роботам, а после повернулся лицом к дивану и нахмурился: – Опять тут ошиваешься? Быстро со всеми на сцену. 
А когда все выбежали, сменил выражение лица на самую возможную добродушную улыбку, которую Микра не наблюдала на его лице с времен своего отказа подписать контракт, и запел сладким голосом:
- Милая девочка, а не могла бы ты помочь остальным? И прачке бы пригодились лишние руки и конюху. Сейчас как раз не хватает кого-нибудь такого проворного, чтобы почистить шерстку нашим лошадкам. Сделай милость, пойди, приведи наших любимцев в прекрасных, пышущих здоровьем и красотой мустангов. А то ведь и ты ешь хлеб, что все зарабатывают таким трудом.
И вышел, не дав даже слова возразить. Девочка не знала, как поступить в такой ситуации. Конечно, будь она смелее, то не пошла бы никуда. Но рассудив, Микра пришла к выводу, что и правда неплохо было бы помочь цирку. К тому же, хоть она и не брала денег за выступление роботов, но ела наравне со всеми. 
Микра направилась прямиком к стойлу коней. Обычно ухаживал за ними Байл. Сейчас же, подставив себе табуретку под ноги, он видимо был полон намерения их почистить жесткой щеткой, но так как с утра уже успел приложиться к стакану, то просто уснул, облокотившись на лошадь. Та послушно стояла, опустив понуро голову и пытаясь ухватить кусочек сена, что лежал совсем рядом. 
Микра с трудом разбудила лепрекона и предложила ему поспать рядышком, пока она займется животными. Сделать из этих худых и заморенных скудной диетой кляч красивых мустангов, конечно, не получится, но хотя бы приласкать да причесать она могла. Девочка довольно быстро нашла общий язык с лошадьми, им явно нравилось ее бережное отношение. Микра долго расчесывала каждую щеткой, приговаривая комплименты. Потом заплела гривы и хвосты в красивые косы, пожертвовав на это свои собственные ленты. Лошади фыркали и тыкались в нее своими влажными носами, требуя еще немного ласки. Но на пороге появилась девушка с бородой и, нахмурившись, потянула Микру за руку к одной из разложенных кибиток. Там торжественно ей был вручен таз с мыльной водой и белые рубахи работников сцены. Когда девочка закончила со стиркой, то ее попросили помочь с чисткой овощей для животных. Так весь день до самого выступления Микра провела за работой, и даже не пошла смотреть на это самое представление, так как очень устала.
Но на следующий день все повторилось. Лошадки встретили ее с нетерпением, каждой хотелось получить свою порцию комплиментов. Когда было закончено с лошадьми, настала очередь стирки, потом готовки и опять до самого вечера. 
Труппа двинулась дальше, но т это ничего не поменяло. Каждый вечер, останавливаясь на ночлег, Микре приходилось то чистить лошадей, то мыть посуду, то убирать в кибитке братьев. Ей не хватало времени даже на чтение. Во время переездов из одного города в другой, ей всегда находилась работа, а по пути Микре приходилось чинить чью-то одежду. Обиженные на поведение роботов артисты с удовольствием заваливали различными поручениями девочку. Изменилось и отношение братьев к такому положению дел, они больше не улыбались и не просили, а настоятельно требовали исполнять свои обязанности, поощряя тем самым обнаглевших артистов.
Однажды Микра так устала, что впервые в своей жизни разозлилась. Девочке пришлось встать еще до рассвета, чтобы успеть сделать все задания на день и иметь хоть немного свободного времени, но из-за этого у нее сильно разболелась голова. Она сидела и пыталась сосредоточиться, но буквы в неровном почерке отца скакали между строчек, а галдевшие рядом роботы только усугубляли положение. Они как раз спорили, кто из них больше не похож на мясного человека. Эта стала для них излюбленной темой для разговоров. Раньше роботы стремились слиться с толпой, теперь же, поняв свою исключительность, каждый пытался выделиться из общей массы. Они наперебой рассказывали друг дружке о своих особенностях.
- Я из вас всех, самый особенный, - гордо заявил Дверца. – Я старше, умнее, у меня прекрасные золотистые туфельки на каблуке и шляпа с дымоходом. Я умею выпускать дым!
