Усадьба

Размер шрифта: - +

Глава XIX

—  Это моя мачеха, - прошептала Натали, наблюдая за дамой в белом сквозь ветви сирени. – Лиди, ведь, должно быть, и тогда ночью мы видели ее. Плащ тот же самый! Знать бы, куда она ходит…

—  Можно просто пойти за ней, - ответила я тоже шепотом.

Я сказала это легко, как что-то очевидное, но Натали тотчас посмотрела на меня почти с суеверным ужасом в глазах:

—  Ты что?! – зашептала она в страхе. – Даже не думай об этом – вдруг она заметит тебя.

—  И что она сделает? Нашлет на меня порчу? – не смогла я удержаться от усмешки, а у самой все больше и больше зрела озорная мысль.

—  Нельзя шутить такими вещами, - помолчав, ответила Натали, - вдруг она и правда ведьма? Я даже не удивлюсь, если это так…

Глядя на то, как она боязливо вжимает голову в плечи, я решила, что довольно для Натали на сегодня впечатлений, и сказала:

—  Тогда нам лучше вернуться в дом. Подождем, когда она скроется из виду, и уйдем.

—  Если мы уйдем, то никогда не узнаем, что там, за воротами, - помолчав, продолжала размышлять вслух Натали. – К тому же, можно лишь издалека посмотреть, куда она идет. Одним глазочком.

Я действительно не могла понять, чего так боялась Натали. Всерьез опасаться порчи или какого-то колдовства я не считала разумным, а сама по себе Лизавета Тихоновна едва ли могла представлять опасность.  Должно быть, мне просто хотелось понять мачеху Натали: действительно ли та при всей своей внешней вменяемости может ходить ночью в заброшенный парк только для того, чтобы собрать какие-то травы? Наверное, если бы я застала ее в парке с любовником, то все сразу встало бы на свои места. Вот потому-то, что я слишком люблю прядок и определенность, я дождалась, когда Эйвазова прикроет за собой створку ворот, не запирая их, однако, и поднялась из-за кустов, беря за руку Натали:

—  Пошли! – твердо сказала я, не сводя глаз с Лизаветы Тихоновны.

Натали молча мне подчинилась.

Парк по ту сторону ворот выглядел мертвым. Ветвистые сосны разрослись здесь столь густо, что наглухо прятали мощеную камнем дорожку в своей тени – казалось, и в самый солнечный день здесь мрачно и сыро, и даже птицы не желают посещать это место. Тяжелая здесь была атмосфера и гнетущая.

Однако изредка вдоль дорожки встречались скамейки, занесенные грязью и прошлогодней листвой, а рядом с ними высились статуи нимф и богинь – такие же по стилю, как и статуи  в «жилой» части парка. Выходит, запертым и заброшенным этот участок был не всегда. Когда же его заперли? И что здесь могло случиться столь страшного, что его вообще решили запереть?

 Каждый звук в этом «коридоре» из сосен становился гулким и отчетливым, потому я старалась ступать едва слышно, и еще крепче сжимала руку Натали, как будто умоляя ее не вздыхать так оглушительно громко – если Эйвазова вдруг почувствует что-то и обернется, сцена выйдет, мягко говоря, неловкая…

Но фигура Лизаветы величаво и неспешно, словно белое привидение, плыла впереди, даже не делая попыток обернуться на нас. Лишь раз она остановилась – в ту же секунду мы с Натали ахнули, готовые быть застигнутыми, а я лихорадочно начала выдумывать ложь о том, что мы де увидели, что ворота открыты, и решили прогуляться…

Однако ложь не понадобилась: Лизавета всего лишь поудобнее подхватила свои юбки и полы плаща и начала спускаться под откос дороги, а вскоре скрылась меж ветвей сосен.

—  Лиди, я прошу тебя, давай вернемся… - почти простонала моя подруга, прижимаясь ближе ко мне.

—  Все будет хорошо, - успокаивала я ее, однако с места не двигалась.

Мне не давала покоя мысль, что Лизавета все же заметила нас – замыслила что-то недоброе и, притаившись в тени сосен, подпускает нас поближе, чтобы… Нет, бред полный! Но многолетнее общение с моим попечителем Платоном Алексеевичем крепко вбило в мою голову правило, что всегда лучше перестраховаться, чем потом горько жалеть о своей самонадеянности.

Подойдя к месту, где недавно еще стояла Лизавета Тихоновна, я отпустила руку Натали и велела ей:

—  Постой здесь. Если я закричу, или ты почувствуешь что-то не то, то немедленно беги в дом и позови кого-нибудь.

—  Лиди!.. – всхлипнула подруга, судорожно цепляясь за мою руку.

—  Я пошутила! – тут же улыбнулась я. – Останься пока здесь – я сейчас позову тебя.

И как можно беззаботнее, чтобы не пугать и без того напуганную подругу, я начала спускаться к соснам.

Разумеется, опасения мои оказались напрасными: Эйвазова не пряталась у сосен с безумным блеском в глазах и топором в руках – она, вероятно и не думая о нас, снова шагала впереди. Я позвала Натали, и мы, прибавив шагу, чтобы не отстать, продолжили путь.

—  Какое ужасное место, - прошептала Натали, поднимаясь на невысокий пригорок вслед за мачехой, - и мрачное… Зачем только мы пошли за этой ведьмой, Лиди! Я сердцем чувствую, что добром это не кончится…



Анастасия Логинова

Отредактировано: 27.10.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться