Ultima Forsan

Размер шрифта: - +

Глава 11. Большие проблемы с маленькой ведьмой.

Несколько следующих дней я помню урывками. Я не спал и не бодрствовал, постоянно проваливаясь в темноту тяжкого забытья. Приходил в себя, но лишь не больше чем на четверть часа, поэтому помню только отрывки, отдельные картинки, никак не складывающиеся в общую картину.

Скрипят колёса телеги. Колется солома, на которой я лежу. От меня пахнет, и сильно, даже я уже чувствую это. Подняться не в силах и всякий раз, когда надо выбраться, мне помогают. Здоровяк с широким, некрасивым лицом, тяжёлые надбровные дуги почти скрывают глаза. Он то и дело фальшиво улыбается, но что скрывается за его частыми улыбками? Приземистый крепыш с широкими плечами, лицо у него плоское с не раз перебитым в драках носом. Силой он почти не уступает здоровяку, легко поднимая меня, будто я ничего не вешу. Его зовут Скрипачом. Есть и ещё люди. Священник, который тщательно осмотрел меня, проверив все татуировки, прошёлся в считанных дюймах от кожи с чёрной свечой. К нему обращаются с видимым уважением, обращаются исключительно: «преподобный де Бельзак». Есть ещё командир отряда, я видел его лишь мельком, скорее всего, бывший капитан кондотьеров – загорелое лицо, широкие плечи под потрёпанным кафтаном хорошего сукна. В ножнах, прикреплённых к седлу, длинный меч. Есть некий рыцарь с глазами святого великомученика с иконы на ничем больше не примечательном лице. Он редко с кем-то разговаривает, кроме здоровяка с тяжёлым лицом. Несколько раз мелькал совсем ещё мальчишка с курчавыми волосами, и щеками, не знающими бритвы, но он редко ездит в седле, чаще я любовался на его спину, когда он правил лошадьми.

А вот вора я не видел ни разу – и это меня очень сильно настораживает.

Мне не оставили оружия, даже того, что я сумел вынести из города скорби. Несколько раз преподобный де Бельзак пытался допросить меня, но я отвечал на вопросы совсем невпопад, сознание то и дело покидало меня, поэтому он быстро отказывался от этой идеи.

Отряд остановился на берегу небольшой речушки, скорее даже сильно разлившегося из-за дождей поздней осени ручья. Здоровяк со Скрипачом отнесли меня к воде и помогли вымыться.

- Ну и несёт же от тебя, приятель, - фальшиво смеётся здоровяк, показывая в улыбке широкие, крепкие как у лошади, зубы. – Надо бы и одёжку твою постирать, да дождь вот-вот польёт снова. Промокнешь ещё да помрёшь, прежде чем с тобой преподобный наш поговорит. То-то для него расстройство будет.

- А расстраивать преподобного де Бельзака не самая умная идея, - непонятно, пошутил ли или вполне серьёзно произнёс крепыш.

Дожди и в самом деле лили почти не переставая с самого нашего с вором спасения из города скорби.

- Наш новый приятель не помрёт от такой ерунды, как мокрая одёжка, - решительно заявил здоровяк. – Мы ж его в развалинах Перо нашли, а от этой бывшей рейдерской фактории рукой подать до самого Милана.

Крепыш по имени Скрипач тут же взял двумя толстыми как сосиски, но удивительно ловкими пальцами серебряный крестик, висящий на груди, и поцеловал его.

- Едва нас Господь уберёг, - сказал он, отпуская его.

- Мой… - нашёл в себе силы прохрипеть я, - спутник… Где?..

- Вот это да! – всплеснул руками здоровяк. – Да он заговорил! То-то радости будет преподобному де Бельзаку.

- Сдаётся мне, не так и много, - ответил Скрипач, - бредит ведь. Чушь какую-то городит.

- Со мной… - силы возвращались ко мне, и я решил настоять, - был человек… в чёрном… лицо кровью залито… глаза разного цвета…

О том, что он был ещё и нечистым я решил не распространяться лишний раз.

- Точно бредит, - кивнул помрачневший здоровяк. – Не было с тобой никого, приятель. Одного тебя нашли.

Я откинулся на спину, позволяя холодной воде свободно течь и по телу, смывая с меня накопившуюся грязь. Силы стремительно оставляли меня. Но куда же мог деться вор?

Не помню, как меня вернули обратно в телегу. В себя я пришёл уже под тёплым, колючим одеялом. Меня била дрожь, казалось, всё тело содрогается в судорогах. Мне было чертовски холодно, несмотря на солому и одеяло. Я был раздет донага, и очень остро ощущал каждую соломинку, когда ворочался с боку на бок. Даже не сразу заметил, что над телегой натянули тент и по нему размеренно барабанит дождь. Под его звук и скрип колёс я и уснул.

И на сей раз это был именно сон – целительный и спокойный, несмотря даже на то и дело дёргающий меня озноб. Да и тот быстро сошёл на нет.

Проснувшись, я поспешил покинуть телегу. Природа взывала, а гадить под себя очень не хотелось. И без того в телеге было не продохнуть. Я выбрался, запахнув одеяло, и тут же оказался в центре внимания. Весь небольшой отряд спасших меня людей сидел вокруг костра. Над огнём висел попыхивающий паром чайник, от которого доносился приятный запах. Однако о нём все тут же позабыли, увидев меня.

- Вот так-так, - произнёс первым здоровяк, широко и фальшиво улыбнувшись, снова обнажая крепкие, многим лошадям на зависть, зубы. – Да ты уже своими ногами ходишь, приятель. А я говорил, что он поправится скоро – вон как храпел весь день.

Сгущались сумерки, и стоять в одном одеяле было довольно холодно. Да и босые ноги основательно утопли в грязи, что не прибавляло приятных ощущений.

- Куда вы тут оправляться ходите? – спросил я, опережая вопросы спасших меня людей.

В том, что они готовы обрушить на меня их целую лавину, я ничуть не сомневался.

- Агирре, проводи, - велел здоровяку рыцарь с печальными глазами святого.

Тот поднялся с расстеленного на земле одеяла, и махнул мне рукой.

- Идём, приятель, - бросил он.

Вместе мы отошли шагов на двадцать от лагеря, и я присел у ближайшего куста.

- Да потише ты, - хохотал здоровяк с баскским именем Агирре, - всех волков перепугаешь.



Борис Сапожников

Отредактировано: 24.05.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги
  • Историческое фэнтези Memento mori Борис Сапожников
    Бесплатно