- А вот и дудки, - возразил ему Шляпа. – У тебя усы и бакенбарды, а еще ты пьешь и ешь, как обычный человек. А я вот совершенно лыс, а еще у меня как у робота во рту динамик!
- А у меня глаза – фонари, - как бы невзначай заметил Фонарь. – Так что это вы все подобия людей. А я самый настоящий робот.
- Я давно уже не ел и не пил, мне это без надобности, - надменно возразил Дверца. – К тому же, вы все без моих организаторских способностей просто кучка скрипучих механизмов. Это я сделал из вас звезд!
- Если бы не мой голос, то никаких бы звезд не получилось…
- Хватит, замолчите, - закричала на них Микра. Девочка почувствовала, как буквально взорвалась. Ее злило все: и их глупые разговоры, и их самомнение о себе и, конечно больше всего, вызывало ее негодование то, что друзья совсем забылись в своем новом амплуа. Им давно не было никакого дела до ее жизни, и девочке казалось, что роботам просто на просто все равно. – Знаете, что я вам скажу? Вы вправду нелюди! Не все люди обманщики и плуты, есть и милые добряки, как Мариэлька и Грин. Зато вы трое, все как один – чугунные пустые чайники. Не внешность делает особенным любого, а содержание! И пока у вас внутри затхлый воздух, вместо компота, вы так и останетесь латунными механизмами. Когда папа сказал – не доверяй никому, я не думала, что он имел в виду и вас!
Высказав все как на духу, Мирка разрыдалась. Роботам стало от ее слов не по себе. Каждому из них показалось, что они очнулись от волшебного заклятья. Они так и стояли, пытаясь справиться с новым для них чувством, чувством всепоглощающего Стыда. Первым пришел в себя Фонарь.
- Ну что ты, маленькая Леди, - присел он рядом и попытался заглянуть ей в глаза. Но Микра передернула плечами, и руки робота безвольно легли рядом, - мы не хотели тебя обижать.
- Не хотели? Пока вы веселитесь, мне приходится работать как на ферме. С утра до вечера. То приготовь, то постирай, то прибери. А я еще очень маленькая для таких дел.
Дверца вздохнул и вдруг спросил: 
- Ты, наверное, хочешь выступать с нами? Поэтому плачешь?
- Дурак! – бросила зло девочка, и закричала: – Идите вон, репетируйте где-нибудь там, а меня оставьте одну! Не хочу таких друзей, не хочу!
Роботы, не понимая, что произошло, замерли на месте, а девочка уткнулась в подушку лицом и продолжила горько плакать. И она плакала так долго, что и не заметила, как уснула. Микру разбудил яркий лучик солнца, что заглянул к ней в иллюминатор. Роботы так и стояли по своим местам, и Микре стало стыдно за свои слова. Она уже хотела встать, извиниться перед ними, как взгляд ее упал на раскрытый пятый по счету дневник, который выбился из общей стопки и завалился под стол. Микра, не закрывая его, подняла и принялась читать прям с того места, как рекомендовала ей Мариэлька.
«Есть в глубине океана большое сокровище. Оно спрятано от глаз любого живущего под водой или над водой. Потому что сокровище это настолько ценно, что любой бы захотел воспользоваться сим, а во вред или во благо – это уже большой вопрос. В сущности, что и для кого есть благо и вред? Одному кажется вредно есть сырую морковь из-за расстройства желудка, другой же, супротив, считает ее панацей от своей близорукости. Так и это сокровище способно подарить жизнь или отнять ее, способно создавать, как создавали Боги этот мир во всем его великолепии, или же разрушить, как эти Боги однажды разрушат этот мир во всем его противоречивом несовершенстве. Но драгоценности всегда притягивают к себе редкие божественные искры. Так и возле этого сокровища я оставил свое самое большое богатство. Я подарил свою вторую половину этому кладу, дополнив его. Если меня нет, а кто-то читает эту запись, возможно, моя маленькая доченька, то запомните одно простое заклинание и вам откроются двери в тайну: 
Встаньте крабу прямо в сердце
И откройте в Дверце дверцу
Пусть посветит тут Фонарь,
Дело в гогглах так и знай.

Простите, я не умел никогда сочинять стихи. Если же кто-то не близкий мне человек читает эти записи, и они кажутся ему полной бессмыслицей, то просто листайте дальше и не берите в голову причуды занятого инженера..»



Маричка Вада

Отредактировано: 07.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться