Воробышек. Истории «дорогой мамочки»

Размер шрифта: - +

История пятая. Замужем по графику. Глава четвёртая.

О том, как бабушку Вителлия Севера сватали за Императора.

Найти бабулю Вителлия Севера оказалось нелёгкой задачей. Для разнообразия устроила скандал Вителлию Флавиану. Не всё же Алонсо страдать? Что это за контрразведчик, который не может найти свою чистокровную прабабку?! Малыш с перепугу подключил всю семью. Бабулю обнаружил страж Хальзе. Определил по ауре родство с Бальдой. Хоть какая-то польза от кандидата в зятья. Отправила к чистокровной правнуков. Потому что с Хальзе она разговаривать не стала. Схватилась за нож. Страж ещё больше укрепился в своём желании стать мужем Бальды. Прабабушка дочери произвела неизгладимое впечатление. Надеюсь, Секунд и Терций смогут с ней поладить. Хоть Тита разыскивай! Первый правнук... Интересно, Вителлий Север представил бабуле первенца?
- Алонсо, готовься. Если бабуля отошьёт детей, ты отправишься её уговаривать. Ты обаятельный.
- Спасибо, удивительная. И почему мне твои комплименты всегда напоминают морковку, подвешенную перед ослиной мордой?
Возмущённо выпрямляюсь, и слетаю с мужниных колен. Меня подхватывают в воздухе под пятую точку и уносят в спальню. Это вместо: "С добрым утром, дорогая!"
Делон хлопает дверями с возмущением. Совсем без барона распустился! Дети тоже возмущаются. Целую минуту некормлены! Надо их к дисциплине приучать. Как Вителлиев Северов. Тяжело вздыхаю... Муж смотрит, как будто хочет что-то сказать. Но молчит. Ждём сообщения от Секунда о результате посольской миссии. 
Бабуля согласилась встретиться с правнуками и категорически отказалась выходить замуж за Императора, да живёт он вечно! Я так поняла, что они всё-таки знакомы. Папуля, кстати, промолчал, когда Юлия начала осторожно прощупывать почву на предмет их брака. Бабулю придётся додавливать интересами Империи. Если не поможет, применим ЗОВ.
- Удивительная, мне уже жаль неведомую чистокровную. Когда у тебя такое лицо...
- Алонсо, с бабулей Вителлия Севера я могу не справиться. У неё характер!
- А у тебя: сила, воля, плюс характер!
Ну? Я хочу сказать, что? Издевается! Швырнула в мужа туфельку. Ничего другого под рукой не оказалось... Отвлеклись от обсуждения, прямо на ковре, пока Делон не захлопал дверями. Ещё три месяца... Я с ума сойду с такой опекой! Извиняющиеся флюиды изливаются отовсюду, но дверь остаётся открытой. Пошла к детёнышам. Шипят, радостные. Делон вырастил для них игрушки, похожие на воздушный аквариум. Рыбки, как настоящие, трепещут плавниками. Но порхают в воздухе на энергетических поводках. Странные технологии. Вот детишки и тянут к ним когтистые ручки.
Вспомнила, как Бадвард и Бальда плавали с акулой. Бедная рыбёшка... Рассчитывала пообедать... А её располосовали в мгновение ока. Детей высекла. Ремнём. Не за рыбку. За то, что ушли купаться, без спросу. Барон был в шоке. Смотрел на меня, как на палача. Сечь четырёх-с-половиной-летних детей! Ужас какой! А что я испытала, когда камеры показали это купание... Вителлий Север промолчал. Добавлять не стал, сделал детям словесное внушение: "мама испугалась!" Правильно, валите всё на меня! Расплакалась. Кормлю детей, а по лицу катятся слёзы. На детей, автоматически направляю спокойную доброжелательность и тепло, и продолжаю плакать. Малыши налопались и уснули. Уложила их в кроватки. Что в Делоне хорошо, так это то, что кроватки растут вместе с детьми.
- Миранда...
Повернулась к мужу, не пытаясь остановить слёзы. Алонсо прижал меня к себе, взяв на руки, баюкая.
- Миранда, не надо плакать. Всё будет хорошо. Со временем.
- Что будет хорошо? Алонсо? Что? Вителлия Севера нет! Алека нет! Юлия скоро уйдёт!
- Юлия сделала выбор, Миранда. Мы все делаем выбор. Силой никого не прививают.
- Отпусти меня! Не хочу с тобой разговаривать!
- Миранда, не вредничай! Посажу под замóк!
Делон открыл дверь из детской. Незачем беспокоить малышей. Хотя зáмок и устанавливает звуковой полог...
- Мне надо встретиться с бабушкой Вителлия Севера, Алонсо. Она согласилась на встречу. По-моему, эта чистокровная просто играет. Ей нравится, что вокруг неё все пляшут.
- Какая знакомая манера поведения, удивительная!
Пытаясь вывернуться из мужниных рук, вывернулась из одежды. Алонсо смеётся:
- Удивительная, Не спеши, время есть. Дети ещё спят.

        ***

Бабуля Вителлия Севера поражает воображение. Нет, я, конечно, не кинулась сразу к ней. Вителлий Флавиан взял родственницу под индивидуальное наблюдение. Бабулю переключали со спутника слежения на спутник. Так что, потерять её мы уже не опасались. Если что, стражи разыщут. Вот, дождавшись когда детёнышам исполнится полгода, я и отправилась. Алонсо оставила в Делоне с детьми. Взяла с собой Бадварда и Бальду. На случай, если бабуле удастся ускользнуть от наблюдения. Ну и познакомиться с прабабушкой им не мешает. Родня, - это святое!
Так вот: госпожа Лилия, как я уже говорила, поражает воображение. Чего стоят выкрашенные в немыслимо-зелёный цвет волосы. Причём, не самостоятельно выкрашенные, а в дорогом салоне. Потому что самостоятельно такого богатства оттенков зелёного не достичь. Дети пришли в восторг. Я порадовалась, что догадалась взять с собой детей-стражей. Потому что бабулин шок от бегающих вокруг казарм превысил впечатление, которое на меня произвела бабулина причёска. Дети смирно стоят рядом со мной, демонстрируя безупречную выправку Вителлиев Северов, а их казармы бегают вокруг, рассматривая родственницу, и подпрыгивают, хлопая мембранами, чтобы увидеть побольше.
- Приветствую дающую миру жизнь.
- Значит, ты и есть девочка моего Луция.
Разглядываем друг друга с чистокровной. Да, - не эталон. Но только потому, что в ней явное смешение нескольких линий. Изобильные достоинства линии мю, царственные черты лица альфы, кисти и ступни маленькие как у эты и у нас; стандартное серое сияние глаз чистокровных, а волосы, судя по всему, - светлые. Тёмные, без осветления, так не покрасишь. Ростом чуть выше меня. Замечательно. А то, воспитывая детей, я вынуждена смотреть сквозь них, чтобы не задирать голову. Конечно, я не собираюсь воспитывать бабушку Вителлия Севера. Пусть этим папуля занимается. Ледяные змеи ауры стражей хлестнули по комнате. Похоже, за те мгновения, что мы разглядывали друг друга, назрел военный конфликт...
- Мама не Луция! Мама папина! И ещё Алонсо!
- И папы Алека!
Дети гневно шипят на прабабушку, рассматривающую их с любопытством. А что их рассматривать? Копии Вителлия Севера. Чуть поизящнее, благодаря крови Алека, но... Но!
- Так сколько у вас всего пап, дети?
- Наш папа - Вителлий Север!
- И ещё барон Алек. Только он ушёл в Бездну...
Пришлось вмешаться, потому что аура детей нацелилась придушить прабабушку.
- Бадвард и Бальда Вителлии Северы! Как имя вашего отца?
- Луций Вителлий Се...ве...р.
- Вот то-то же! Госпожа Лилия вправе называть своего внука по имени.
Бабулю слегка перекосило. Дети вытянулись во фрунт и сделали оловянные глаза. Все в отца! Мне каждый раз хотелось убить мужа за такую форму непротивления женской тупости, как он однажды изящно выразился.
- Мне приятно, госпожа Лилия, что ты решила принять предложение Императора.
- С чего ты взяла, Лямбда?
- О-о-о, это видно издалека, дающая миру жизнь!
Чистокровная машинально поправила причёску, посмотревшись в зеркальную стену, потом взялась за нож. Мой уже был в руке. Я покачала головой:
- С ножами я управляюсь лучше, Лили.
- Меня зовут Лилия!
- У тебя нет имени! Могу назвать номер. Ничего похожего с лилией в нём нет!
- Кто бы говорил, Лямбда! У тебя вообще только клички, полученные от мужчин!
- Не только. Но речь не об этом. Тебе предлагают официальное удочерение главой клана Юлиев.
- Они так хотят остаться у власти?
- Дурацкий вопрос, Лили...я. Конечно они хотят остаться у власти. Впрочем, если ты предпочитаешь волочь все дела отца самостоятельно, как это делает Юлия, то флаг тебе в руки.
- Я вообще не собираюсь...
- То есть, ты отказываешься принять предложение Императора, Лилия?
С моих губ стекает мёд ядовитых пчёл Новарры. Бабуля Вителлия Севера опомнилась.
- Я ещё не слышала никакого предложения! И не смей меня запугивать, девчонка!
Я кивнула детям, отступив на шаг. Бадвард и Бальда почтительно, но жёстко подхватили прабабушку под локти, и мы шагнули в открытый мной с браслета, портал.
Вышли на посадочной площадке перед малым поместьем отца на территории Академии. Так уже повелось, что все семейные дела мы решаем в этом доме. Охрана Юлии офонарела, увидев яростное сияние серых глаз под зеленеющей молодым газоном шевелюрой. Внутренне захихикала, представив реакцию папули... А вот Юлия - на высоте. Впрочем, как обычно. Встретила, как родных. Юные Вителлии Северы отправлены на занятия, - нечего прогуливать сверх необходимого. Детёныши расстроены, поэтому выправка держится демонстративно-парадная. И домики-казармы печатают шаг четырьмя когтистыми лапами, чётко отслеживая дистанцию от своих владельцев. Или родителей? Я уже и не знаю...
Юлия предложила чай или кофе, на выбор. И мы с бабулей, нашли точку соприкосновения, обе скривившись при слове "кофе". Вероятно, любовь к кофе - наследственная у Вителлиев Северов. Дети мои тоже предпочитают его всем прочим напиткам. Взрослые дети, разумеется. Маленькие лучшим напитком считают шоколад. А маленькие стражи любят горячее молоко с мёдом. Пьём чай, присматриваясь друг к другу. Бабуля не вредничает, и это хорошо. Трудно вредничать, общаясь с человеком, которому жить меньше года. Да что там! Меньше восьми месяцев!
- Скоро прибудет глава клана Юлиев, Лилия. Брат сейчас беседует с куратором своего сына. Обряд не займёт много времени. Ритуального оружия женщины не получают. Может быть, ты голодна?
- Мои родственники прихватили меня после завтрака. Так что я не голодна, Юлия.
Молчим. Говорить не о чем. Юлии неловко, а Лили не собирается её выручать. А, может, не умеет. Я вот, - точно не знаю, что говорить. Это нововавилонцам легко. Привыкли за короткую жизнь передавать заботу о родных тем, кому доверяют. А у нас заботиться умеют только мужчины. Точнее, их этому учат. Женщины же, с рождения знают, что заботиться должны о них. Не могу сказать, что такое положение вещей меня не устраивает.
С годами я всё больше становлюсь похожей на ледяную кобру. Хотя детей своих люблю. А вот во внуках, - путаюсь. С другой стороны, скоро я уже и в детях начну путаться. Страшно, что всё ближе прекрасные годы Мария и Вителлия Флавиана. Алонсо твёрдо обещал прожить сто пятьдесят лет. Как внук чистокровной он жил бы двести лет. А прививка укорачивает их жизнь на четверть. В Союзе нет такого букета генетических заболеваний. Не знаю, для чего им чистокровные... Просто потому, что нас ценят в Империи и ценили в Республике? Тито проживёт триста лет. Почти как мы. Но, скорее всего, я и его успею проводить. И Ченте... А вот стражи... стражи живут долго. Если не отправляются в Бездну!
Чашка, стукнув о блюдце, раскололась на части. Слишком тонок облачный фарфор...
- Агриппина! Ты поранилась? Вызвать врача?
- Нет, Юлия. Всё в порядке. Задумалась. Извини...
К счастью, вошедший с несколькими офицерами легат Гай Юлий Лепид, избавил меня от необходимости объясняться.
Короткий обряд удочерения (ха-ха-ха!) сорокалетним легатом двести-с-лишним-летней бабули Вителлия Севера... Поздравления... Дары... Совместно принесённая жертва... И легат, препоручив свою новую дочь императрице, отбыл к месту службы.
Давно я так не веселилась. Офицеры бросали ошеломлённые взгляды на голову своей будущей императрицы. Бабуля ехидно улыбалась, и щебетала, умильно закатывая глазки. Юлия веселилась вместе с нами, сохраняя любезно-доброжелательное выражение лица. А в карих глазах прыгали чёртики...
Новую патрицианку переодели в свежеизготовленные тунику-столу-паллу. Юлия настоятельно потребовала ограничить эпатаж причёской. Потому что, открытые колени бабули вводят в смущение не только рядовых легионеров. А папуля никогда не отличался всепрощением. Лили не его ученица, чтобы проявлять снисхождение, как к Вителлию Северу. Чистокровных много. Резервация предоставит список по первому требованию.
- А всё-таки, почему Лилия?
- А почему нет? - Юлия Минор пожала плечами.
Громовое "Слава Цезарю!" и быстрые шаги. Папуля. Остановился в дверях, холодно разглядывает нас с Лилией. То есть с Юлией Младшей. А что сразу я? Мы с Юлией встали, приветствуя Императора. Лили, начала было отрывать зад от стула, потом демонстративно уселась, закинув ногу на ногу, оскалила зубки в улыбке (крокодильесть - это от бабули, я теперь точно знаю!), и помахала папуле ручкой.
Папуля, скользнув по Лили взглядом, спросил Юлию, как она себя чувствует, и не желает ли отдохнуть. Лили, в бешенстве, вскочила, потом, опомнившись, села на место, нацепив на себя маску "глупая женщина". Сидела, безмятежно улыбаясь и покачивая ногой, пока не запулила туфельку между Императором и Юлией. И? Я хочу сказать, что? Мне придётся ей обувь нести? Императорской чете не по чину. А я признанная дочь императора! И жена герцога! Даже двоих. Перетопчется, чистокровная. Копирую крокодилью улыбку Вителлия Севера, не двигаюсь. Немая сцена. Юлия растерянно смотрит на отца, Лили, наслаждаясь моментом, шевелит пальцами разутой ноги, разглядывая ногти, покрытые перламутровым лаком с зеленоватым отливом. Папуля, заложив руки за спину, приподнял на пару микрон левую бровь. Ждёт, что будет дальше.
- Ах, прости, мой Император, я такая неловкая...
Сияющие серые глаза широко раскрыты, безмятежная улыбка модифицируется в детски-наивную. Если бы не шевелюра цвета молодой травы...
- Могу я узнать, чем вызвано сие изменение цвета?
- Кто же запретит Императору? Конечно можешь!
Переглянувшись с Юлией решили не оставлять этих двоих наедине. Между ними явственно проскакивают искры. Я начинаю опасаться, что брак станет реальным фактом ещё до его заключения.
- Мой Император...
Слава Богу! Отец, одарив Лили фирменным холодным взглядом, улыбается Юлии.
- Мой Император, я хочу представить тебе дочь моего брата, - Юлию Минор.
- Нет, Юлия. В официальных документах клана будет отмечено другое имя.
- Но наши традиции...
- Юлии Второй не будет, жена моя.
- А кто будет, мой Император?
- Я не возражаю, против имени Лилия.
Кассий Агриппа ещё раз холодно улыбнулся Лили.
- Я могу идти, мой Император?
Лили опять впадает в бешенство. Аж искрит!
- Не так быстро, благородная Лилия. - И, тронув свой наруч, произнёс - Готовьте церемонию.
- Брак будет заключён сегодня. Сейчас. До ухода моей жены Юлии, это будет "брак-на-топоре". Все положенные привилегии ты получишь сразу.
Вошедшие офицеры прервали разговор. Кто бы мог подумать, что папуля, да живёт он вечно! знаком с терминологией законов баронств. Впрочем, папуля всегда всё знает. Жертвенник дымится свежей кровью, десять патрициев свидетельствуют, мы с Юлией наблюдаем. Похоже, спать Лили сегодня придётся рядом с боевым топором. Ну, папуля!
Переместились в императорский дворец. Устроили Лили в покоях, отведённых для наследника. Она потребовала принести боевой топор к ней в спальню. Сообщила с милой улыбкой, что её партнёр по супружескому ложу должен быть при ней. Пришлось смотаться в Делон и снять со стены оружейной древнюю секиру. Не самóй снять, конечно! Алонсо отправился в оружейную вместе со мной, пока дети спали. Ходил там, наверное, час. И если бы Делон не сбросил нам секиру, ещё бы ходил. Ну раз зáмок выделил нам оружие, им и ограничились. Хотела отправить мужа передать бабуле "супруга", потом решила этого не делать. Мало ли что! Вызвала Терция. Пусть правнук отнесёт. Они родственники, так что и папуля будет спокоен, и я не буду волноваться.
Секира бабуле понравилась. Ещё бы! Произведение искусства! Терций не хотел выпускать её из рук. Лили повязала на неё зелёный бантик. "Одела" в тон своим волосам. Бант скреплён фибулой с личным гербом Императора. В серебряном круге серебряный кот, играющий с лазоревой звёздочкой на фоне черноты космоса. А по серебру окаймляющего круга, лазурью, - наглый девиз Кассия Агриппы: "sit pro ratione voluntas" ("да будет воля вместо разумного обоснования"). Не знаю, чем папулю довели, что он ткнул сенату в нос таким девизом. Кот, - это понятно. У кошки девять жизней...
Когда папуле наябедничали о слишком вольном обращении его чистокровной жены с личным гербом, он неопределённо хмыкнул и... отправил ябедника в командировку. На границу с Союзом. Крепить оборону.
С Лили папуля старается не встречаться без необходимости. Но на официальных мероприятиях Император наш, Кассий Агриппа, да живёт он вечно! теперь появляется с двумя жёнами. Лили продолжает щеголять ярко-зелёной шевелюрой, приводя в смущение всех, и радуясь этому, как ребёнок. С Юлией они ладят. Юлия отчаялась передать Лили дела. Передаёт их срочно созданному секретариату. Лили успокоила её, что если Император начнёт испытывать дискомфорт, она лично перережет глотки всем причастным. Лили занимается благотворительностью. Эту заботу она с плеч Юлии сняла. Хотя у Лили нет доброжелательности Юлии, благотворительность ей удаётся. Она, как и все чистокровные, не сдерживает эмоции. Нас всех этому учили. Поэтому мы и не любим сдерживаться. Те, кто может себе позволить. Работающие по контракту, обязаны за собой следить. Я за эти годы распустилась так же, как Лили. Хотя Алонсо давно говорил, что у меня всё на лице написано. Так вот Лили не сдерживает эмоции. И когда она сочувствует, это видно сразу.
Я навещаю Юлию каждую неделю. Оставляю близнецов на Алонсо, и порталом ухожу в малый императорский дворец. С Бадвардом и Бальдой отправляемся в столицу. Юлия, как Марк Флавий, загоняет себя, стараясь всё успеть. А мы отрываем её от дел и вытаскиваем в парк на прогулку. Казармы важно шествуют рядом, иногда сбиваясь на строевой шаг. Лили присоединяется к нам в конце аллеи. Вот так и гуляем всемером: три женщины, двое подростков и две казармы на ящеричных лапах. Папуля к нам не приближается. Он тоже работает. Дублирует секретариат, чтобы Лили не приходилось браться за нож. И в Империи полно дел, требующих хозяйского пригляда. Что-то папуля замыслил по поводу наших соседей. Уж очень любезно принимал посла сопредельной державы. Наверное, съест. Поиграет и съест.
Дети растут. Уже ползают по своей комнате. Делон создал мягкие бортики, чтобы малыши не ушибались. И собаки пасут их. Собаки - мученики. За хвосты их таскают, за уши треплют, зубы пересчитывают. Страшно подумать, что будет с сатх, когда детёныши доберутся до лабиринта. Вспомнила негодующий взгляд почти вставшей на хвост змеищи, когда домики Бадварда и Бальды решили с ней познакомиться. Так эти дети не росли в Делоне! Только гостили. А Вейгар и Вероника - родились здесь. Наверное вырастят себе маленькие зáмки с мини-лабиринтами. Не знаю...
А сегодня я во дворце столкнулась с Титом. Буквально. Повернула за угол и уткнулась в грудь сына. Растерялась, не зная что сказать. И ведь он в розыске. Официально. И шастает по дворцу, как у себя дома. Смотрю, замерев, в сияющие ледяным светом глаза и не могу произнести ни слова. Тит молча взял меня за локти, осторожно переставил в сторону, и проскользнул мимо. К Юлии. А я так и сползла по стене. Через пару минут во дворце поднялась паника: Императрица пропала! Папуля в ярости. Был. Пока любимый внук не вышел на связь. Я так думаю. Потому что поступил вызов по закрытой связи и отец, ответив, резко успокоился.
Через неделю счастливая Юлия прилетела на ройхе. Тит подарил ей неделю нежности. Я сопровождала птенцов и помню, какие чувства возникают при этом. Время её ухода приближается... Манлий говорит, что уже скоро. Юлия прилетела на ройхе в Делон. Повидаться с детьми. Она их видела крохотными. А сейчас они уже пытаются ходить. Обшипели незнакомку, но потом сменили гнев на милость и приняли её в игру. Отец прибыл за женой лично. Погулял с Алонсо по оружейной, рассматривая богатейший набор холодного оружия всех эпох и культур. Делон не одарил гостя оружием. Решил, наверное, что хватит с папули и секиры. А, может, потому что обиделся. Мужчины в оружейной вели беседу о своём. Пока Юлия и папуля прогуливались по Делону, прибыл личный катер Императора. Пообедав с нами, венценосные супруги отправились на корабль. Ройхи летают быстро, портал перемещает ещё быстрее, а Кассий Агриппа хочет побыть с женой. По возвращении опять разбегутся по делам. А четыре часа полёта - побудут вдвоём.
Это был последний раз, когда я видела Юлию. Она ушла той же ночью. Флаги в Империи приспущены. Все надели траур. Даже Лили не снимает свинцово-серую паллу с головы. На девять дней жизнь в Империи замерла. Отец работает на износ. Спит в комнате отдыха при кабинете. А рассвет встречает в беседке, где под плитой с изображением сломанного ириса замурована урна с пеплом первой Императрицы. Второй не будет, - отец сказал. Лили - жена императора Кассия Агриппы, да живёт он вечно! как я когда-то была женой императора Марка Флавия. Но эти девять дней отец отдал Юлии. Траур.



Тигринья

Отредактировано: 01.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги