Ву: Клубника со льдом

Размер шрифта: - +

ВУ: Клубника со льдом

Клубника со льдом

На четырнадцатый день после смены третьей луны в Сезон Холодов в Визании отмечали странный праздник. О нем не писали в учебниках, его не было в программе обучения и в календаре выходных дней, и, само собой, Герман не мог о нем знать.

Зато знали все остальные, включая Берта.

С самого утра в комнате царило необычное оживление. Никто не проспал, напротив, даже Берт вскочил минут на двадцать раньше остальных и теперь крутился возле зеркала, прилаживая к вороту форменной рубашки переливающуюся немыслимыми цветами брошку-артефакт. Дзюн подводила стрелки на глазах. Рене критично рассматривал свой подбородок после бритья.

- Ты свой пушок мог бы и не трогать, его все равно без лупы не видно, - подколола Ситри, вплетая в косы своей подруги ленту с накладными ромашками. Даже привычно хмурая Стефания расцвела и надувала губки, думая о чем-то своем, и мысли ее пахли клубникой и немного - тающим льдом.

- Сама ты пушок! Между прочим, в нашем роду все обладают густой шевелюрой и богатой бородой, - оскорбился Рене.

- Даже женщины? - вклинилась Дзюн.

- Даже женщины! Что?! Черт, поймала меня, - наигранно сокрушился рыжий. - За это я разрешаю тебе меня поцеловать. Как раз в мои бритые гладкие щеки.

- Еще чего! Сам себя целуй.

- Я даже если захочу, у меня не получится.

- Давай я тебя поцелую, - великодушно предложил Альберт, и Герман вздрогнул.

- Эй-эй, красавчик, потише! Не для тебя я терпел эти муки с утра, так и знай.

Лицо Берта вытянулось от разочарования, а у Германа закружилась голова. К тому же он ощутил на себя ожидающий взгляд Стефании. Он-то его и добил.

- Да что происходит-то? - воскликнул Герман, не обращаясь ни к кому конкретному, и в ответ на его недоумение басовито хохотнула Ситри:

- Видать, и наш Герман может чего-то не знать.

- Кретин, - сердито припечатала Стефания и вылетела из комнаты.

Герман устало опустился на кровать. День еще не успел начаться, а он уже мечтал, что бы тот поскорее закончился.

- Ну ты влип, умник.

- У Стефании день рождения? - предположил Герман первое, что пришло на ум, и тут же  сам опроверг свои слова. - Нет, до него еще полтора сезона. Тогда что?

Ситри хмыкнула, прихватила две сумки - свою и Фанину, и вышла следом за подругой.

- Вот балбес! - Рене откинулся на спинку стула и опасно покачнулся. - Сегодня же День Влюбленных. Девушки и парни во всей Визании решаются, наконец, и признаются в любви друг другу и дарят подарки! А после ужина будут танцы! Это шанс для такого профана, как ты!

- Убью! - неожиданно для самого себя рассвирепел Герман, вскочил на ноги и тут же рухнул обратно, держась за голову - верхний ярус, который долго отшибал мозги у Берта, добрался и до него. Получается, Стефания ждет от него признаний и подарка? Катастрофа! - И ты молчал все это время?!

- Что, припекло? - Рене выпрямился и непривычно серьезно прищурился. - В этом деле каждый за себя, так и знай. Да, Дзюн?

Девушка подправила контур пухлых ярко-алых губ и поднялась.

- Меня это не интересует, - и с грацией дикой кошки покинула комнату.

- Ага, так я и поверил.

День превратился в настоящий кошмар.

На преподавательских столах вазы радовали глаз свежими цветами, что в сезон холодов было очень необычно. У входа в столовую висел большой ящик, облепленный цветами и сердечками, рядом стояла Алина Кишман, еще более яркая и красивая, чем обычно.

- Курсант Герман, - расплылась она в улыбке, - не хотите ли оставить послание для своей дамы сердца?

Из-под крышки ящика призывно торчали розовые картонки - они просто не помещались внутри. На столе рядом громоздились коробки, свертки и даже букеты. Герман отрицательно покачал головой и, пряча лицо за густой челкой, поспешил проскользнуть мимо, к столам раздачи.

Все словно посходили с ума, причем не только курсанты, но и преподаватели. Даже суровый Дамиан Эрно, ведущий первую пару по теории магии, выглядел как-то иначе, хотя все так же хмурил брови и щурился, отчего его шрам уродливо морщился. Но Герман четко различал мягкое пурпурное свечение, а из преподавательского журнала выглядывал уголок открытки.

О том, какие эманации витали в воздухе, даже думать не хотелось, зато хотелось пить и рот наполнялся слюной от приторной сладости.

Все занятия спину жег недовольный взгляд Стефании, а после обеда Герман застал девушку на лестничной клетке с Вильямом. Он что-то ей активно рассказывал, а она смущалась, пряча раскрасневшееся личико в ладошках. От этого зрелища стало особенно тошно, и Герман поспешил уединиться и вернуть себя в чувство.

Библиотека в этот день была пуста и подходила для расслабления как нельзя лучше. Герман пристроился на подоконник рядом с Сорамару и протянул ему коробочку со сладостями - их выдавали на десерт в обед в честь праздника. Библиотекарь молчал, а Герман не знал, как быть. Наконец, он не выдержал.



Сора Наумова и Мария Дубинина

Отредактировано: 14.02.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться





Похожие книги