Удивительные приключения на паровом ходу

Размер шрифта: - +

Глава 3

Девочке снилось, как она летит на огромном воздушном шаре, и шум ветра в ушах отдается непонятным гулом в голове. Приоткрыв глаза, она вдруг осознала, что этот гул никуда не делся и тут же на нее навалились воспоминания о минувшей ночи. Микра подскочила с дивана, едва не столкнувшись с вышедшим из кухни Дверцей, который нес в руках поднос с завтраком:
- Это насос работает, - успокоил он ее. - Мы уже собрали все более или менее ценные вещи, смазали механизм и заправляемся водой. Оказывается, мастер приготовил для этого дела специальный длинный шланг. А гудит насос. Сейчас позавтракаем и в путь, пока ветер без камней.
- Без каких камней?
- Без всяких, - пожал плечами Дверца. Он поставил поднос с яичницей на столик, взял в руки чайник и выпил прямо с горла кипятка. – Вкусно!
- Ты не чувствуешь вкус, - вздохнула девочка. - Обязательно это делать?
- Когда-нибудь почувствую. Раз могу пить, значит, создатель этого хотел.
- О, Боги! – девочка стиснула свое лицо ладонями и зажмурилась. – Папа задумывал тебя по-другому, вот ты и можешь пить воду и есть уголь.
- Точно, надо подкрепиться, - не обращая внимания на ее тон, Дверца прошествовал в заднюю часть машины и принялся запихивать в себя уголь.
- У тебя даже печка не работает, - закричала вслед ему Микра. Уголь и вода, что робот постоянно употреблял, желая показать свою принадлежность к людскому роду, просто скапливалась у него в резервуарах, и приходилось их периодически чистить. А у девочки и так было полно забот.
Но Дверцу, похоже, это совсем не заботило. В дверь проскользнул Шляпа и, увидев, как инструмент искусства исчезает в утробе его братца, недовольно фыркнул.
- Принимаешь, да? А вдруг не хватит на дорогу именно этого кусочка?
- Ты просто мне завидуешь, - парировал Дверца.
- Было бы чему!
- А тому, что я единственный среди вас ближе всего к мясному человека, а вы так, бледные копии!
- Ничего себе! Это прямое оскорбление, - в полемику вступил подошедший Фонарь. – Я вообще, среди вас самый нормальный. И если ты умеешь есть, это еще ничего не значит.
- Это значит ровно только то, что я умею есть и пить, по образу и подобию создателя, - Дверца поправил свои усы.
- Да хватит уже, достали! – прокричала им Микра. Эти их вечные споры, кто из них больше похож на человека, очень сильно угнетали девочку. Если они начинали этот разговор, то могли до вечера выяснять, кто же из них самый-самый.
- Пора бы и в путь! – согласно кивнул Дверца и направился к кабине управления.
- Да, иди рули, подобру-поздорову, - кинул ему вслед Фонарь, а сам принялся помогать Шляпе растапливать печь, включив свои глаза на полную мощность.
Но проходя мимо Микры, Дверца не удержался и, глядя на нее, утвердительно кивнул:
- Завидуют!
Девочка только вздохнула и поджала губы. Как они вообще могут быть такими беспечными, когда им угрожает опасность? Когда их создателя арестовали и неизвестно, что ждет впереди? Она поднялась вслед за Дверцей в кабину и спросила:
- Ты хоть знаешь где океан?
- По дороге прямо, известное дело.
- То есть ты не знаешь?
- Ну, гипотетически, все дороги ведут к океану, да, - поразмыслив, заключил Дверца. – Выедем на дорогу и двинемся в сторону от деревни.
- Я обречена, - у Микры на глазах вновь навернулись слезы, но она быстренько взяла себя в руки. Ей хотелось, чтобы все вчерашнее оказалось дурным сном. И уж конечно, девочке было досадно, что теперь вся ее дальнейшая жизнь зависит от трех роботов, которые и сами-то умом не отличались. Все чем они владели, это те крупицы знаний, которыми их так настойчиво одаривал отец. Она вспомнила про дневники и отправилась обратно в комнатку, в надежде быстренько все прочесть и разгадать тайны Тима.
Тем временем огонь окончательно согрел воду, послышалось отдаленное бурление и давящий шипящий звук, краб дернулся и поднялся, опрокинув навзничь не подготовленных к этому юных путешественников.
- Ох, я разбил себе, кажется, нос! – послышался жалобный всхлип Шляпы. - Маленькая леди, взгляните.
Микра, которая тоже упала на диван и теперь пыталась сохранять равновесие, а краба просто шатало в разные стороны, уже устала вздыхать, и никак не отреагировала на зов робота. Между тем машина продолжала раскачиваться, потом задрала одну, а всего их было шесть, ногу вверх и неуверенно опустила ее прямо на остатки крыши хижины. 
- Ой, и мне тоже что-то разбило, - послышался шепот Фонаря,- дай, и я синяк нарисую.
- Тише ты, никто не должен знать, что они рисованные, в этом смысл, - ответил ему заговорщицки Шляпа.
- Ага, я понял.
Краб, перебирая лапами, разбил все, что уцелело от хижины и неровной походкой, будто пьяный, выбрался на дорожку. Он прошагал вперед метров двести и достиг центрального шоссе. Это заняло у него всего минут пять, и чем дольше Дверца управлял им, тем быстрей становилась его скорость, а сами движения более плавными. Они выбрались на широкий тракт и припустили по дороге. Никто им не встретился по пути до обеда, все проходило тихо и спокойно. Даже чересчур.
Микра обнимала плюшевого зайца – папин подарок - и пыталась читать его дневники. Но спустя пару часов, краб сменил свою бодрую походку на вялое волочение лап. Видимо в огонь никто ничего давно не подбрасывал, и он потихоньку начал затухать. Да и сами роботы, что находились в хвостовом отделе, как-то подозрительно затихли. Микра отложила скучные научные концепции и отправилась посмотреть, что там происходит. Когда она появилась возле двигателя, то застала интересную картину: роботы стояли друг против друга и с упоением рисовали синяки углем, одновременно и себе, и другу, и даже на стенах. На них почти не осталось свободного места, все было в черный горошек.
- Вы невыносимы. А еще называетесь помощниками! – притопнула ногой девочка и пошла на кухню, искать ненужную тряпку.
- Ой, - стыдливо выдохнул Фонарь и бросил свой уголек в общую кучу. – Мне кажется, мы делаем что-то неправильно. Не знаю, что именно, но чувство это странное и неприятное.
- Да, увлеклись, - согласился Шляпа и, ухватившись за лопату, принялся подбрасывать в печку топливо.
После обеда, Микру позвал в рубку Дверца на совещание. Впереди на дороге замаячило небольшое село.
- Ну что, будем сворачивать? – спросил ее робот.
- Я не знаю, - пожала плечами девочка, - давай действительно попробуем обойти.
Они приняли курс вправо и направили машину вокруг небольшого селения. Но маневр не удался, так как, желая не привлекать внимания, они наоборот наткнулись не только на местных жителей, но и на большое количество приезжих. Возле деревни проходила ежегодная ярмарка в честь дня посева. Гуляния были в самом разгаре. Людей набралось видимо-невидимо, и с высоты кабины краба, все они походили на живое море. Тормозить было поздно, и краб на всем ходу ворвался в эту толпу. Собаки бешено завыли, люди кинулись врассыпную, сталкиваясь друг с другом лбами, призовые лошади, ломали свои стойла и разбегались кто куда.  В общем, поднялась такая неразбериха, что визг и крики заглушали даже шум двигателя. Дверца принялся кричать в громкоговоритель: «Извините! Простите! Берегитесь!»
Очень повезло, что никого не задели, и кроме страшного беспорядка и всеобщей паники ничего серьезного не произошло. Микре стало стыдно за такое поведение, она даже вся раскраснелась, но ничего не могла поделать и только про себя приносила извинения всем невольным участникам их забега.
Вечером Микра поужинала и, понадеявшись на своих нянек, легла пораньше спать. 
С утра ее разбудил страшный шум и очередные крики. Вскочив с постели, она первым делом отправилась в рубку управления и увидела, что они опять проходят мимо той же ярмарки, и все те же, что и вчера, лошади в панике разбегаются, собаки заливаются лаем, но стало заметно, что некоторые люди уже грозят вслед кулаком.
- Мы что, по кругу едем? – задала она резонный вопрос.
- Нет, это просто люди те же, - попытался уверить ее Дверца. – Наверное, они тоже путешественники.
- Ага, и лес путешествует и село? - заметила девочка.
- Тебе показалось, ты спишь, - отчаянно соврал робот.
- Ты заблудился и привел нас на то же место.
- Не там свернул, бывает. 
- Сверни, будь добр, там, где надо, – Микра зло сверкнула глазами и ушла. 
Но к вечеру на горизонте опять показалась та же деревня. Теперь люди не разбегались, а вышли навстречу, держа в руках, кто что прихватил впопыхах. Лошади лениво жевали свою жвачку и равнодушно взирали на топающего мимо краба, и только собаки вновь залились лаем. 
- Нужна карта, так не пойдет, – пришла к выводу девочка, когда от погони остался только редкий стук камней по корпусу.
- Давайте вернемся и спросим у местных жителей. По-моему, они уже нас полюбили, - предложил Шляпа.
- Ага, все твои шестеренки полюбят, - скептически заметила Микра. – Что уж, давай сразу к королю и его гвардии пойдем.
- Давайте переночуем возле какого-нибудь пруда, нам все равно надо заправляться, а утром выйдем на дорогу и спросим? – предложил Фонарь.
- А что, идея неплохая. Хочется воздуха свежего глотнуть.
- А я думал, что глотают только воду, - удивился Шляпа.
На счастье, неподалеку Дверца заметил небольшое углубление в лес и, воспользовавшись им,  свернул, в надежде найти хоть какой-нибудь водоем. К слову сказать, углубление было официальной дорожкой к местному рыбацкому озеру, как раз то, что надо. Не привлекая лишнего внимания, Дверца загнал краба прямо в озеро, наверху остался только торчать специально для таких дел сделанный выходной люк. Роботы подставили лестницу, отвинтили замок, такой же как у основной двери, и все выбрались, наконец, наружу.
- И порыбачим, - улыбнулась Микра, с ностальгией вспоминая те недолгие моменты, когда ходила с отцом на рыбалку.
Они уселись на краба и наловили немного рыбы, а потом Дверца пожарил ее на походной кухне. Микра хорошенько подкрепилась и в лучах закатного солнца наслаждалась тишиной. 
- Какая красивая у рыбы чешуя, - заметил Шляпа, уже приделав скелеты рыбы на поля своего цилиндра. - Как вам мои серьги?
- Что ты вечно прихорашиваешься? – едко спросил его Дверца и картинно отпил из чайника.
- Ну, по-моему, выглядеть как мясной человек лучше, чем вести себя иррационально и запихиваться жидкостью.
- А ничего я ей и не запихиваюсь! – обижено засопел Дверца.
- Вы оба неправы. Человек по природе своей любознательный. Это и делает его человеком, - возразил обоим братьям Фонарь, шаря светом из своих ядрёных глаз по дну озера, слепя и распугивая рыбу. – И поэтому из всех вас, я самый человечный. 
- Ну, враки все, человек в первую очередь должен уметь пить и есть!
- Нет, он в первую очередь должен выглядеть как человек!
- Нет же, говорю вам, он должен быть любознательным и интересоваться окружающим миром!
Роботы так увлеклись своим спором, что не заметили, как девочка спустилась вниз и легла спать. Она еще немножко поплакала, сетуя на свою тяжелую жизнь и на свое бездушное окружение. Микра чувствовала себя как никогда одинокой. Эти роботы вечно спорит, кто из них человечнее. Если бы ей задали такой вопрос, то она бы ответила на него просто, человек это тот, кто способен дружит. Кто мог бы разделить с тобой и горе и радость. Но у нее никогда не было друзей. Маму свою она помнит очень плохо, а папа вечно был занят работой, своими изобретениями, заставляя жить ее в лесу. Одну-одинешеньку. Она даже убедила себя, что разницы никакой нет, есть ли папа или его уже нет, ведь в ее жизни мало что поменялось, но потом перебила себя и не согласилась, а только пуще расплакалась, обнимая плюшевого зайца. Может, завтра она повстречает доброго волшебника, как в сказке, и тот поможет ей освободить отца? И тогда они вместе отправятся на выручку маме и заживут счастливо, как настоящая семья. На этих мыслях девочка и заснула.



Маричка Вада

Отредактировано: 13.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться